Оливия Торн – Все, в чем он нуждается (ЛП) (страница 32)

— Я позвоню тебе, когда закончу.

— Ладно.

— Пока.

— Пока.

Это было странно… Мне пришлось сдержаться, чтобы не сказать «Люблю тебя».

Привычка, в основном. Я говорю это своим родителям, я говорю это Ань…

«Не очень-то хорошо говорить ЕМУ об этом сейчас», — упрекнула я себя.

Затем я поняла, что это был первый раз, когда я говорила с ним по телефону с той ночи, когда мы впервые встретились.

На самом деле, я впервые услышала его голос по телефону. У меня было странное чувство завершенности, когда я разговаривала с ним, после всего, что произошло между нами за последние пару дней.

Потом я решила, что с размышлениями о тайнах вселенной покончено, и пошла в ванную принять душ.

Глава 24

Так начался День Лили.

Он начался с позднего, роскошного завтрака из клубники, манго и персиков, а также небольшой яичницы, бекона и двух мимоз со свежевыжатым апельсиновым соком.

Совершенство.

Мне было немного неловко тратить деньги Коннора, но я решила: «Эй, он же сам СКАЗАЛ», и дала парню из обслуживания номеров тридцать долларов чаевых.

Не то чтобы это были чаевые, достойные Коннора, но я не настолько сумасшедшая.

Красное платье было в песке и пыли со вчерашнего вечера, поэтому я выбрала свою рабочую одежду с понедельника, которую Джонни услужливо спрятал в сумку магазина «Прада». Она была немного пугающей, но я решила, что не буду носить ее слишком долго.

Кредитная карта была Черной картой Американ Экспресс, зарегистрированной на компанию Extremis.

И это «немного наличных», о которых упоминал Коннор?

Шестьсот долларов.

Почти как моя месячная арендная плата.

Я покачала головой, положила их в сумочку и направилась в вестибюль.

На эти деньги я поймала такси. Заставив раздраженного таксиста дважды проехать вверх и вниз по Стрипу, я решила, что Венецианец мне нравится больше всего, и заплатила ему (с чаевыми тридцать долларов — эй! Я была в ударе) и отправилась по магазинам.

Интерьер торгового района был прекрасен — здания, смоделированные по образцу Венеции, в комплекте с каналами, проходящими между магазинами.

Меня поразил потолок. Небесно-голубой, он был расписан облаками так реалистично, что мне потребовалась секунда, чтобы вспомнить, что я внутри здания, а не на улице. Иллюзию создавали лишь тени в углах потолка.

Я надеялась найти что-нибудь подешевле, чем «Прада» или «Гуччи», — и мне удалось. В магазине Энн Тейлор я нашла маленькое черное платье, которое, как я поняла, Коннор не будет возражать снять с меня. Нет, оно не было таким же шикарным, как «Армани»… Но на тысячу долларов дешевле. По крайней мере.

Я также выбрала новый бюстгальтер и пару трусиков. Выйдя из раздевалки, я расплатилась с кассиром и отправилась пообедать.

По пути я заметила банкомат, приютившийся среди магазинов. Мне все еще было неудобно тратить деньги Коннора, поэтому я решила пополнить их своими собственными.

«Это все еще его деньги», — прошептал в моей голове язвительный голосок.

— Заткнись, — сказала я вслух и смущенно огляделась, надеясь, что меня никто не услышал. К счастью, рядом никого не было. По крайней мере, никто не смотрел на меня, как на сумасшедшую, бормочущую себе под нос.

Я сунула карточку в прорезь банкомата… ввела свой код… сняла четыреста долларов…

…и ахнула, увидев распечатанную квитанцию.

Он уже сказал мне.

Я знала, что это там.

Но одно дело «знать» что-то, и совсем другое — видеть это на самом деле.

Особенно когда «что-то» стоит пятьдесят тысяч.

Мой банковский счет составлял сорок девять тысяч девятьсот двадцать семь долларов и семьдесят три цента.

Учитывая, что я только что сняла четыреста долларов, всего несколько секунд назад там было пятьдесят тысяч триста двадцать семь долларов и семьдесят три цента.

Триста двадцать семь долларов и семьдесят три цента. Это все, что я имела двадцать четыре часа назад. Не хватало даже на оплату аренды — не говоря уже о продуктах, бензине, страховке автомобиля и коммунальных услугах.

А теперь… теперь у меня было больше денег, чем когда-либо в жизни.

На самом деле, больше, чем я когда-либо зарабатывала за всю свою жизнь.

Это сбивало с толку.

Я, спотыкаясь, подошла к скамейке и присела. Моя рука дрожала, пока я смотрела на квитанцию.

Я думаю, что до этого момента эмоциональное воздействие от общения с таким богатым человеком, как Коннор, полностью не осознавалось.

Звучит как будто я — охотница за богачами. Позвольте мне попробовать еще раз.

До этой секунды я жила в сказке. Сказка для взрослых с некоторыми горячими и грустными моментами, но это было похоже на историю, в которой я была приглашена на главную роль. Это было как-то… не похоже на реальность. Как будто я могла проснуться в любую секунду и обнаружить, что все это было чудесным сном, а теперь наступило утро понедельника, и настало время вернуться к мелочным мукам работы на герра Клауса.

Настройтесь на этой неделе на Остров фантазий с Лили Росс в главной роли!

Но в моей жизни была одна вещь, которая была более Реальной, чем что — либо другое — и это были Деньги.

Заметьте, я не сказала «Важной». Я сказала «Реальной».

Вроде тех вещей, которые бьют тебя по голове и напоминают, что ты живешь не в фильме «Холлмарк».

Аренда. Счета. Быть в состоянии съесть что-то другое, кроме топового Рамена.

Для реальной жизни нужны деньги, а их всегда не хватало.

Не то чтобы я хотела кучу денег. Я имею в виду, если ты хочешь дать мне выигрышный лотерейный билет? Конечно, я возьму его. Но я никогда не гналась за деньгами, как это делают честолюбивые люди. Были и другие, более важные для меня, вещи. Истина, красота, любовь, дружба, чувство великой цели…

Это звучит как надпись на слащавой поздравительной открытке.

Но если бы меня интересовали деньги, я была бы полностью поглощена первоначальным предложением Коннора в двадцать тысяч долларов.

Я не согласилась, потому что была влюблена в Коннора. И то, что он предлагает заплатить за мое время… Делало мои чувства дешевыми. Безвкусными. Заставляло меня саму почувствовать себя безвкусной.

Но реальная жизнь с деньгами была такова: я боролась за них всю свою взрослую жизнь (то немногое, что я прожила до сих пор). Чтобы сделать то, что я хотела, денег всегда не хватало. Едва хватало, чтобы наскрести на необходимые нужны. Делать дерьмовую работу и работать на людей, которых я ненавидела, просто чтобы выжить.

Ха-ха — добро пожаловать в человеческую расу, верно?

Да, знаю, знаю — Вступай в клуб, Лили.

На прошлой неделе я слышала по радио забавную шутку, которая звучала примерно так: вы говорите, что хотите создать группу поддержки для людей, которые ненавидят свою работу? Есть одна! Называется «Все», и собрания проходят в барах!

Но четыре дня назад я встретила парня, для которого деньги были как водопроводная вода: что-то, что ты только что включила. Это принималось как должное. Это всегда было рядом, сколько бы он ни хотел.

И он дал мне то, что для него было не больше, чем стакан воды.

Но для меня это изменило все.

И доказательство тому было на маленькой бумажке в моей руке.

Я немного поплакала, глядя на него. У меня было такое чувство, будто я держу в руке лотерейный билет, чтобы больше не перебиваться с копейки на копейку. Больше Никаких Тревог. И билет оказался выигрышным.