Оливия Штерн – Королевская гончая (страница 51)
– Я старый хочу вернуть. Пойдем в столовую, переговорить надо.
В том, что Клайв что-то задумал, сомневаться не приходилось. Знать бы еще что! Но он словно воды в рот набрал и молчал все время, пока шли до студенческой столовой. Дарса так и подмывало пристать с расспросами, но приходилось себя сдерживать. Захочет Клайв, сам расскажет. Но, судя по самодовольной ухмылке, которая нет-нет да и мелькала на губах сына, задумка казалась ему если не гениальной, то близкой к тому.
В зале столовой было пусто. Дарс поймал себя на том, что забыл, когда ел, поставил на поднос высокий тонкостенный стакан с ананасовым соком, розетку с салатом из томатов, брынзы и оливок и тарелку с теплой еще, умопомрачительно пахнущей отбивной. Туда же последовали немудреные столовые приборы и салфетки. Клайв соблазнился только кофе и добрым куском ванильного чизкейка.
Они расположились за столиком у окна, и Дарс отдал должное мастерству повара: отбивная была великолепна. Сын взирал на него с удивлением, потом поинтересовался:
– Я гляжу, бегство Луизы никак не сказалось на твоем аппетите.
В его словах почудился укор, но Дарс только плечами пожал.
– Кому станет легче, если я начну себя морить голодом? Ближайшие двадцать – тридцать часов мне надо быть на ногах, Клайв. Как ты понимаешь, закидываться энергетическими препаратами лучше на сытый желудок.
Клайв помолчал, задумчиво ковыряя ложечкой чизкейк, а Дарс вдруг подумал, что он совсем не знает своего сына и даже предположить не может, о чем тот сейчас размышляет. Плохой отец? Возможно, но ничего с этим не сделаешь. Приходится выбирать: либо безопасность империи, либо воспитание драгоценного отпрыска. Впрочем, у Дарса-то и права выбора в свое время не оказалось. Брат попросил быть рядом с ним, служить империи, и Дарс не мог отказать. Увы, отнюдь не во благо собственному ребенку, который очень незаметно и быстро вырос и который все же унаследовал характер матери. Слишком горячий, способный на любую глупость или авантюру. Только и надежда, что еще повзрослеет и остынет.
«А сам-то, сам? – Дарс усмехнулся про себя. – Влюбленный идиот…»
– Мне кажется, ты хотел что-то со мной обсудить, – сказал он вслух, отрезая очередной кусок от отбивной.
Клайв медленно отхлебнул кофе и прикрыл глаза.
– Скажи, папа, сколько времени понадобится, чтобы найти, в каком из входов в сигма-тоннель зарегистрирована «Тайна»?
– Пару суток по Рамосу. К чему вопрос? Раньше вряд ли получится, система и без того перегружена.
– Мне кажется, я могу ускорить процесс, – прошептал Клайв, – но взамен хочу полететь с тобой.
– Это исключено, – отрубил Дарс. – Во-первых, я не могу рисковать наследником империи Квеон. Заметь, теперь уже действительно наследником. Во-вторых, я беру с собой группу захвата. Что ты там будешь делать, Клайв? Эти люди знают, как вести боевые действия. А ты – нет.
– У тебя на диво логичные доводы, – недовольно буркнул Клайв, – мне казалось, что я могу помочь.
– Можешь, – быстро согласился Дарс, – выкладывай, что там у тебя на уме. Речь ведь идет о том, чтобы как можно скорее найти Луизу?
– Зачем ты ее хочешь найти, па? – Голос Клайва внезапно прозвучал устало. – Мне просто нужно услышать это еще и от тебя. Луиза давно мне сказала. Она на самом деле для тебя что-то значит или это просто девчонка, с которой ты развлекся?
– Мне не до развлечений. – Дарс хмыкнул. – Это вы развлекаетесь. Если я найду ее живой, то введу в дом своей женой. Она никуда от меня больше не сбежит, вот ей-богу. И я совершенно серьезен, Клайв, нравится тебе это или нет.
– Скажем так, я не в восторге от перспективы обзавестись мамочкой, которая меня старше всего на пару-тройку лет, – проворчал Клайв, – но я принимаю твое решение, па. Я всегда тебя уважал, ценил. Ты ни разу в жизни не напорол какой-нибудь глупости, так что… Эх, раз уж ты не хочешь брать меня с собой, я помогу, оставаясь на Рамосе.
И умолк, принявшись за чизкейк.
Дарс испытал желание перевернуть его Клайву на голову.
В то время, когда дорога каждая секунда и Луизу могут убить – а что еще делают с предателями? – этот засранец уминает пирожное.
– Она, скорее всего, взяла с собой моего жука, – спокойно произнес Клайв, – вход в каждый сигма-тоннель подключен к глобальному нейропространству империи. Жук должен оставить метки, ориентированные на мой личный интерфейс на входе и выходе.
– Хлебные крошки? – В душе яркой, сияющей волной поднималась гордость за сына.
– Вроде того, – Клайв кивнул, – понимаешь, не то чтобы я хотел следить за Луизой, но вот этот ее прыжок в пруд натолкнул меня на мысль, что с ней не все в порядке, причем сильно, и за ней лучше приглядывать – знать, куда ее понесет в следующий раз. Жук был настроен так, что если ее состояние организма будет сигнализировать об опасности для жизни, то он сразу даст сигнал.
– Куда?
– Мне в голову. – И Клайв выразительно постучал себя пальцем по лбу.
– Э… И что сейчас у тебя в голове? – осторожно спросил Дарс.
– Пока тишина. – Он пожал плечами. – Думаю, что она просто пока не добралась туда, куда собиралась.
– Думаю, что и мы сейчас с тобой полетим. Домой, Клайв. Подключаться к нейропространству.
Ровно через два часа Дарс отдал распоряжение готовить транспорт и группу захвата. Клайв больше не просился с ним, лишь угрюмо наблюдал за сборами. Сидел в кресле, положив ногу на ногу, и нарочито раздражающе постукивал пальцами по подлокотнику.
– Что это? – спросил он, когда Дарс закатал рукав и вынул из ящика стола шприц-капсулу.
– Новая прививка. Обязательная профилактика для всех участников боевых действий.
– Я не знал, – в глазах Клайва блеснул интерес, – и что там?
Дарс поморщился. Он, конечно, сильно преувеличил тот факт, что ее прямо-таки делают всем. Эту дрянь вообще редко кому кололи, потому что и средство было неприлично дорогим, и постэффект бывал тяжелым. Но в нужную минуту препарат мог спасти, потому что…
– Распределенный наногенератор с нейросетевым интерфейсом, – сказал Дарс, – пока это у меня в крови, я почти неуязвим.
– Даже для дезинтегратора?
– Даже для дезинтегратора, Клайв.
– Понятно. – Он кивнул. – Ну что ж, удачи, папа. Я уже сделал все, что мог, не так ли?
– Ты оказал мне неоценимую помощь, – серьезно ответил Дарс. – Прошу тебя, будь на территории академии. На сей раз это не шутки, Клайв. Да и вообще, закончились шутки.
Он подошел и крепко обнял сына, с тоской отметив, что мальчик-то ростом догнал папу и как-то все это произошло тихо и незаметно. В груди рядом с пульсирующим страхом за Луизу шевельнулось еще и отвратительно липкое беспокойство за Клайва. Дурное предчувствие? И Дарс хотел еще раз повторить свою просьбу не покидать территории кампуса, но сын перебил:
– Луиза улетела потому, что не хотела быть угрозой для всех нас. Думаешь, что-то изменится, если ты ее найдешь?
Дарс пожал плечами.
– Я хочу, чтобы она знала, что может вернуться.
– Как знаешь, – прошептал Клайв и отвернулся, – я ж за тебя беспокоюсь. Ты все же мне не чужой.
– Я это ценю, сын. И рассчитываю, что ты спокойно меня дождешься.
– Ты только возвращайся, папа.
Они не прощались. Перепоручив Клайва Ретри, чтобы тот отвез сына в академию, Дарс поднялся в кабинет. Надежды на то, что программа подобрала ключи к шифрованной нейроматрице, почти не было. Процесс подбора, даже с привлечением вычислительных мощностей целой планеты, все равно может растянуться на несколько лет, и ничего с этим не поделаешь.
Однако, едва вытянув голографическую панель, Дарс увидел зеленый индикатор. Уставился на него так, словно это было и не изображение ключика, а по меньшей мере акд, поднявшийся на задние лапы и готовящийся к атаке.
Сердце подпрыгнуло в груди и понеслось вскачь, а пальцы сделались ледяными.
«Как не вовремя-то», – отстраненно подумал Дарс.
Почему не вчера, например? А еще лучше – до того, как Луиза сбежала с Рамоса?
Руки подрагивали, когда он открыл контрольную панель с видом на трехмерное представление нейроматрицы Луизы. Верхние слои приобрели однородный синий цвет. Нижние по-прежнему темнели провалами воронок. Дарс не удержался, подключился своим интерфейсом к системе, рванул туда, где торчали усики триггеров. Ну конечно. В голове Луизы прочно разместилась программа самоуничтожения в том случае, если ее попытаются взять под стражу. Разумеется, самоуничтожиться должен был не только бионик. Его задача – прихватить с собой как можно больше народа, а еще лучше – шарахнуть по Рам-сити разлагающим воздействием.
Дарс вынырнул, выныривая из нейропространства; кабинет качнулся, ушел в сторону – пришлось опереться о стол. После возвращения в реальность кружилась голова и подташнивало.
Что теперь?
Он довольно хмыкнул.
А теперь, зная, что ключ к нижним слоям памяти хранится где-то в расшифрованной области, можно сузить пространство поиска. Что, соответственно, приведет к сокращению времени процесса в целом.
Руки больше не тряслись.
Быстро перебирая нужные окна, Дарс внес изменения в параметры поиска, затем скинул программу-клиент на портативный вычислитель. Будет просто здорово, если все отработает к тому времени, когда они подлетят к Зибрусу.
Он потоптался несколько минут на месте, собираясь с мыслями.
То, что Луизу заставили вспомнить, наводило на соображения о наличии некоего дополнительного плана у тех, кто все это затеял. А то обстоятельство, что ни в чем не повинный доктор Арсум Вейн в итоге оказался связным, весьма прозрачно намекало на то, что