Оливия Лоран – Фиктивная невеста адвоката (страница 5)

Поглаживая напряженное плечо Астахова, жмусь к нему ближе, словно это поможет мне скрыться от цепкого, изучающего взгляда его матери. Она будто делает пометки на полях моих мыслей.

Елена Сергеевна едва заметно приподнимает брови, а потом чуть щурится и сдержанно кивает. Кажется, я начинаю понимать, о чем говорил Олег: мой мозг сейчас словно на гриле. Прямо как этот шашлык, запах которого разносится по всей террасе.

Олег подхватывает меня под локоть и ведет дальше. Перевести дыхание я не успеваю. Следующая остановка — знакомство с отцом.

«Бизнесмен, разговоры о работе, финансовая грамотность», — мысленно напоминаю себе.

— Пап, это Полина — моя невеста.

Какой неоригинальный жених мне попался… Эту фразу я слышу уже третий раз за последний час.

— Здравствуйте, — произношу бодро. — Приятно познакомиться с вами.

Его отец добродушно улыбается, тем самым воодушевляя меня, и смотрит с таким энтузиазмом, будто я сейчас объявлю курс валют.

— И я рад знакомству, — отвечает с одобрением. — Полина, значит? Хорошо хоть не после свадьбы узнаем. И долго он прятал тебя от нас? — смеется Евгений Алексеевич.

— Может, он просто не знал, когда лучше меня представить, — улыбаюсь шире и замечаю боковым зрением, как Астахов нервно потирает шею.

Вопрос о длительности наших «отношений» оставляю Олегу. Возможно, он был замечен в каких-то связях за последнее время, а статус невесты-рогоносицы меня не прельщает.

— Полина адвокат, — выдает вдруг он. — Мы давно знакомы, сошлись на общих интересах. Ну, и на взаимной симпатии, конечно же, — усмехается.

Сейчас обидно даже стало… То есть он меня тоже недолюбливает?!

— Юристы, — заключает его отец с некой печалью в голосе, но улыбаться он не прекращает.

— Папа расстроен, что только что лишился нового собеседника, — объясняет Астахов с улыбкой в голосе. — У нас в семье ни одного экономиста.

— О, я бы с радостью обсудила с вами любую тему, — подхватываю тут же. — Сегодня в дороге как раз читала об отличиях между трастовой компанией и холдинговой структурой на Британских Виргинских островах.

Мысленно скрестив пальцы на руках, я надеюсь, что вопросов за этим не последует.

— А она мне нравится, — забавно протягает Евгений Алексеевич и хрипло смеется.

Кажется, сейчас я снова чувствую себя неловко за этот обман. Надеюсь, когда всё раскроется, они не сильно расстроятся.

— Ладно пап, мы пойдем, — встревает Олег, прежде чем его отец успевает что-то спросить. — Полина жуткого голодная, а сказать стесняется.

Стиснув зубы, я борюсь с желанием ткнуть ему локтем под ребра. Вот же гад. Выставил меня обжорой перед будущим свекром…

— Спасибо за теплый прием, — улыбаюсь я и крепко вцепляюсь в Астахова, следуя за ним к столу. — Бессовестный… — шиплю злостно, обращаясь уже к Олегу.

— Спасибо бы сказала, я тебя вообще-то спас от часового разговора, — усмехается он и удивленно смотрит на меня. — А ты, кстати, рисковая. Готовилась?

— С Гуглом в дороге было интереснее, чем с тобой, — огрызаюсь я.

— Черт…

Взгляд Олега вдруг становится серьезным. Он смотрит в сторону дверей, откуда выходит улыбчивый красавчик. Вылитый Том Круз в молодости.

— Я так понимаю, тот самый братец, в компании которого мне нужно притвориться немой? — сжимаю локоть Астахова, пытаясь его растормошить, но он не реагирует. — Кажется, он нас заметил…

— Помнишь, что я тебе говорил?

— Конечно. Держаться рядом, где нужно улыбнуться и сделать вид, что без ума от тебя, — цитирую его условия, озвученные в момент переговоров.

Ответить он уже не успевает. Денис шагает к нам навстречу и задерживает на мне взгляд чуть дольше, чем позволяют рамки приличия.

— Привет, брат, — здоровается он с Олегом и снова смотрит на меня. — Кто эта прекрасная незнакомка? — зачем-то подмигивает.

Ожидаю услышать уже поднадоевшую заготовку Астахова: «Это Полина — моя невеста», как он меня удивляет. Нет, не словами. Оригинальность всё же не его конек.

Меня поражает его бесстрашие в тот момент, когда он собственнически опускает свою широкую ладонь мне на бедро и сжимает пальцы, а затем притягивает к своему каменному телу.

А ведь ему сегодня спать со мной в одном домике…

7

— Приятно познакомиться, — я обращаюсь к Денису, решив, что это именно тот момент: «где нужно улыбнуться».

Астахов с суровым лицом почему-то так не считает... Ну и ладно. Его проблемы, — смело решаю я.

— Это взаимно, — шире скалится помолодевший Том Круз.

Чувствую на себе его липкий взгляд и невольно ежусь. Идея проучить Олега теперь не кажется такой уж и хорошей.

— Не знал, что ты будешь не один, — продолжает Денис, глядя на брата, и снова переключает внимание на меня, — а тут сразу невеста... Но я бы такую тоже прятал от всех, — облизав меня взглядом, снова подмигивает.

Черт. Всё же нужно было прислушаться к совету Астахова...

Притвориться немой уже слишком поздно, поэтому я решаю сменить тактику.

— О, это моя вина, — вздыхаю с притворным сожалением и прижимаюсь головой к плечу своего жениха. — Я долго боялась знакомства с семьей Олежи. Вдруг что-то пошло бы не так, я бы этого просто не пережила. Да, любимый? — тихо смеюсь, глядя в его ошарашенные глаза, и крепче сжимаю плечо, подавая знаки.

Моргнув, Астахов лишь коротко кивает и продолжает меня рассматривать, будто впервые видит и немного побаивается.

Он вообще собирается мне подыгрывать? Или мне одной придется трудиться?

— Ясно, — усмехается его братец. — Ну, я могу сказать только за себя: я впечатлен, — растягивается в слащавой улыбке. — Хотя не думаю, что тебе стоит переживать. Разве что с нашей матерью придется постараться. Пока она не узнает тебя лучше, чем твой личный психотерапевт, нужно будет поднапрячься. Но если что, я готов тебя поддержать в любую минуту.

Пока я убеждаю себя в том, что в его предложении нет ничего вызывающего, Денис снова хвастает своей белозубой улыбкой.

Если бы не холодное выражение лица их матери, я бы решила, что скалиться по поводу и без — это у них семейное. Или же дети просто пошли в отца.

— Осторожнее, брат, — рычит Астахов под боком. — Как бы тебе не пришлось поддерживать свою выбитую челюсть.

Ох, как грубо…

Правда, Олег говорит это так спокойно, даже с легкой усмешкой в голосе, будто просто шутит, но у меня по коже невольно расползаются мурашки.

— Олеж, я так проголодалась… Пойдем к столу? — в попытке уйти, решаю воспользоваться тем же способом, что и он, когда спасал меня от разговора со своим отцом.

— Еще увидимся, — летит нам в спину.

— Мой герой, — хвалю его шепотом, пока идем на запах шашлыков, от короткого сворачиваться желудок, — но руки я тебе всё же повырываю, если еще раз коснешься меня ТАК, — шиплю угрожающе.

Мы занимаем свободные места за столом, но не успеваю я расслабиться, как наглые ручища Астахова притягивают меня за бедра, буквально склеивая нас как сиамских близнецов.

— Так? — уточняет Олег, ухмыляясь.

Я в бешенстве. Мне даже жарко становится от злости, что бурлит внутри.

— Я не пойму, у тебя инстинкт самосохранения напрочь отбит? — смотрю на него во все глаза.

Но мои жалкие попытки припугнуть нисколько не впечатляют Астахова.

— В следующий раз подумай дважды, прежде чем самовольничать, — выдает уже не так доброжелательно. — Я же предупреждал тебя.

— В следующий раз я вообще не буду говорить… Но тебе потом понадобится лед, — цежу сквозь зубы.

— Полина.

Я подскакиваю на месте, когда слышу звенящий голос Елены Сергеевны, и расплываюсь в лучезарной улыбке. Для убедительности жмусь к Олегу плотнее, переплетая наши пальцы.

— Так-то лучше, — хрипло усмехается Астахов мне на ухо, жутко мешая сосредоточиться на надменном лице его матери.

— Думаю, мой сын проголодался с дороги, — смотрит на меня так, будто я морила его голодом несколько суток. — Подай, пожалуйста, его тарелку, я положу ему мясо.