Оливия Мэннинг – Друзья и герои (страница 16)

– Начну сначала.

– А Диоклетиан путешествует с вами?

– Конечно. Он такой же эллинофил. Я привез его из Англии, когда был там в последний раз, лет пять назад, – частично ради его же блага, а частично потому, что не хотел больше туда возвращаться.

Увидев ее вопросительный взгляд, он улыбнулся:

– Если бы я привез его обратно, ему пришлось бы отправиться в карантин. Нас разлучили бы на полгода, что совершенно невозможно. Он служит мне защитой. Когда родственники пишут укоризненные письма, я отвечаю, что с радостью приехал бы, но как быть с Диоклетианом?

– А если вам всё же придется уехать? Если нам всем придется уехать? Что вы будете делать?

– Давайте подумаем об этом, когда время придет.

Гарриет воспользовалась моментом, чтобы вернуться к обсуждению Куксона.

– Он здесь, кажется, имеет большое влияние, – сказала она.

– Наверное. Он уже долго живет здесь и знает много влиятельных людей. Он многим нравится. Куксон – довольно обаятельный человек, и у него есть дом в Фалироне, у моря; летом там потрясающе. Он очень гостеприимен и славится своими приемами. Все хотят на них попасть.

– Он женат?

– Когда-то был, по-моему.

– А теперь?

Алан рассмеялся:

– Теперь? Не могу сказать. Он как-то пригласил меня на одну «небольшую и очень любопытную вечеринку». Боюсь, я ушел очень рано: было очевидно, что вечеринка становится всё любопытственнее и любопытственнее.

– Он, по-видимому, очень добр к Грейси.

– Да, они большие друзья. Грейси подлизывается к нему. Все они перед ним пресмыкаются. Только это и требуется.

– Вот бы и Гай этим занялся, – сказала Гарриет. – Но он не способен подлизываться к нужным людям.

– Полагаю, это его достоинство?

– Возможно, но оно вряд ли нам поможет.

Алан рассмеялся. Видя, что он молчит, Гарриет продолжила расспрашивать его о Грейси: в самом ли деле он инвалид?

– Кто знает? Он и вправду упал на горе Пендели и повредил спину. Такое бывало со многими, но я никогда еще не слышал, чтобы кому-то после этого приходилось лежать месяцами. Но он твердо вознамерился уехать на лечение в ливанскую клинику.

– Мне кажется, он устал от всего этого спектакля.

– В самом деле? – Алан с интересом посмотрел на нее. – Вы имеете в виду травму? Думаете, это спектакль?

– Да. Миссис Бретт говорит, что он очень ленив. Уверена, что он никогда не хотел управлять школой – ему хотелось быть номинальным лидером. Он наверняка был очень доволен, когда под руку подвернулись Тоби и Дубедат, а этот несчастный случай был спасением свыше. Это оправдывало его безделие, но теперь игра затянулась. А он обречен продолжать ее, пока не уедет.

– Вы, возможно, правы.

Алан с трудом встал. Загадка Грейси не представляла для него интереса.

– Кажется, будет еще один дождь.

Солнце спряталось за облаками. Взрослые окликали детей, и первые капли создавали на поверхности воды маленькие лунные кратеры.

Шагая под деревьями, Алан молча смотрел перед собой. Если его не донимали вопросами, он, казалось, не чувствовал нужды в беседе, и Гарриет гадала, почему этот сдержанный и молчаливый человек вообще искал чьего-то общества. Поскольку говорить было не о чем, она продолжала свои расспросы. Что насчет Арчи Калларда? Конечно, он являлся другом майора, но был ли он чем-то бо́льшим?

– Он умный молодой человек, – сказал Алан. – Совсем не дурак, уверяю вас, но очень ограничен тем фактом, что его отец богат. У него нет нужды работать, но он вечно жалуется на недостаток денег. Порой он затевает какие-то проекты, надеясь заработать. Ездил на остров Лемнос, чтобы найти лабиринт, которого, возможно, никогда и не существовало. Недавно он некоторое время прожил на Патмосе: хотел написать биографию Иоанна Богослова. Разумеется, потом ему всё это наскучило, и он вернулся обратно. Сейчас как раз такой период.

– А Бен Фиппс? Никогда бы не подумала, что у него богатый отец.

– Это и в самом деле не так. Он работал здесь журналистом и опубликовал несколько работ. Я их не читал, но, насколько мне известно, он обладает некоторой репутацией.

– Что он делает в этой компании?

– Надеется на выгоду.

– Но какую?

– Продвижение по службе, например. Ему надоело кое-как сводить концы с концами своей журналистикой. Ему хотелось бы получить непыльную, надежную, хорошо оплачиваемую работу, которая к тому же определила бы его на видное место в обществе.

– Вы имеете в виду должность Грейси?

– Она подошла бы.

– Понимаю. Если он получит ее, как вы думаете, он наймет Гая?

– Вполне вероятно. Я знаю, что он недолюбливает Розенкранца и Гильденстерна.

– Лаша и Дубедата? Предателей, которые служили королю. Интересно, что получат те, кто служит Грейси?

– Скоро мы об этом узнаем.

Они дошли до гостиницы, и Гарриет остановилась.

– Я встречаюсь с Якимовым в «Зонаре», – сказал Алан. – Не хотите к нам присоединиться?

– С удовольствием, – ответила она. – Пойду узнаю, удастся ли мне выманить Гая.

Она взбежала по лестнице, ожидая, что не застанет Гая: он не умел долго находиться на одном месте, вечно жаждал общения и вряд ли бы смог просидеть в их тесной комнатушке два часа. Однако он лежал на горе подушек, сдвинув очки на лоб и обложившись книгами. В шевелюре его красовался карандаш.

– Ты здесь уже долго сидишь, – пожурила она его. – Тебе надо выпить. Пойдем.

– Пожалуй, нет.

– Да что с тобой случилось? Ты заболел?

– Нет.

Он опустил очки на нос и посмотрел на нее.

– У нас нет денег.

– Пусть Якимов угостит тебя. Ты достаточно поил его, когда у него не было денег.

– Я не могу идти в кафе в надежде, что за меня кто-нибудь заплатит.

– Пойдем. Я заплачу.

– Нет, не волнуйся за меня.

– Тогда пойдем в столовую, и ты что-нибудь съешь.

Они спустились в подвал, и он съел обед, не говоря ни слова. Гарриет надеялась, что, оставшись вдвоем в этом городе, полагаясь лишь друг на друга, они сблизятся. Теперь же ей казалось, что он был ближе всего, когда его не было рядом, – например, в тот момент, когда она воображала его в самолете над Эгейским морем. Он прибыл в Афины, и они сразу же отдалились друг от друга.

Гай не умел закрываться от всего мира в близости. Главными отношениями в его жизни были отношения с внешним миром, и Гарриет гадала, способен ли он воспринять какую-то иную форму отношений. Он был обижен не на нее, а на мир, не сдержавший своих обещаний, и прятался от него. Здесь они были свободны и располагали временем, чего за предыдущий год их брака ни разу не бывало, но Гай ушел в себя, а она ходила на прогулки с посторонним человеком.

6

На следующее утро им позвонили во время завтрака. Гай вернулся к столу преображенным, чуть ли не бегом преодолев ступеньки, ведущие в столовую. Лицо его сияло.

– Доедай быстрей! – сказал он Гарриет. – Мы идем в миссию!

– Правда? Зачем?

– Каир одобрил мое присутствие здесь. Судя по всему, им больше не нужны люди в Египте. Миссия сообщила, что я могу получить деньги.