Оливия Гейтс – Сердце пустыни (страница 2)

Харрис откинулся в кресле, потом отстегнул ремень безопасности и, включив освещение в кабине на максимум, повернулся к Берку.

Он решил разобраться со своей раной после. Прямо сейчас необходимо проверить, не задет ли его пассажир.

Берк повернулся к нему, их взгляды встретились.

А дальше произошло нечто невообразимое – Харрис почувствовал сильное возбуждение.

Он не понимал, что происходит. Вероятнее всего, это последствие ранения.

«Хватит впадать в маразм! – приказал себе Харрис. – Проверь, не ранен ли Берк».

Он потянулся к нему, но мужчина вздрогнул от осторожного прикосновения так, словно Харрис ударил его оголенным электрическим проводом.

Харрис схватил его за плечи, намереваясь подтянуть ближе к источнику света. Берк начал сопротивляться.

– Перестань корчиться. Мне нужно проверить, не ранен ли ты.

– Я в порядке, – хрипло ответил он.

И тут до Харриса дошло. Нет, у него не начинаются галлюцинации от ранения и потери крови. Его тело может так бурно реагировать только в одном случае.

Харрис запустил пальцы в золотистые волосы предполагаемого Т.Ж. Берка и услышал, как тот ахнул. Дыхание Берка коснулось его щеки, и Харрис снова ощутил прилив неконтролируемого желания.

Он удовлетворенно улыбнулся:

– А теперь расскажи мне, зачем ты притворялась бородатым журналистом Т.Ж. Берком? Тебе больше подошел бы образ современной Мата Хари, обвешанной драгоценностями.

Глава 2

Задыхаясь, Берк резко отстранилась от своего спасителя и произнесла дрожащим и нарочито грубым голосом:

– Ты ударился головой во время приземления?

Мужчина не двигался, но его массивная фигура заполняла все пространство, и широкая кабина военного вертолета казалась крошечной. Хотя он весело смотрел на нее золотистыми глазами, она не чувствовала себя в безопасности.

Незнакомец снова заговорил низким и бархатистым голосом, растягивая слова:

– Единственные удары за сегодняшний день были нанесены мне твоими ухоженными и умелыми руками.

– Так как я намеревался проломить тебе голову, то наверняка вышиб мозги и лишил рассудка.

Мужчина придвинулся к ней ближе. Она почувствовала его свежее дыхание и ощутила энергию властности и мужественности, которую он излучал.

– О, мой рассудок в полном порядке. Для того чтобы вышибить мне мозги… – Незнакомец неторопливо и внимательно разглядывал ее тело, и у нее сложилось ощущение, будто он ласкает ее, – понадобится десяток таких, как ты.

– Я бы и один с тобой справился, – фыркнула Т.Ж. Берк. – Я почти тебя вырубил. И это со связанными руками.

– Ты действительно можешь меня вырубить, но отнюдь не бойцовскими приемами. Твое влияние на меня никак не связано с физической силой. Кстати, ты слишком сильная для своего телосложения.

– Значит, ты успел заметить только мое телосложение?

– Я считаю, что у тебя превосходная фигура.

Т.Ж. Берк ухмыльнулась:

– У тебя точно контузия. Или ты разговариваешь так со всеми мужчинами?

Услышав явное оскорбление, ее спаситель злобно усмехнулся:

– Я даже с женщинами так не разговариваю. Но с тобой я буду разговаривать именно так. И не только разговаривать.

Т.Ж. Берк прижалась к пассажирской двери:

– То есть тебе взбрело в голову, что я женщина? И поэтому ты на меня набросился? Всего несколько минут назад мы едва не погибли, потом приземлились в Богом забытом месте. Тебе не кажется, что ты несешь чепуху?

– Неужели ты решила, будто курчавая борода и отвратительная стрижка помогут тебе избавиться от женственности? Я мгновенно обо всем догадался. Почему бы тебе не перестать притворяться и не назвать свое настоящее имя?

– Меня зовут Т.Ж. Берк!

Харрис растянул красивые губы в улыбке, обнажив белоснежные зубы, которые в полумраке словно светились.

– Моя бородатая красотка, только у одного из нас сейчас повышенный уровень тестостерона в крови. Не заставляй меня показывать у кого именно, – с угрозой в голосе произнес он.

Т.Ж. Берк сердито на него посмотрела, стараясь не выдавать свои слабость и испуг:

– Ты хочешь мне продемонстрировать, что тебя привлекают хрупкие блондины?

Она содрогнулась, услышав приглушенный и наводящий ужас смех мужчины.

– Мы продолжим беседу, но сначала ты должна усвоить, что на меня не действуют твои оскорбления. Как только я увидел тебя, сразу понял: что-то тут нечисто. Поэтому либо ты сама признаешься в том, что ты женщина, либо я силой вырву подтверждение своих слов.

Т.Ж. отодвинулась дальше к двери, когда мужчина поднял правую руку.

– Только попробуй ко мне прикоснуться, придурок, и я отгрызу тебе палец, – дрожащим голосом пробормотала она.

– Мое тело очень бурно на тебя реагирует. Больше всего на свете я хочу сейчас, чтобы ты слегка меня покусала. Твоя так называемая угроза – лишнее доказательство принадлежности к женскому полу. Мужчина пообещал бы оторвать мне руку, или сломать ее, или что-то в этом роде.

– Значит, мужчины часто тебе угрожают? А женщины покусывают те части твоего тела, до которых могут добраться?

Он прищурился, ему было явно забавно ее слушать.

– Ты ведь женщина. Брось притворяться. Я возбужден даже несмотря на ранение.

– Ты ранен? – Глаза Т.Ж. едва не выскочили из орбит.

Он кивнул:

– Так ты сжалишься над раненым человеком и назовешь свое имя? Скажи мне свое настоящее имя. И позволь увидеть твое лицо, скрытое за бородой.

– О, заткнись! Ты действительно ранен или врешь?

Мужчина внезапно сел и притянул ее правую руку к себе. Т.Ж. Берк оказалась прижатой к мощному торсу, голова уперлась в его шею. Сначала у нее возникло ощущение, будто ее ударило электрическим током. А потом она почувствовала, как по руке течет какая-то вязкая жидкость.

Т.Ж. не успела отодвинуться, а он уже запустил пальцы в ее волосы и приподнял голову, заставляя посмотреть в глаза:

– Чувствуешь? У меня кровотечение. Меня подстрелили, когда я спасал тебя. Я могу умереть. Неужели ты настолько жестока, что позволишь мне умереть, не сказав своего имени?

Т.Ж. вырвалась из объятий незнакомца, задев рукой его залитую теплой и липкой кровью одежду.

– Заткнись, а?

Он злобно усмехнулся:

– Я буду молчать, если ты начнешь говорить.

– Тебе нужны не мои признания, а моя помощь.

– Я сам о себе позабочусь, а ты рассказывай.

– Не будь идиотом. А вдруг повреждена межреберная артерия, и тогда ты потеряешь очень много крови. У тебя может внезапно упасть давление. Если это произойдет, ты действительно умрешь!

– Ты говоришь как знаток. Тебе приходилось переживать подобное? – спросил он.

– Мне приходилось заниматься ранеными людьми, и у них хватало ума не отказываться от моей помощи.

– Ты покажешь мне свое лицо или нет?

– Я не могу в это поверить! Ты в любой момент можешь потерять сознание от шока, но продолжаешь доказывать свою теорию!