Olo Peterson – Хочу! (страница 2)
– Двадцать минут говоришь?
– Ну плюс – минус.
Юля посмотрела на часы – время было одиннадцать двадцать три.
– А ты что, не готова еще?
– Ну не то, чтобы не готова, мы вроде как не договаривались с тобой на утренник.
– Слуш, подруга, ну у меня тут дело на вечер образовалось…
– Борюсик? Переспросила Юля.
– Ога, Борюсик! Позвал меня в ресторан ни с того ни с сего. Не буду же я ему отказывать. Ну только не обижайся.
– Да не обижаюсь я. Здорово что позвал, я рада за тебя, честно.
– А чего твой?
– Виталик?
– Ну, а кто еще?!
– Ушел. На выставку к какому-то Гере.
– Гере? Очередной очкастый задрот художник что ли? Юля от такого точного определения неподдельно засмеялась. Ну я его мне кажется один раз только видела и честно не помню уже. Но да, он, задрот, похож по крайне мере был! Продолжая смеяться, ответила Юля.
– Ну а кто он, наверное, живет за счет бабы, какую-нибудь херню малюет еще и выставки проводит, задрот и есть.
– Катька, прекрати, мне сейчас плохо будет от смеха.
– А твой то, чего туда побежал?
– Тоже видимо задрот! Не успокаиваясь от смеха, выговорила Юля.
– Поругались? Уже серьезнее спросила Катя.
– Да как с ним поругаешься, если его нет. Нормально все.
– Лан подруга, жди меня, я скоро.
– Кать, Кать, крича в трубку чтобы Катя не выключилась.
– Тут я тут.
– Зайди пожалуйста в пекарню внизу, купи пару круассанов мне, ок?
– Ок, ок. Ну давай.
– Даавааай. Протянула Юля и отключила звонок.
Юля взяла в руки лежавший на столе блокнот с карандашом и написала на чистом листе в линейку красивыми буквами: Задротов Говнюк Витальевич! Затем отложив карандаш в сторону стала всматриваться в написанное ею и попивать кофе. Неожиданный звонок домофона испугал ее, и она немного вздрогнула.
– Неужели я так засиделась? Подумала она.
– Или Катька так быстро приехала. Снова раздался повторный звонок домофона. Юля встала и подойдя к нему нажала клавишу вызова.
– Юлька, ну ты чего там, открывай давай! Раздался задорно неунывающий голос Катьки. Юля послушно нажала на клавишу открытия двери и открыв дверь стала ждать, когда к ней поднимется Катя. Долго ждать не пришлось, за дверью послышался сигнал лифта, а затем цоканье Катькиных каблуков.
– Подруга! Раскрыв дверь и увидев Юлю в футболке и тапочках, Катька продолжила.
– Ну я смотрю ты прям нарядная сегодня, так и пойдешь? Катька зашла в квартиру – хлопнув за собой дверь и вручив так и стоящей в недоумении Юле пакет с круассанами и не останавливаясь прошла на кухню.
– Пить хочу. Катька, взяв с полки кружку, из которой всегда пила, когда была у Юли налила из кулера холодной воды и опустошив его залпом продолжила.
– Ты че какая-то вялая, не собранная еще или все отменяется?
– Нет. Протянула Юля. Можно я круассан съем и поедем?
– Ты у меня голодная?
– Да, кушать хочется.
– Ну конечно, давай посидим, покушаем. Так-то тоже вполне себе норм занятие.
– Угощайся. Юля предложила второй круассан Кате.
– Вот уж нет, мне не надо. Надо привести себя в форму, а то что-то распустилась.
– Ну я поем. Сказала Юля и жадно откусила почти половину круассана.
– Вам дистрофикам все нипочем, кушай. Катя, брякнувшись на стул продолжила допрос.
– Давай, выкладывай, что стряслось?
– Да все хорошо, жуя круассан ответила Юля.
– Гонишь подруга, ой гонишь. Катя стала водить глазами по кухне, затем по столу и заметив на нем блокнот с написанным ФИО – проговорила.
– Уууу, Задротов Говнюк Витальевич, ну понятно, что у тебя хорошо… Поругались?
– Нет! Чуть не подавившись, ответила Юля.
– Достал? Юля молча продолжая пережевывать круассан кивнула головой и заулыбалась.
– Так, давай быстро собирайся и поедем развеемся. Оденься только поприличней, а не эти вот твои вечный лохмотья.
– Кать, ну почему лохмотья-то. Удивленно переспросила доевшая круассан Юля.
– Ну, потому что, выглядишь всегда как пацанка какая-то, ни платьев, ни юбок со шпильками.
– Кать, ну мне так нравится, и потом мне так удобно. И никакие мои вещи ни лохмотья, дорого – богато. Уходя с кухни, сказала Юля.
– Юль, я не говорю, что дешево, просто… Катька не смогла сформулировать свою мысль чтобы не обидеть подругу и решила еще налить себе стакан воды.
– Кать, просто что? Катя, опустошив очередной стакан с водой ответила. Одевайся уже, хватит болтать.
– А мы спешим, да? Крикнула ей Юля.
– Не спешим, но вечером у меня Борюсик!
– Кать, покорми пожалуйста Петровича, дай ему салат из холодильника. Катя, подойдя к холодильнику достала несколько листов салата из нижнего контейнера и помыв их пошла к боксу с Петровичем.
– Петрович, вот ты один нормальный мужик, ни претензий, ни упреков, сидишь себе спокойно, молчишь. Кушай, кушай. Катя несколько раз погладила Петровича по панцирю пока тот кушал.
– Таки я готова. Юля встала в дверном проеме элегантно отставив бедра в сторону и вытянув руки вверх.
– Ну понятно. Безучастно кинула Катя. А на ноги кеды?
– Ну да, а что плохо? Юля одела одни из своих любимых светлых джинсов свободного кроя, у которых попа не облегала Юлькину талию, а как бы свисала, образовывая небольшой мешок, ну вы поняли, белую футболку и черный вельветовый пиджак. Да, это было стильно, особенно для Юлькиного вида деятельности, творческий человек – архитектор, но Катька искренне не понимала этого – поэтому не разделяла ее вкусов в манере одеваться.
– Сойдет. Все равно у тебя ничего другого нет. Поехали. Юля надела белые кеды с тремя полосками под цвет футболки и взяв свой рюкзак – девушки вышли из квартиры.
– Воронова, ты как на свою любимую стройку собралась. Не выдержав, высказалась Катька.
– Ну что опять тебе не нравится. Скорчив гримасу, спросила Юля.
– В рюкзаке то у тебя что? Мы же не в поход вроде с тобой?!