Оливия Торн – Адриано (страница 62)

— Я слышал. Как зовут твоего отца, Бьянка?

— Фабрицио Леттьери.

— Среднее имя?

— У него его нет.

— Подождите.

Наступает долгая пауза. На заднем плане слышится рокот голосов и щелканье клавиатуры.

— Я не понимаю, в чем дело, — шепчу я Адриано.

— Подожди, — отвечает он.

Никколо возвращается почти через минуту.

— Есть ли другое имя, которое он мог использовать?

— Нет, я так не думаю.

— Что ты нашел? — спрашивает Адриано.

— Ничего. В наших записях нет абсолютно никаких упоминаний о Фабрицио Леттьери.

— Сукин сын, — бормочет Адриано.

— Адриано… мне не нужно говорить тебе, как это важно…

— Я знаю, я знаю, — говорит Адриано. — Мы уходим.

— Хорошо. Держи меня в курсе.

Я в шоке смотрю на Адриано, когда он кладет трубку.

— Что это, черт возьми, было?

Адриано сует пистолет обратно в куртку, затем достает бумажник и кладет на стол сто евро.

— Нам пора.

— Скажи мне! — испуганно говорю я.

— Последние двадцать лет у моей семьи была сделка с Агрелла. Они занимались улицей — проституцией, наркотиками, азартными играми и тому подобным дерьмом, а мы — судами и политиками. Подкупы и взятки.

Я хмурюсь.

— Но мой отец…

— Он не работает на нас. Он работает на Агрелла.

— … что означает?..

— Это значит, что Агрелла действовали за нашей спиной в течение последних двадцати лет. Это достаточно плохо, но если учесть, что твой отец исчез две ночи назад, а Агрелла были убиты вчера вечером… возможно, твой отец узнал то, чего не должен был знать.

— Может быть, он знал, что произойдет, и поэтому ушел в подполье. А это значит, что он знает, кто стоит за всем этим… и, возможно, что-то еще более серьезное.

Я смотрю на Адриано, когда до меня доходит смысл сказанного.

Мой отец ввязался в войну внутри Cosa Nostra…

И тот, кто уничтожил Агрелла, ищет его прямо сейчас.

Адриано поднимает меня на ноги.

— В любом случае, мы должны найти твоего отца быстро… пока кто-нибудь не добрался до него раньше.

Глава 39

Адриано

Это очень важно.

Возможно, даже важнее, чем то, что Агрелла стерты с лица земли.

Я имею в виду, это само по себе является событием.

Но какие бы секреты не хранил отец Бьянки, они указывают на существование огромного заговора, о котором моя семья даже не подозревает.

Заговор, который обрушивается на Агрелла, как цунами.

И который может уничтожить нас, если мы не выясним, кто за ним стоит.

— Куда мы едем? — спрашиваю я у Бьянки, когда вывожу Мерседес на дорогу.

— Большинство пунктов приема ставок находятся рядом с Centro Storico, — говорит она, — историческим центром Флоренции. — Один из них находится в Санта-Мария-Новелла, рядом с железнодорожным вокзалом.

Санта-Мария-Новелла — это район Флоренции, расположенный к западу от исторического центра. Здесь много красивых старинных зданий, таких как базилика Санта-Мария-Новелла, и более мрачных районов рядом с железнодорожными линиями.

— Хорошо, сначала мы отправимся туда.

Она смотрит на меня немного исподлобья.

— Думаю, сначала тебе нужно переодеться.

— Что? Почему?

― Ты выглядишь как гангстер.

— Это дорогой костюм! — отвечаю я, раздражаясь.

— Да, это Prada и, похоже, шелковая рубашка Brunello Cucinelli. Что делает тебя либо моделью, либо мафиози.

Я удивленно смотрю на нее.

— Откуда ты знаешь, что это именно они?

— Я учусь на модельера и хочу стать дизайнером. Я в этом разбираюсь.

— Ты можешь сказать это, просто взглянув на них?

— Конечно. Я смотрю все показы мод в Интернете и знаю, что этот пиджак из последней коллекции Prada. И никто не делает шелк так, как Brunello Cucinelli.

— Ха, — бормочу я. — Почему я не могу быть обычным богатым парнем?

— У обычных богатых парней нет татуировок на шее. За исключением Джанлуки Вакки, наверное.

— Кого?

— Это такой богатый старик в TikTok, который танцует и… неважно. Дело в том, что он богатый парень с татуировками, но пытается выглядеть как мафиози. Ты — мафиози, но стараешься не выглядеть, как мафиози.

— Какая разница, похож ли я на мафиози?

— Разве ты не говорил, что люди Агрелла заправляют азартными играми во Флоренции? Уверен, что они тебя не узнают?

— Я уже говорил тебе, что парни низкого уровня в букмекерских конторах не знают меня в лицо.

— Да, но если ты придешь в костюме стоимостью десять тысяч, они ведь поймут, что ты кто-то важный, верно?