Оливия Лейк – Укротить сноба - Оливия Лейк (страница 16)

— Бежим! — схватил Лизу за руку. Мы вымокли до нитки, прежде чем поймали такси. — Крестовский, — захлопнул дверь и вытер ладонью дождевые капли с лица. Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Таксист глянул на нас в зеркало заднего вида, но не стал вступать в диалог. Между нами с кудряшей столько всего было — сумасшедшее притяжение, колючая энергия, дрожь предвкушения — что лучше лишний раз не лезть: там двести двадцать — убьет током.

— Ты живешь в доме с грифонами?! — присвистнула Лиза. Я обнял ее за талию и повел в квартиру. Последний этаж, большие арочные окна, идеальная планировка и лучшие материалы — мне, как строителю, отрадно и приятно, что жилье могло быть настолько качественным. Но цена кусючая даже для меня.

— Ты промокла… — произнес хрипло, когда парадная дверь захлопнулся, а замок отрезал от мира. Лиза повернулась: губы облизнула, глаза горят… Сама шагнула ко мне, по груди пальцами провела, выдернула мокрую рубашку из брюк.

— Ты тоже… — поцеловала. Я хотел ее и чувствовал тем самым мужским чутьем. Она моя. Эта девочка мне принадлежит. Наконец-то! Сейчас я присвою ее. А она меня.

Мокрая одежда поддавалась плохо, но мы справились. Прохладные тела и жаркие ласки. Офигенная. Какая она офигенная! Сексуальное тело, подтянутое и округлое. Все свое, родное. Неидеальное, но определенно лучшее. Лиза ногтями провела по моей груди и опустилась вниз; кусала, мяла, втягивала в рот и ласкала языком.

Я тоже хочу попробовать на вкус Клубничную Лизавету. Подхватил и закинул на плечо, относя в спальню. Уже там раздвинул ножки и лизнул розовую плоть. Везде у нее клубника, а стоны слаще самой вкусной ягоды.

— Я хочу… — притянула мою голову к себе, нашла губы и насадилась. Все, я увидел небо в алмазах. Не зря ждал. Не зря ввязался в спор. Верхние Ляшки оправдали название с лихвой!

— Дём… — Лиза разорвала поцелуй и посмотрела на меня пытливо. Полночи занимались любовью, а я не мог насытиться: то ли воздержание, то ли клубничная магия. То ли я влюбился. Давно такого не было. Я не узнавал это чувство, когда в животе все замирало, а на лице глупейшая счастливая улыбка. — Что «Альфа-Строй» в реальности хочет от нашей деревни? Надеюсь, я заработала правду? — произнесла в излюбленной колкой манере. Пряталась в кокон. Боится боли, как и все мы.

— Я уже говорил: ни один дом не пострадает. Будем соседями. Добрыми соседями. Стройка, конечно, подпортит вид прекрасных Верхних Ляшек, но мы поставили зеленый забор и раскрасим березами.

— Для стариков переезд сейчас… — попыталась пожать плечами, лежа подо мной.

— Я понимаю, Лиза. Теперь понимаю многое…

Она заснула в моих объятиях. Мне не спалось. Хотелось творить, создавать, созидать. Энергия била ключом! Я осторожно поднялся, подсветил рабочую зону и взял грифель. Я давно ничего не рисовал. Занят был, да и вдохновение пропало. А кудряшу захотел нарисовать. Еще там в деревне мысли посещали: когда убегала от меня козочкой раненой, а еще когда к реке подошла, сбросила одежду и русалкой растворилась в темной воде. И в бане — смущенная, но такая желанная.

Лиза спала, откинув кудрявую волну на спину. Большие глаза, длинные ресницы, пухлые губы — карандаш так легко создавал женщину, но не переносил ее магнетического очарования, но я старался.

Уснул уже под утро, а, проснувшись, не обнаружил кудряшу рядом, только мой открытый ноутбук и заметки по проекту стройки, а рядом записка:

ЛЖЕЦ!

Это плохо, очень плохо…

Глава 15

Лиза

Я проснулась раньше Демьяна. Сладко потянулась и склонилась над ним: безмятежный, расслабленный, красивый. Я уже и забыла, что такое настоящий мужчина. Белов точно знал, чего хочет и как сделать женщине хорошо. Но это только малая часть: мы вчера столько говорили, узнавали друг друга, понять пытались — никакого сарказма и придирок. Естественно, я не рассчитывала, что утром он признается в любви и сделает мне предложение, но топор войны, надеюсь, зарыт окончательно, а в остальном… Если попросит забыть нашу ночь и остаться приятелями, то попытаюсь. Я запомнила, что я для Демьяна — просто секс. Хороший, но никаких чувств. Мне не было обидно, но сердечко по-женски ныло и сжималось от безответности чувств.

Я хотела разбудить Дёму поцелуем, но вовремя вспомнила, что зубы не чистила, да и по-маленькому хотелось. Осторожно поднялась и вышла из спальни. Прежде чем осмотреться, выглянула в арочные широкие окна — напротив раскинулся зеленый Елагин остров, отделенный от нас Невкой. Несколько катеров мерно покачивались на пристани, принадлежавшей дому с грифонами. Даже не думала, что у меня появится знакомый, который живет в таком месте. Это прямо дорого-богато.

Быстро приняла душ и как девушка из до цивилизованного периода почистила зубы подручными средствами. Макияж не делала — Белов меня видел всякой. Пока он спал, прошла по внушительной квартире. Две спальни, гостиная и видовая кухня, но больше впечатлил рабочий кабинет, плавно перетекавший в роскошную домашнюю библиотеку. Просто космос!

Провела пальцами по корешкам книг, заглянула в чертежи, хаотично разбросанные по широкому письменному столу. Приятно видеть, что Дёма не только мажористый красавчик, который занимал в компании руководящий пост исключительно благодаря родству с Глебом Беловым. Демьян сумел открыться с другой стороны. Он даже смог завести древний дедушкин мотоцикл! А сейчас стало окончательно понятно, что разбирался в сложных вопросах, которых для меня лично темный лес. Профессионал. Стала неожиданно приятно. Словно он мой. Гордость. Я гордилась Демьяном.

Коснулась экрана ноутбука, слегка припорошенного пылью, сердечко нарисовала, а он оказался сенсорным: всплыл мессенджер, я нажала на значок и оказалась чате. Кликнула по ссылке.

— Что это? — нахмурилась, рассматривая проект застройки эко-поселка «Эдем».

Я быстро листала проектную документацию и не верила глазам: в планах «Альфа-Строя» полностью застроить правый берег реки. Не будет Верхних Ляшек, только поселок. Не будет березовой рощи — только ресторан. Вместо нашего пяточка с магазином и мини-рынком для заезжих фермеров — фитнес и спа-центр, а на лугу — поле для гольфа.

Переписка рабочего мессенджера была свежей:

Вехтин : Утверждаем?

Белов : Да, все схвачено.

Вехтин : Напалмом будешь выжигать?

Белов : Если нужно, лично полью бензином и брошу окурок.

Мерзавец! Меня переполняла обида. А я дура! Поверила прожженному цинику и мажористому эгоисту. Демьян мне врал. Не будет никакого паритета: ему нужно все, никаких Ляшек. А мне лапши на уши навесил, чтобы в трусы залезть. Может, с дружками поспорил, что вставит деревенской доярке. Только Демьян ошибся: я не девочка из деревни, я журналистка. Он еще узнает, какой вкус у предательства!

Я мышкой кралась в коридор, чтобы найти свою сумку. Сделала несколько фотографий. Оделась молниеносно и сразу поехала в редакцию. Белов поймет, что не с теми связался!

Я уже в такси делала набросок статьи — печатный номер выходит в понедельник. Мне нужно было написать статью о ПМЭФ, но, увы, форум после санкций далеко уже не тот, и новости приходилось буквально высасывать из пальца. У меня на руках горячий хит строительной отросли! Крупнейший девелопер страны планировал преступление против целой деревни! Пусть у нас там две улицы, но никто не смеет выселять, а тем более сжигать наши дома.

— Герман Викторович, можно? — постучалась к главреду. Перед выходом номера у нас всегда была рабочая суббота.

— Лиза? — взглянул на меня, чуть приспустив очки. — Не ожидал так рано, да еще и в выходной.

— У меня сенсационный материал. Я выслала вам на почту. Посмотрите.

Герман Борисович минут пятнадцать читал и анализировал, прежде чем строго спросить:

— Доказательства есть?

Я кивнула и переслала все, что удалось раскопать в компьютере Белова. Редактор, изучив, отправил материал в номер на разворот. Так тебе, Сноб Борисович!

Демьян начал звонить ближе к одиннадцати. За ночь умаялся, бедненький. Я не отвечала. Хорошо, что он не знал моего адреса. Не хочу его видеть. Мое послание получит в понедельник.

— Привет, бабуль, — ответила на вызов.

— Внуча, Дёмик приехал, тебя ищет, — шептала. — Говорит срочно. Адрес твой просит.

— Бабуль, держись и не выдавай врагу! — с жаром воскликнула. — Я потом тебе все объясню. Белов он… он… — кроме того, что гад последний, так еще и сердце мое похитил и на помойку выбросил. — Он предатель, бабуль. А предателей не прощают!

До понедельника я затаилась по всем фронтам: ждала выхода статьи. Я не знала будет ли какой-то общественный резонанс, но надеялась на удар по репутации и конкурентов «Альфа-Строя». Белов в любом случае поймет, что это я. Моя подпись стояла под статьей.

Интересно, чего он хотел сейчас? Понял, что на воре шапке сгорела и пытался как-то остановить разраставшееся пламя, или понравилось спать со мной? А может, думал, через секс как-то повлиять на мою лояльность. Или желал за спор предъявить? Он ведь почти выиграл — срок истекал через три дня.

Утром в понедельник я спустилась в переход метро и купила себе «Бизнес-дневник». Прочитала, кусая губы — все так, как я написала, редактор практически ничего не менял, кроме пары хлестких эпитетов. Весь день заламывала пальцы, ждала, сама не знала чего. Белов перестал терроризировать мой телефон. Бабушка сказала, что он собрал вещи и уехал из деревни. Попрощался тепло и поблагодарил за все.