Оливия Торн – Адриано (страница 126)

Я не сомневаюсь, что если он выстрелит, Адриано умрет.

Я не могу этого допустить.

Не могу.

Наша машина мчится по хребту, высокому холму над сельской местностью.

Кроме Мерседеса, рядом с нами нет ни одной машины.

Справа от нас проносится металлические ограждения, отражающие свет фар.

За ними только темнота.

Я думаю, не на это ли похожа смерть?

Выйти за пределы видимости и погрузиться в темноту.

Я смотрю на Меццасальма.

Он не отрывает глаз от зеркала заднего вида.

И его больной глаз как раз с моей стороны, он не видит, что я делаю.

Если я собираюсь это сделать, то действовать нужно сейчас.

У меня в голове есть две последние мысли:

Береги моих родителей, Адриано.

И…

Я люблю тебя.

Я протягиваю левую руку и щелкаю замком ремня безопасности Меццасальма.

— Что!.. — восклицает он.

Но я уже наклоняюсь и хватаю руль.

И изо всех сил поворачиваю его вправо.

Мы врезаемся в ограждение на скорости восемьдесят миль в час.

Раздается металлический скрежет.

Толчок.

Мир переворачивается с ног на голову.

А потом мы проваливаемся…

… в темноту.

Глава 95

Адриано

Роллс врезается в ограждение.

Металл тут же прогибается, рассыпавшись искрами.

И машина переворачивается.

— НЕЕЕЕЕЕЕТ! — кричу я в ужасе.

Я вижу, как парень с ракетной установкой отшатывается назад, оружие выпадает из его рук от удара.

И он исчезает, когда машина переворачивается.

Все, что мы можем видеть, — это ходовая часть машины.

А потом и это исчезает за ограждением.

Через секунду раздается первый удар — металл врезается в землю, звук оглушительный.

Массимо ударяет по тормозам.

Мерседес сильно заносит и разворачивает…

Затем мы останавливаемся примерно в девяноста футах от дыры в ограждении.

Я успеваю выскочить из машины, прежде чем мы полностью останавливаемся.

— БЬЯНКА! — кричу я, спотыкаясь на дороге, и бегу к бреши в металле.

Я не обращаю внимания на раскаленные осколки боли, пронзавшие мои внутренности и легкие.

Для меня ничего этого не существует.

Не существует ничего, кроме нее.

И надежды на то, что она еще жива.

— АДРИАНО, ПОДОЖДИ! — кричит Массимо, вылезая из Мерседеса.

Я игнорирую его, добравшись до искореженного ограждения и соскользнув вниз, в заросли кустарника, покрывавшие холм.

Роллс лежит в пятидесяти футах подо мной, перевернутый, его колеса все еще вращаются.

Машина каким-то образом переворачивается во время падения. Фары направлены на дорогу, и они освещают мне путь, пока я спускаюсь вниз по склону.

Потом я добираюсь до стрелка с ракетной установкой.

Или, по крайней мере, его верхней половины.

Его тело разорвано на две части ударом крыши автомобиля о склон.

Не обращая внимания на ужас происходящего, я продолжаю спуск с холма.

Я добираюсь до двери Роллса со стороны пассажира. Подергав за ручку, я распахиваю ее…

Там лежит Бьянка, вернее висит вверх ногами, ее тело удерживает ремень безопасности.

Повсюду кровь.

Кровь покрывает кожаную обивку…

Подушки безопасности, сработавшие на приборной панели…

И всю ее.

— Детка, детка, ты меня слышишь?! — кричу я, почти рыдая и наклоняясь ближе.

Ответа нет…

Но она еще жива.

Я слышу ее прерывистое, хриплое дыхание.