Оля Феерия – Сомнения (страница 2)
– Так что ты хотела узнать?
– Ты знаешь нашего преподавателя? Почему ему все аплодировали?
– Ха! Кто его не знает, Мила?! Ты серьезно? – удивилась девушка.
– Серьезно, я не знаю. Сегодня в коридоре я столкнулась с ним перед занятием. Просто… Знаешь, меня немного смутили аплодисменты сокурсников в начале урока.
– С ума сойти, – рассмеялась Вика. – Еще остались люди на этой земле, которые не знают Кана Хо?
– Перестань смеяться. Не хочешь – не рассказывай, – шутя возмутилась я. – Сама узнаю.
– О, я теперь подожду, когда ты прозреешь по этому вопросу. Хочу потом посмотреть на твое лицо, – засмеялась Вика. – И скажу сразу, что тебе очень повезло, ну прямо очень, что ты у него в группе. Попасть к Хо на практику практически нереально, так занятия еще и проводятся в строгой секретности.
– Даже так?
– Угу. Он работает в университете только летом, как эксклюзивно приглашенное лицо, по договоренности между министерствами культуры. И кто-то очень постарался, чтобы ты попала именно в эту группу.
– Мне тоже интересно, кто, хотя я, конечно, догадываюсь.
– Вот я и на месте. Тебе через дорогу на эту остановку и до конечной, – махнула рукой Вика на противоположную сторону.
Мы попрощались, и я ушла. Вечером за ужином я решила поинтересоваться у папы насчет распределения, и мои подозрения подтвердились. Именно он попросил записать меня к лучшему преподавателю летней практики.
Занятия следующей недели начинались рано. График был расписан с утра до вечера. В пятницу, после обеда, начался курс с нашим основным преподавателем. Трехчасовое занятие забрало мои силы окончательно, и, как только Хо дал отмашку о завершении, я просто пластом легла на ламинат, прикрыв лицо полотенцем. Хотела пять минут перевести дух. Все разошлись, но вдруг я услышала приближающиеся шаги.
О нет, нельзя было сделать вид, что меня нет в зале? Неужели и так не видно, что я просто немного устала? И в этот момент я почему-то решила, что это Вика. Не снимая полотенца с лица, я начала тихо возмущаться.
– Вика, умоляю, пять минут, и я в душ. У меня просто нет сил… Не стой над душой!
Тот, кто стоял, присел на корточки и спокойно сказал:
– Это не Вика, а Хо.
И тут меня почти парализовало. Кровь прилила к лицу, и я начала медленно снимать с него полотенце.
– Господин Кан? Вы же вышли из аудитории?
Он протянул мне руку и помог встать.
– Как видите – вернулся, а вы на полу. Подумал, что вам плохо.
– Нет-нет, все в порядке. Спасибо за беспокойство.
Я слегка поклонилась и собиралась по-быстрому уйти, но не тут-то было.
– Куда-то торопитесь?
– Нет… не очень, – я обернулась, вопросительно посмотрев в его сторону.
– Если есть желание, приходите сегодня посмотреть на батл, в закрытый клуб. Думаю, вам будет интересно.
– Почему клуб закрытый?
– В целях безопасности. О нем знает узкий круг людей – истинных поклонников танцевальной культуры.
– Простите за нескромный вопрос. Разве преподаватель может приглашать студента?
Хо молча сделал шаг в мою сторону. Его пронзительный взгляд, наверное, мог бы убить. Я отвела глаза и сделала вид, что смотрю на часы.
– Да, я связан летним контрактом с вузом, но, по сути, помогаю на добровольных началах. Вне расписания занятий я решаю сам, кого и куда приглашать. А вот вы, Мила, видимо, плохо читали пункт договора о неразглашении информации о ходе практических занятий и лиц, на них присутствующих.
– Простите. Я впервые сталкиваюсь с подобной ситуацией. И не…
Хо оборвал меня на полуслове. Его взгляд смягчился, и мне на секунду показалось, что его глаза улыбаются.
– Готов поспорить, что вы не в курсе, кто я такой, – прищурился он. – Буду ждать вас в клубе в восемь вечера. Адрес позже скину на телефон.
Мой преподаватель слегка поклонился и ушел. Я умчалась с пунцовым лицом в раздевалку. Мысли закружились в хороводе. Начался мозговой штурм. Ну почему я вечно влипаю в какие-то истории? Что со мной не так? Почему пригласили меня одну? На последний вопрос я собиралась получить ответ сегодня вечером. Меня даже не смутило, что адрес пришлют на мой телефон. Ну а что, анкета лежит в свободном доступе вуза, и любой преподаватель может воспользоваться данными из нее, тем более мой куратор. И черт, да кто он такой? Почему я одна не знаю о нем ничего?
Я приехала домой. Рассказала родителям, что вечером иду в клуб посмотреть на танцевальный батл и буду поздно.
– Дочка подожди, не убегай. У нас есть для тебя новости, – сказал папа.
– Наш контракт закончился, и мы возвращаемся работать на Родину.
– Нет… Я не успела насладиться семейным теплом и уютом, как вы снова в путь, – с нежностью я обняла отца. – А мне по-видимому придется съехать?
– Через неделю. Мы снимем тебе квартиру на срок курсов, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Если будут проблемы или вопросы, звони Олегу, он поможет.
У мамы были глаза на мокром месте. Я подошла к ней, обняла и поцеловала:
– Еще чуть-чуть и я разрыдаюсь.
– Моя хорошая. Буду скучать и переживать.
– Мамочка, мне почти двадцать. Голова на плечах есть, мозги в ней тоже имеются, руки-ноги целы. Не стоит так расстраиваться.
– Запомни, Мила, сколько бы тебе ни было лет, ты будешь все равно моей дочкой и я не перестану о тебе беспокоиться.
И тут нас прервал папа:
– Ну хватит. Сейчас наплачете мне тут океан. В конце концов, увидитесь через пару месяцев, а не через год.
Сообщение на телефон вернуло меня к предстоящему вечеру:
Мила, привет! Это Хо. Я решил не скидывать тебе адрес.
Можем за дверями университета общаться на ты?
Тогда я заеду за тобой сам.
?
Буду ждать тебя за воротами коттеджного комплекса в 19.00.
Нет. Я уже выезжаю. У тебя есть час.
Что происходит, на что ты вообще подписалась, Мила?! Выбирая, что надеть, я все думала о том, как прошла моя неделя. Ни один преподаватель практики не был таким «монстром», как Хо. Мало того что он был беспощаден к студентам в плане работы, так еще и очень требовательным к мелочам. Похвалу за эти пять дней я не услышала ни разу, а вот замечаний – миллион. Про отработку после группы вообще молчу, под конец дня мы просто выползали из зала. Но стоит отдать должное – это был профессионал уровня «бог». Его точность движений, владение телом и пластика просто завораживали. Мы с жадностью впитывали новую информацию и с удовольствием практиковались. К концу недели я поняла, что запомню эту пору тренировок надолго – как одно из самых ярких событий в моей жизни.
Я выбрала костюм в стиле спорт-кежуал, под него белый спортивный топ и белые кроссовки из последней модной коллекции. Собрала волосы в низкий хвост и нанесла легкий макияж с акцентом на мои зеленые глаза. В белую сумку, которую решила взять с собой, положила бальзам для губ со вкусом малины, очки от солнца и телефон. Последний штрих – духи. Ну вот и все. Я окинула себя взглядом в зеркало и решительно перешагнула через порог. За воротами меня уже ждал шикарный спортивный автомобиль, из которого вышел мой куратор, едва увидев меня.
Невероятно хорош, пронеслось у меня в голове. Выглядел он, как модель с подиума: бело-серый костюм в стиле стритвеа, стильные солнцезащитные очки и шикарная улыбка. Он обошел авто и открыл передо мной дверь:
– Прошу, – махнул рукой Хо в сторону сиденья. Вернулся за руль, пристегнулся, но ехать не спешил. Я вопросительно повернула голову в его сторону и затаилась в ожидании. Парень, не поворачиваясь, с полуулыбкой сказал:
– Сегодня буду следить за тобой пристальнее, чтобы никто не украл.
– Не поняла?
Он повернулся, снял очки и посмотрел мне внимательно в глаза:
– Я почти ослеп от твоей красоты, что будет с остальными? А так как ты моя гостья – я за тебя в ответе.