Оллард Бибер – Наружное наблюдение (страница 31)

– Ах, господин сыщик, пришлось несколько раз прицелиться, прежде чем попал в нужную кнопку. Все-таки мои руки существуют не для этого…

– Бреди, мне нужно с вами поговорить.

– Догадываюсь, о чем, господин сыщик.

– Вот и приезжайте ко мне, если догадываетесь. Согласны?

– Поговорить согласен. А ваша помощница с вами?

– Боитесь ее?

– Нет. Просто такой вопрос лучше обсуждать с глазу на глаз. Отвык я от женщин, господин сыщик. В их присутствии я робею.

– Ее нет, Бреди.

– Ждите, скоро буду.

Макс предложил ирландцу кофе. Тот сделал несколько глотков и сказал:

– Я понимаю, господин сыщик, что у вас нет выхода и поэтому вы обратились ко мне. В полицию вы не пойдете, потому что вам нечем похвалиться, а принимать помощь как милостыню вы не привыкли.

Макс помолчал, удивляясь про себя, насколько точно Бреди Реган ухватил суть дела. Что-то нужно было отвечать. Сказал:

– Чем они мне помогут, Бреди? Свои просчеты я должен исправлять сам. Вот если ты мне поможешь…

– Понимаю, понимаю, вы хотите, чтобы я отвел вас к Малышу. Представляю, что это будет за встреча. Малыш, наверное, скажет: "Какая же ты сука, Рыжий!"

– Почему Рыжий?

– Так это же моя кличка.

Макс улыбнулся:

– Ну да, я мог бы и догадаться, – помолчал и добавил. – Собственно, ваш Малыш мне не нужен. Он должен вывести на Буба. А вот от него можно будет протянуть ниточку к Шакалу. Ведь этот Буб наверняка что-то знает. Я даже предполагаю, что он и есть исполнитель самых гнусных затей Шакала.

Тело ирландца неожиданно колыхнулось вправо, возвращаясь, проскочило точку равновесия и наклонилось влево. Диванчик отыграл эти движения тяжелыми вздохами и успокоился, когда тело Бреди снова замерло в вертикальном положении. Макс с удивлением наблюдал за таким выражением эмоций. Бреди сказал:

– Извините, господин сыщик, я так всегда раскачиваюсь, когда негодую. Так вы считаете, что этот Буб причастен к убийствам стриптизерш?

– Я в этом почти уверен.

Бреди задумался.

– Допускаете, что он может убить и эту блондинку из "Фантазии"?

– Запросто, Бреди. Если Шакал ему прикажет. Для него она такой же объект заказа, как и все предыдущие.

В ирландце боролось чувство справедливости с привычкой жить по понятиям. Перед его глазами предстала красотка-стриптизерша с залитым кровью лицом. Его мощное тело совершило еще одно полное колебание, после чего он сказал:

– Вы обещаете, господин сыщик, что Малыш не пострадает?

– Вашему Малышу не за что отвечать, Бреди. Моя история не в счет, а о других его проделках мне ничего неизвестно. Мы только зайдем к нему и потолкуем. Должен же он как-то отблагодарить меня за то, что я не дал делу ход.

– Может быть, его предупредить? У меня есть его номер телефона.

– Ну что вы, Бреди? Он сразу же сбежит.

– Ну да, ну да.., – непривычно промямлил ирландец.

Ни слова не говоря, Бреди встал с диванчика, который при этом облегченно "вздохнул". Водянистые глаза ирландца бесстрастно глянули на Макса, и он сухо сказал:

– Пойдемте, господин сыщик. Думаю, Малыш сидит дома. Он сейчас лишний раз не высовывается.

Когда они подошли к дому, где жил Малыш, было три часа пополудни. Только что прошел летний освежающий дождь. Тротуары были еще мокрые, но вновь появившееся солнце быстро делало сухими их выпуклые места, неумолимо подбираясь к мелким лужицам. Воздух посвежел, и Макс, вздохнув полной грудью, сказал:

– Показывайте, Бреди, логово вашего Малыша.

Бреди позвонил и прислушался. Изнутри не донеслось ни звука. Бреди постучал и крикнул:

– Открывай, Малыш. Это я, Рыжий.

Потом ирландец сказал:

– Давайте подождем во дворике, господин сыщик. Он скоро появится. Долго он нигде не болтается.

Макс надавил на ручку двери и слегка толкнул ее. Дверь открылась, и Бреди широко распахнул глаза. Макс же сказал:

– Вот видите, Бреди, здесь, оказывается, открыто.

Они вошли. Обиталище Малыша было таким маленьким, что достаточно было сделать пару шагов, чтобы увидеть самого Малыша. Он лежал с ножом в груди посреди единственной комнаты, где совсем недавно после выпитого спиртного ночевал сам Бреди, оглашая своим храпом утлое помещение. Макс посмотрел на лицо убитого и убедился, что это тот человек, который выстрелил в него из травматического пистолета. Слегка поморщившись, сказал:

– Нечто такое я допускал, господин Реган. Шакал убирает свидетелей. Безусловно, руками этого Буба, который тратит пули только на стриптизерш. В случае с Малышом он обошелся ножиком, – потом добавил. – Пойдемте, Бреди. Объясняться с полицией нам не рекомендуется. Малышу уже никто не поможет. Об остальном пусть побеспокоятся соседи. Просто откроем дверь пошире. Как я понимаю, воровать у несчастного итальянца нечего.

Он достал салфетку и тщательно обтер ручку двери. Во дворе он оглянулся по сторонам и подал знак Бреди. Они покинули двор незамеченными и вышли на улицу, где быстро затерялись в людском потоке. Ирландец молчал, тупо глядя куда-то под ноги. Потом сказал:

– Вы знаете, господин сыщик, я ведь даже не могу вспомнить настоящее имя Малыша.

– А я его никогда и не знал, – ответил Макс. Добавил. – Но тут все просто. Полиция в этом разберется. Он наверняка зарегистрирован во Франкфурте.

37

Инспектор Дауб читал очередное донесение. В доме по Эльбештрассе в одной из квартир соседями был обнаружен труп мужчины. Было установлено, что мужчину зовут Джузеппе Риччи и он проживал в этой квартире. Мужчина был убит ударом ножа в грудь. Никто из соседей ничего не видел и не слышал. Отпечатков пальцев посторонних лиц ни на орудии убийства, ни на других предметах обнаружено не было. Дауб перевернул страницу и увидел фото, на котором был снят труп лежащего на полу комнаты чернявого мужчины. Он снова вернулся к предыдущей странице. Убитый, как оказалось, был итальянцем. Ничего странного для Франкфурта, кишащего иностранцами.

Дауб вспомнил взбучку, полученную совсем недавно от помощника полицай-президента. Эпизоды убийств стриптизерш до сих пор были не расследованы, причем не имелось ни малейшего намека, в какую сторону двигаться. Убийство этого итальянца свалилось на голову Дауба в тот момент, когда ему это было совершенно не нужно. Инспектор размышлял, кому бы из своих всучить это дело. Все были заняты, и тем не менее нужно было найти того "козла отпущения", который, понурив голову, возьмет лишнее дельце.

Дауб снова посмотрел на фото. Он вдруг вспомнил о заверениях помощника президента, что Даубу так или иначе придется встретиться с этим сыщиком, в которого при странных обстоятельствах палил из травмата какой-то чернявый малый. Может быть, этот на фото и есть тот загадочный стрелок. Сыщик утверждал, что видел его в лицо. Заодно неплохой повод попытаться еще раз "прокачать" этого детектива. Дауб чувствовал, что он что-то знает об обстоятельствах убийств стриптизерш.

Дауб набрал номер.

– Господин Вундерлих, это инспектор Дауб. Мы встречались в моем кабинете по поводу нападения на вас.

Макс почувствовал недоброе. Только этого ему сейчас не хватало.

– Конечно, я помню, господин инспектор. Вы нашли его?

– Думаю, да. Правда, в виде трупа.

Макс замолчал. Быстро же они разобрались. Интересно, если назвать полиции имя Маттиас Штайн, она сработает так же быстро? Видимо, да. Если он имеет регистрацию. Но это не обязательно.

Голос Дауба прервал размышления.

– Куда вы пропали, частный детектив? Вы не рады? Его зовут Джузеппе Риччи.

– Может быть, того, кого вы обнаружили, так и зовут, но это еще не значит, что это тот человек.

– Безусловно. Вот я и хочу вам предложить взглянуть на труп. Он в нашем полицейском морге.

Придется тащиться в этот морг. Не отказаться же от этого на том основании, что ему и так известно, кто там лежит. Откуда? Значит, Малыша звали Джузеппе Риччи. Что ж, вполне итальянское имя. Макс тяжело вздохнул.

– Когда, господин инспектор?

– Прямо сейчас. Найдете время?

Время-то он найдет. Но ведь одним осмотром трупа дело не закончится. Придется как-то объясняться. А в чем? Нашли – и спасибо.

– Я сейчас приеду, господин инспектор. Должен же я помочь полиции. Вы будете у себя?

– Я буду вас дожидаться.