Оливия Вильденштейн – Неистовые сердца (страница 29)
— Девушка, которая у вас тут, — она кивнула подбородком в мою сторону, — это Лили Вуд.
— Лили Ву…
Последняя буква моего имени так и не слетела с его разинутого рта. Коул попятился, как будто я превратилась в
— Нет…
— Чёрт, ты, правда, не знал?
Коул провёл рукой по своим светлым волосам так грубо, что вырвал пару прядей. Они падали, сверкая, как золотая нить, в полосах солнечного света, пронизывающих холодный, влажный воздух. Вряд ли я ему сильно нравилась, но я также не думала, что он меня ненавидел. По ужасу, отразившемуся на его лице, я почувствовала, что вся жалость, которую он испытывал ко мне, исчезла. Я обманула его, и обман был ужасен. Я отвела от него взгляд, ненавидя нарастающее отвращение, исказившее его черты.
— Это правда? Тебя зовут Лили?
— Что? Ты мне не веришь? — Сэм надула нижнюю губу.
Не было смысла притворяться, что это не так — мои фотографии были по всему Интернету, — поэтому я кивнула.
— Я же говорила, — голос Сэм звенел от гордости. — Тебе, наверное, стоит пойти и сообщить своей матери. Если только ты не хочешь, чтобы пошла я и сама сделала это?
— Мне было поручено оставаться с ней, — его тон был очень-очень низким. — Ты иди.
Чувство вины терзало меня сильнее, чем после того, как я случайно отравила Куинна пылью. Было странно чувствовать вину за что-то столь тривиальное, как ошибочная идентификация. Я предположила, что это чувство возникло из-за боли, исказившей лицо Коула. Я рассуждала сама с собой. Он заковал меня в железные цепи. Он не заслуживал моего чувства вины, но потом я подумала о скомканной толстовке и отсутствии воротника, и желание презирать его так же сильно, как я презирала других, поубавилось.
Я повернула голову, чтобы сказать
— Ты пришла сюда, чтобы закончить то, что начал твой дедушка?
На этот раз мне было обидно. Я отвернулась, мотая головой из стороны в сторону, мои волосы поднимали пыль с пола, на котором я всё ещё лежала, как червь.
Он фыркнул. А потом он просто стоял, сердито глядя на меня сверху вниз.
Откуда-то донеслось глубокое, громкое рычание, сотрясшее землю. Я повернула голову к импровизированному окну. Я бы узнала этот звук где угодно.
Раздался ещё один громкий пронзительный звук.
Мне удалось перекатиться на бок. Мне нужно было добраться до него.
Руки прижали меня к земле. Взгляд Коула остановился на моей руке, которая вспыхнула от учащённого пульса Каджики.
— Почему светится только одна из твоих ладоней?
До меня донеслось ещё одно пробирающее до костей рычание.
Я ждала и ждала, но он так и не крикнул «да». Раздался ещё один резкий крик, а затем наступила тишина. Худший вид тишины. Моя ладонь перестала пылать. Я боролась с цепями, но они волшебным образом не соскользнули с моего тела. Я была в ловушке.
— Это не пыль, не так ли? Это какая-то связь с твоим парнем.
Я проклинала свои бессильные голосовые связки, когда обратила умоляющий взгляд к Коулу, умоляя его пойти проверить Каджику.
Жёлтые резиновые Кроксы заскрипели и остановились в нескольких сантиметрах от моих собственных ног.
— Что не пыль?
Кира вернулась. Спереди её лавандовую футболку украшала красная полоска.
Я подняла убийственный взгляд на её лицо.
— Доброе утро,
Она сделала упор на моём имени, по-видимому, огорчённая тем, что ошиблась.
— Когда он закричал, одна из её рук загорелась, — объяснил Коул, поднимаясь на ноги. — Я думаю, она как-то связана с другим фейри.
Кира нахмурилась.
— Я помню, как Нана рассказывала мне об этих волшебных узах, которые могут установить фейри, но не с другими фейри. Думаю, это было с людьми. Как способ следить за ними, чтобы потом уничтожить их.
Её загорелый лоб наморщился ещё больше.
Я заметила пятнышко крови у края её волос. Сильный холод пронзил меня насквозь. Откуда взялась вся эта кровь?
— Мне нужно перепроверить эту информацию с мамой. Она знает.
— Что тебе нужно перепроверить со мной? — Шарлотта тоже вернулась.
Я почти ожидала, что Куинн войдёт вслед за ней, но дверь больше не открывалась.
— Коул подозревает, что она связана с этим человеком, — сказала Кира.
— Ты имеешь в виду, отслеживающую связь?
— Да. Это то, на что ссылалась Нана.
— Кира права. Фейри любят помечать свою добычу, — сказала Шарлотта. — Но метка остаётся только на человеческой коже.
— Что означало бы, что он — человек, — сказал Коул.
— Он исцеляется каждый раз, когда мы его режем.
Мой желудок скрутило. Они резали его?
— Он слишком силён, чтобы быть человеком. Вы бы видели, что он сделал с… — Кира остановилась на полуслове и провела тыльной стороной ладони по лбу, как будто пытаясь стереть призрачную кровь.
Может быть, это была кровь не Каджики.
Как же я надеялась, что бы это была чужая кровь.
— Он может быть и силён, Кира, но он не отреагировал на железо, — сказал Коул.
— Как говорит мама, он, вероятно, смесь человека и фейри.
— Попомни мои слова, сегодня я узнаю, кто он такой, — бледные, немигающие глаза Шарлотты скользнули по тому месту, где я лежала. — Коул, малыш, иди отдохни. Кира займёт твоё место. Я собираюсь посмотреть, удалось ли Питу сделать мальчика более разговорчивым.
— Возможно, тебе придётся подождать пару часов. Пит немного увлекся после… нападения.
Я почувствовала, как мои ресницы коснулись надбровной дуги. В тот момент меня даже не волновало, что у меня всё ещё были ресницы. Всё, что меня волновало, это то, что этот человек — Пит — сделал с Каджикой.
Я устала быть бесполезной. Будь прокляты небеса, я была фейри, а не червём. У меня была пыль. Пыль, которую они не могли схватить.
Пока Шарлотта давала Кире указания, что со мной делать, Коул ждал у двери.
— Никто не пройдёт сюда, пока мы не поймём, зачем они пришли, — говорила Шарлотта. — Пока мы не поймём, на что они способны, хорошо? Если тебе понадобится помощь, разрази гром, и я приду.
Какое удобное средство общения…
Когда я посмотрела на Киру, у меня возникла идея. Я изучила форму её подбородка и глаз — оба немного круглее, чем у её брата, — и запомнила слегка выступающие уши, которые торчали из-под завесы растрёпанных белокурых волос.
Теперь мне нужно было выяснить, могу ли я, завернутая во все это железо, по-прежнему контролировать свою пыль. Я сжала руки в кулаки, пытаясь ощутить пульсацию магии, но ничего не обнаружила. Вокруг меня было
Я смогла сделать это прошлой ночью. Конечно, я не была заключена в такое количество железа. Я подождала, пока за матерью и сыном захлопнется дверь, чтобы постараться ещё больше.
Я закрыла глаза и попробовала ещё раз, сосредоточившись внутренне. Огонь в моих венах, казалось, разгорался всё жарче, как будто он тоже со свистом проносился по моему телу в поисках моей скрывающейся пыли. На моём затылке выступили капельки пота, и всё же я ничего не добилась.