Оливия Вильденштейн – Дом неистовых клятв (страница 88)

— Я приехал не ради того, чтобы кого-то убить. И если ты мне не веришь, накорми меня солью, Фэллон.

— Ты, может быть, и решил, что будет умнее встать сейчас на сторону Лора, но что будет, когда война закончится?

— Я не знаю.

Он убирает кинжал в ножны.

— Может быть, куплю лодку и отправлюсь жить в ту часть моря, которой никто не владеет.

А, может быть, вонзишь обсидиановый клинок в спину моей пары.

«Похоже, я пропустил нешуточную перепалку, Behach Éan».

Я выстраиваю стены вокруг своих мыслей, чтобы Лор не успел увидеть сцену, которая всё ещё преследует меня в мыслях. Он, может быть, и знает, что Антони его ненавидит, но лучше ему не знать о планах морского капитана относительно Люса.

«Ты ничего не пропустил».

Я осматриваю «Небесную таверну» в поисках клубов дыма или перьев, но воздух остаётся прозрачным и неподвижным, и его нарушает лишь горячее дыхание, которое вырывается из моих раздувающихся ноздрей.

«Ты уверена, mo khrà?»

«Угу. Оставайся на собрании. Я разберусь».

— Не мог бы кто-нибудь сообщить Лоркану Рибаву, что я желаю поговорить с ним? — говорит Антони.

— Фэллон сказала «нет», — отвечает Коннор. — Идём. Я тебя отвезу.

— Не знал, что королева Данте имеет столько власти над воронами.

— Я не его королева, — огрызаюсь я.

— У меня другие сведения. Ведь я присутствовал на бракосочетании.

Все присутствующие вороны переводят на меня взгляды, словно Антони удалось заронить в их головы сомнение насчёт того, можно ли мне доверять.

— Ради всего святого, — я делаю широкий взмах рукой, — раз уж ты там был, не желаешь ли рассказать всем о том, как меня заставили связать мою кровь с долбаным психом, угрожая тем, что ты можешь потерять язык и бог знает какие ещё части тела, которые был готов отрубить тебе Данте.

Гнев заставляет мои слова взрываться в наполненном напряжении воздухе.

— А лучше расскажи им о том, как я разрезала цепи, которыми ты был прикован к стене, а затем нарисовала жабры на твоей шее, чтобы ты, мать его, не утонул, после того как тебя бросили там.

Глаза Антони начинают подёргиваться.

— Я спасла тебя, даже несмотря на то, что ты желаешь покончить с властью моей пары. Так что не надо приходить сюда и обвинять меня в том, что я спелась с врагом, потому что я — мать его — презираю Данте Регио!

Тени накрывают мои плечи и шею. Они приподнимают мою голову и скользят по моей челюсти, которая дрожит.

«Глубокий вдох, любовь моя».

«Я же сказала тебе не вмешиваться», — ворчу я.

«И пропустить грозную вспышку гнева своей пары?»

Я сердито смотрю на Лора, что только заставляет его обвиться вокруг моего тела и притянуть меня ближе.

«Что сделал с тобой этот человек, Behach Éan?»

Взгляд Лора проходится по моему напряжённому лицу.

«Ничего. Ничего он со мной не сделал. Я просто хочу, чтобы он ушёл».

«Вчера ты его спасла».

Я кривлю губы.

«Что сделал с тобой этот мужчина?»

Я закрываю глаза, потому что если я расскажу Лору о том, что сделал… а точнее — сказал мне Антони, то он уже не покинет Небесное королевство живым.

«Расскажи мне».

Слеза стекает по моей щеке. Я опускаю ресницы, чтобы отогнать слёзы. Несмотря на то, что Антони защищал меня, несмотря на то, что он потерял из-за меня свои ногти, я не могу смириться с его признанием, потому что в итоге я всегда буду выбирать свою пару.

«Он хочет твоей смерти, Лор».

ГЛАВА 54

Как только признание вылетает из моего сознания, я закрываю глаза, чтобы не видеть того, что уготовил Лор для Антони.

«Открой глаза, mo khrà».

«Я предпочту этого не делать».

Ещё больше слезинок стекает по моим щекам.

«Ты веришь в то, что Греко может измениться?»

«Я не стану рисковать твоей жизнью, Лор».

«Я повторяю… ты веришь в то, что Греко может измениться?»

Мои веки взмывают вверх.

«Ты думаешь, я оглохла? Думаешь, Мириам заставила меня отдать свой слух и чувство юмора в обмен на магию?»

Кривоватая улыбка приподнимает его призрачный рот.

«Мне, конечно, интересен корень этой мысли, но нет, Фэллон. Я не думаю, что ты чего-то из этого лишилась».

Моё горло так сильно сжимается, что мне становится больно глотать.

«Я не знаю. Я только знаю, что он хочет, чтобы монархиям пришёл конец».

«Какая идеалистичная идея».

Он заводит волосы мне за уши, убирая их с моих мокрых щёк.

«Я жил в такие времена, когда Люс был разделён между племенами. Тогда это было жестокое место, полное беззакония, где процветали богачи, а бедняки были брошены на произвол судьбы. Даже период владычества Регио не сравнится с той раздробленной империей».

Я вижу образ горной дороги, усыпанной крошечными телами, чьи конечности и головы вывернуты под неестественными углами. Я вижу деревянный дом, охваченный огнём. Пронзительные крики молодого человека, похожего на ангела мщения, доносятся из пламени, а на его руках лежит бездыханное тело темноволосой женщины.

Я вижу, как он падает на колени, чёрные волосы рассыпаются по его лицу, когда он прижимается лбом к неподвижной груди женщины. Я слышу, как он шепчет: «Она мертва, Лоркан». И когда он поднимает лицо и приковывает меня взглядом знакомых чёрных глаз, Лор забирает меня из своего воспоминания.

«Кем была эта женщина?» — задыхаясь говорю я, точно только что выбежала из того дома вместе со своим отцом.

«Это была твоя бабушка».

Его призрачные пальцы двигаются вверх и вниз по моей спине, лаская её.

«Фейри подожгли деревню. К тому моменту, как мы заметили пламя на горных пастбищах, фейри убили наших младших братьев и сестёр, и совершили непотребства с нашими матерями».

Холод от его теней проникает в мою плоть.

«Прости», — бормочет он. «Я не должен был посвящать тебя в эти воспоминания, но я хотел, чтобы ты увидела, что мир не был лучшим местом до того, как я нашёл первую шаббианскую королеву и попросил её о помощи».

Он отделяется от моего тела и направляет всю силу своих лимонных глаз на морского капитана.

Я обхватываю себя руками, чтобы унять дрожь, вызванную видом тех крошечных разбитых тел и безумных глаз моего отца.