Оливер Милман – Закат и падение крошечных империй. Почему гибель насекомых угрожает существованию жизни на планете (страница 36)

Полиция обвинила в происходящем украинскую банду, которая вихрем пронеслась по нескольким округам Калифорнии, оставив пчеловодов без пчел. Были арестованы двое мужчин. Они предстали перед судом по обвинению в изощренных кражах: под покровом ночи ульи загружали в машины с помощью вилочных погрузчиков для ускорения процесса и тут же увозили. Неухоженный клочок земли недалеко от городка Фресно использовался в качестве «разделочной». Ульи разных пчеловодов делили на части для создания новых ульев, а с ящиков соскребали имена прежних владельцев.

Эти преступления – следствие грандиозного бума. Если существует эпоха благоденствия ореховых деревьев, то для миндаля она уже наступила – после нескольких сотен лет произрастания в Калифорнии. Впервые миндальные деревья были завезены в Калифорнию из Испании францисканцами в начале XVIII века. Миндаль отлично прижился на суглинистых почвах в климате, похожем на средиземноморский. Первый миндальный сад посадили вдоль реки Бэр недалеко от Сакраменто в 1843 году, и в последнее время он разросся. В 1960-х и 1970-х годах новые изобретения: встряхиватели деревьев, подметальные и уборочные машины – заменили тяжелый физический труд сборщиков орехов и грузчиков.

Выхолощенные новейшие технологии выращивания миндаля не уступают тому, что можно увидеть в Силиконовой долине. Стоит выехать из любого городка Калифорнийской долины, и перед вами предстанут бесконечные ряды миндальных деревьев – ландшафт, где царит полное единообразие и лишь кое-где виднеется бесполезный полевой цветок.

Путешествуя по этой местности, Дениз Куоллс проезжает мимо частного домовладения, занимающего не более половины гектара, где все засажено миндалем. «Здесь буквально все выращивают миндаль», – говорит она. Раньше Куоллс работала в банке, но потом она обратила внимание на рост производства миндаля и сумела создать одну из тех необычных профессий, которые появляются во время любого экономического бума, – она стала пчелиным брокером. Куоллс жонглирует десятками пчеловодов и производителями миндаля, подбирая идеальные пары таким образом, чтобы пчелы появились в садах в нужное время. Каждый январь и февраль она снимает дом в Модесто, чтобы заработать на настоящей золотой жиле – опылении миндаля. Этот напряженный период приносит такой доход, что остальную часть года Куоллс может не работать.

«Я уже лет пятнадцать не отмечала с мужем День святого Валентина», – рассказывает женщина, которая щеголяет в ярко-розовом костюме пчеловода с вуалью и держит пакеты с миндалем на заднем сиденье машины. Мы с Куоллс болтаем на миндальной ферме в нескольких минутах езды от плацдарма Хансена, пока из кузова грузовика извлекают несколько сотен ульев, привезенных сюда из далекого Техаса. Инспектор, осматривающий груз на наличие огненных муравьев (завезенный в Техас вид, который представляет угрозу для сельскохозяйственных культур и местных животных), поймал прячущегося в грузовике подозреваемого и поместил его в герметичную пластиковую колбу для дальнейшей проверки.

Если не обращать внимания на едкие запахи расположенного неподалеку загона для скота, вид садящегося над ульями солнца завораживает… Пока на мое лицо не пикирует пчела. Она вонзает острое жало мне в верхнюю губу, обрекая себя на смерть.

Шмели довольно миролюбивы, но могут жалить столько раз, сколько пожелают. У пчел же при выпускании жала отрывается часть брюшка и пищеварительного тракта. Пчеловоды, как правило, не придают значения укусам пчел, так что я стараюсь сдержать рвущиеся наружу крики боли.

Работа Куоллс приносит хорошие деньги, но может показаться, что это не самый надежный бизнес. Быть брокером в ситуации, когда поставщик не способен гарантировать, что сможет выполнить требования покупателя, – дело непростое. «Все волнуются, так как, судя по последним данным, мы несем потери, – говорит Куоллс. – У нас есть только те пчелы, которые летают вокруг. Нельзя пойти в супермаркет и купить еще». Она считает, что необходимо разработать более эффективное средство от клеща Varroa, чтобы снизить давление на пчеловодов, так как нынешняя система опыления стала слишком ненадежной. «Нужно что-то менять, – считает Коуллс. – Не знаю, что именно, но мы должны что-то делать. Нам нужен план».

Для выполнения обязательств по сделкам, заключенным с производителями миндаля, то есть доставки пчел в Калифорнию для опыления, требуется, чтобы насекомые были живы и здоровы. Поэтому Хансен, как и другие пчеловоды, прибегает к целому ряду хитростей для поддержания жизнеспособности своей орды. В засушливой зоне ожидания пчелам почти нечего есть. Хансен соорудил особый синий пластиковый контейнер, похожий на перевернутый гриб. Тысячи пчел спускаются по трубе устройства и пробираются через решетку у его основания, чтобы полакомиться белковой подкормкой из пивных дрожжей, цветков сои, щепотки сахара и витаминов. Из тех же ингредиентов замешивают тесто, придают ему форму бургера и помещают в ульи. Другой пчелиный энергетик, насыщенный углеводами, – сахарный сироп хранится в пластиковых ванночках и закачивается в ульи через сопло подобно тому, как заправляют автомобили. Особое внимание уделяется пчеломаткам, так как от них во многом зависит судьба улья.

Матки – это яйцекладущие машины, способные производить по две тысячи яиц в день. Пчелиная семья слабеет, если матка не справляется с задачей, поэтому Хансен держит наготове ящик с матками, который представляет собой что-то вроде тренировочного лагеря. Матки размещаются в крошечных клетках и получают пищу от других пчел через сетку. Хансен использует запасных маток при делении большого улья на две меньшие семьи, когда требуется новый матриарх. Эти матки могут также понадобиться для замены действующей «королевы», когда Хансен и его команда из десяти рабочих проверяют ульи, чтобы привести их в идеальное для опыления состояние. Ключевая цель этой работы – вычислить пчеломатку, которая откладывает небольшие, неравномерные партии яиц. «Если мы видим такое, то изымаем ее и заменяем на новую, молодую и энергичную, которая позаботится о колонии, – говорит Хансен. – Это придает пчелиной семье экономическую ценность. Если бы мы этого не делали, семья, вероятно, пришла бы в упадок».

В прежние годы Хансен никогда не применял эти методы для поддержания здоровья пчел, но потом производство миндаля изменило ситуацию. Около 80 % его доходов сейчас поступает за услуги по опылению, и половина этих денег приходится на миндаль.

Миндальная промышленность в целом успешно продвигает свой товар на рынке. Только в США за последние пять лет продажи миндального молока выросли на 250 %, что ежегодно прибавляет 11 миллиардов долларов к валовому внутреннему продукту Калифорнии и создает 100 тысяч рабочих мест. Во многих отношениях это ошеломительная история успеха, триумф полезного, вкусного ореха в обществе, которое тревожится из-за увеличения количества людей с ожирением и разных экологических проблем, вызванных потреблением мяса. Но такой рост также ставит другой вопрос: не выходит ли он за рамки того, что может выдержать мир природы? Можно ли выращивать миндаль таким образом, чтобы не оказывать дополнительного давления на медоносных пчел?

Сельскохозяйственная отрасль видит спасение в технологических улучшениях, которые уже не раз помогали нам выйти из затруднительного положения. Совет производителей миндаля штата Калифорния разработал план помощи опылителям, от которых зависят члены Совета, включая разработку новых препаратов для подавления клещей Varroa и призыв к землевладельцам сажать больше полевых цветов посреди безликих рядов деревьев, чтобы пчелы могли кормиться и получать более разнообразную, здоровую пищу. По крайней мере в рамках последней инициативы был достигнут определенный прогресс: с 2013 года около 13 800 гектаров миндальных садов засадили полевыми цветами. И хотя эта территория лишь небольшая часть от площади занятой миндалем, некоторые производители считают, что пчелы могут предпочесть полевые цветы основной культуре. Однако отрасль требует именно такого подхода.

«Мы серьезно относимся к нашей ответственности перед пчеловодами и местными опылителями, – говорит Джозетт Льюис, директор по вопросам сельского хозяйства Совета производителей миндаля штата Калифорния. – Важно также помнить, что опыление миндаля пчелами не является чем-то противоестественным». Льюис отмечает, что в миндальных садах неоникотиноиды применяются в минимальных количествах и что отрасль сократила распыление инсектицидов в период цветения. Чтобы привлечь диких пчел, треть фермеров, выращивающих миндаль, высаживают живые изгороди, а половина предпочитает покровные культуры. По словам Льюис, модель стерильной монокультуры постепенно меняется. «Не все фермеры, выращивающие миндаль, придерживаются режима "чистоты и порядка". Это признак того, что наше мышление меняется», – поясняет Льюис, а затем добавляет, что желание производителей финансировать разработку новых методов показывает их готовность внедрять экологичные практики. «Наша концепция – это экологичные миндальные сады как часть экологичной местности».

Последующие нововведения могут немного ослабить ажиотаж вокруг нехватки пчел. Миндальная промышленность разработала самоопыляемый сорт орехов «Индепендэнс» (Independence), для опыления которого пчелы не требуются. Даже небольшого ветра достаточно, чтобы переместить липкую пыльцу на несколько миллиметров к женской части каждого цветка и создать завязь. Для ускорения процесса хватит половины количества пчел, которое требуется производителям в настоящее время. Однако переход к модели, при которой сельскохозяйственным культурам не будут требоваться опылители, необязательно пойдет на благо пчелам. Хотя эти насекомые сейчас зависят от нас не меньше, чем мы от них, такая взаимосвязь создает для фермеров стимул не допустить их полного уничтожения. Опыление сельскохозяйственных культур – это одна из немногих причин, которая препятствует значительному увеличению количества применяемых на полях пестицидов. «Поскольку многие признают и любят пчел, эти насекомые помогают повысить осведомленность о том, как здоровье ферм связано с нашим собственным здоровьем, – говорит сотрудница Гавайского университета Этель Вильялобос, соавтор научной работы, доказавшая, что даже сорт миндаля "Индепендэнс" зависит от благополучия пчел. – Мы, как правило, упускаем из вида преимущества, которые дает нам защита природы. Пчелы помогли нам понять, что придется принимать решения».