Оливия Вильденштейн – Серебряный туман (страница 78)
— Я видел тебя.
— Ты, должно быть, видел кого-то другого.
Он фыркнул и встал, затем прошёлся по маленькой, сырой, затхлой комнате.
— Ты ожидаешь, что я буду доверять тебе, когда ты лжешь мне в лицо?
Я приподнялась на локтях, тревога пробежала по моему позвоночнику.
— Я не…
— Перестань отрицать это. Перестань врать!
Он сжал одну руку в кулак, а другой надавил сверху, хрустя костяшками пальцев, пока они не хрустнули.
— Я видел тебя в глэйдах. Я видел, как ты его целовала.
Я почти улыбнулась. Я определённо вздохнула.
— То, что ты видел, было тем, как я делала Крузу искусственное дыхание.
Он перестал расхаживать, сердито посмотрел.
— Искусственное дыхание?
Я прикусила губу.
— Я думала, что он утонул, и я пыталась спасти его.
— Фейри не могут утонуть.
Мои уши горели, что снова вызвало боль в мочке, где была порвана кожа. Я прикоснулась к одной, чтобы посмотреть, перестало ли она кровоточить, и поморщилась от прикосновения. Эйс проследил за движением моих пальцев, а затем навис надо мной и оттолкнул мои пальцы. Через несколько секунд голубое пламя охватило его руку и связало мою разорванную кожу. Я стиснула зубы от жгучей боли, на верхней губе выступили капельки пота.
— Тебе придётся заново проколоть уши.
— Спасибо.
— Я причинил тебе боль в первую очередь, так что не благодари меня. Когда люди причиняют тебе боль, ты не благодаришь их. Ты их не защищаешь.
Я могла бы сказать, что дело было не только в мочках моих ушей. Речь шла о множестве других вещей.
— Скажи мне правду сейчас, Кэт. Настоящую правду, — его тон был чистым стальным.
— Это что, гаджои?
— Гаджои? Нет. Ты не просила меня лечить тебя.
— В тот день, когда я порезала себе горло, я не просила тебя вылечить меня, но всё же я была у тебя в долгу.
— Ты не была.
— Я почувствовала это. В моём животе…
— Это было чувство вины.
— Ты сказал, что это был гаджои.
— Я солгал. Однажды. Однажды я солгал. Мне было больно. Пристрели меня. Сколько раз ты мне врала, а?
Я прикусила губу.
— А теперь скажи мне грёбаную правду.
— Я действительно думала, что Круз утонул. Он не двигался. Он не дышал. Мне пришлось выуживать его из глэйда.
Эйс согнулся в талии и хлопнул ладонями по соломе по обе стороны от моих локтей. Его рот был в нескольких дюймах от моего.
— Фейри. Не. Тонут.
Я вздрогнула.
— Я знаю это сейчас, но тогда я этого не знала.
— Ну и что? Круз притворился мёртвым, чтобы ты его поцеловала?
— Нет.
— Тогда что, чёрт возьми, там произошло? Почему ты делала грёбаному фейри искусственное дыхание изо рта в рот?
Я вздёрнула подбородок. Эйс имел право злиться из-за многих вещей, но это не означало, что он должен вести себя как мудак только потому, что не понимает.
— Я сделала ему искусственное дыхание, потому что не знала, что случилось. Но если бы ты действительно позволил мне закончить разговор, я бы рассказала тебе остальную часть истории.
— Заканчивай рассказывать.
— Ну, это действительно заставляет меня захотеть говорить сейчас.
Он схватил меня за подбородок.
— Что случилось?
Я убрала подбородок из его руки, но продолжала смотреть ему в лицо.
— Я оглушила его. Я ударила его электрическим током.
— С помощью чего?
Изрядная доза трезвости охладила моё сердце. Когда мы встретились, он был плохого мнения об охотниках. Что, если он ненавидел Дэниелей, как и его братья? Правда, он принял меня, зная, что я наполовину охотница, но тогда он думал, что я наполовину Благая. Принял бы он меня, если бы знал, что моя вторая половинка не Благая?
Я вздохнула. Я устала изменять правду.
— Я смешанная, Эйс, но моя вторая половина не Благая.
Он настороженно посмотрел на меня.
— Когда моя кровь смешалась с глэйдом, я послала заряд через воду.
Его зрачки пожирали радужную оболочку.
— Ты хочешь сказать, что ты… ты…?
Я кивнула.
— Невозможно.
— Теперь ты ненавидишь меня ещё больше?
— Почему я должен ненавидеть тебя ещё больше?
— Из-за того, кто я есть.
— Меня никогда не волновало, кем ты была, Кэт. Единственное, что меня когда-либо заботило, это кто ты.
Я прикусила нижнюю губу. То, кем и кто я была, так тесно связано, что я не была уверена, что есть способ выбрать одно, не выбирая оба, например, вынимая шоколад из пирожного.
— Покажи мне.
— Прямо сейчас? — пот солонил мои губы.