Оливия Торн – Дарио (страница 11)

Когда он пристально посмотрел мне в глаза, я вдруг поняла, что смех, крики, обаяние — это все фасад.

Никколо прикидывался дурачком, но это было лишь для того, чтобы пробраться сквозь твою защиту…

Достаточно близко, чтобы вонзить в тебя кинжал.

Меня испугала перемена в его настроении, но я постаралась скрыть это, напустив на себя побольше серьезности.

— Я хочу лечь в постель. Или ты собираешься меня остановить?

— Здесь никто не будет мешать тебе, Алессандра, делать что угодно, — промурлыкал Никколо. — Кроме как покинуть поместье. Это карается…

Внезапно голос Дарио прервался из глубины комнаты.

— Никколо.

Это было предупреждение.

Приказ отступить.

Потому что я знала, что было бы следующим словом:

Карается смертью.

В глазах Никколо мелькнул гнев… а потом он снова стал прежним обаятельным человеком.

— Конечно, конечно, — сказал он, откинувшись в кресле. — Ты, наверное, очень устала, bella, тебе нужно пойти поспать. Мы сможем продолжить наш разговор утром.

Я кивнула и неуверенно поднялась на ноги.

— Массимо, проводи ее в комнату, — приказал Дарио.

— Я сама могу найти дорогу назад, — запротестовала я.

— Знаю, что можешь. В любом случае, он пойдет с тобой.

Я уставилась на Дарио, но он лишь спокойно смотрел на меня своими завораживающими глазами.

Мне было трудно отвести взгляд, но в конце концов я это сделала.

Другие глаза в комнате были не такими манящими.

А некоторые из них были гораздо более угрожающими.

Адриано с его гневом…

Ларс с его спокойным весельем…

Роберто с его расчетливым взглядом…

Валентино с его соблазнительной улыбкой…

И Никколо с его пронзительным взором, который просеивал мою ложь, как пшеницу.

— … хорошо, — сказала я, желая поскорее уйти оттуда.

Когда я встала, чтобы удалиться, Массимо подошел и проводил меня в комнату.

— Sogni d’oro, — сказал Никколо с ноткой насмешки в голосе.

«Сладких снов». Буквально, «золотых снов».

Меня держали здесь против моей воли, в доме, полном мафиозных бандитов?

Я была уверена, что мои сны будут совсем не такими.

Поэтому как можно быстрее вышла из комнаты, и Массимо последовал за мной по лестнице.

Когда я добралась до своей комнаты, он остановился на пороге.

— Приятных снов, — сказал он и закрыл дверь.

Я услышала щелчок.

Когда он ушел, я попробовала ручку двери…

… и обнаружила, что заперта.

Я легла в постель, но заснуть смогла только через много часов.

Потому что, хотя я и была заперта…

… они не были заперты.

Глава 8

На следующее утро я проснулась рано — не потому, что в комнату заглянуло солнце, а по привычке.

Я работала в кафе отца шесть дней в неделю, и только в воскресенье утром из-за мессы у меня была возможность поспать подольше, поэтому я просыпалась в одно и то же время. Это не зависело от того, когда я легла и сколько спала.

Но я должна была признать, что кровать была мечтой… как будто плывешь на облаке.

Я перевернулась на бок и впервые за много лет подумала о том, чтобы еще поспать…

И тут я увидела это.

На стуле возле двери висело чужое платье.

Платье, которое, должно быть, кто-то повесил туда, пока я спала.

Я села в постели, резко очнувшись ото сна, как будто меня облили ледяной водой.

Представила, как Дарио стоял надо мной и смотрел, как я спала, и задрожала от страха…

Хотя что-то в этой фантазии заставляло меня краснеть.

На мне был только пеньюар, и одна из бретелек свалилась с плеча.

Что он увидел?

… И что бы он мог сделать, если бы не дал обещание отцу вчера вечером?

Я снова услышала его голос в своем сознании:

«Я даю тебе слово, что не лишу девственности твою дочь… пока она сама не попросит меня об этом».

Потом я вспомнила еще кое-что, сказанное им мне на ухо так, чтобы слышала только я:

«Ты БУДЕШЬ моей шлюхой. Но только моей… и ни чьей больше».

Я задрожала — и не только от страха.

Признаться, во мне было какое-то греховное желание, но я никогда не стала бы умолять его об этом.

Если он сдержит свое слово, то я буду в безопасности.

… если он сдержит свое слово.

Я встала с кровати и подошла к платью.