Оливер Ло – Законник Российской Империи. Том 7 (страница 17)

Я подошёл и взял листы. Это была стенограмма якобы моего разговора с кем-то из придворных, где я презрительно отзывался об исследованиях Научного общества и лично о способностях Андрея.

— Это фальшивка, — спокойно сказал я, откладывая бумаги. — Я никогда не говорил ничего подобного.

— Неужели? — Андрей горько усмехнулся. — А по-моему, это именно то, что ты думаешь. С самого начала ты считал моё Общество недостойным внимания. Лишь одолжение императору — вот что для тебя эта работа!

— Ты ошибаешься, — я сохранял спокойствие, понимая, что любая вспышка гнева с моей стороны только подтвердит его подозрения. — Более того, ты не понимаешь, что кто-то намеренно пытается нас стравить.

— Кто же? — Андрей скрестил руки на груди.

— Тот, кому выгодно, чтобы мы враждовали. Тот, кто боится, что вместе мы представляем угрозу.

— Какие витиеватые оправдания, — он покачал головой. — А может быть, всё гораздо проще? Может, отец, действительно, считает меня неспособным управлять Обществом самостоятельно и прислал тебя, чтобы постепенно отобрать то немногое, что я создал своими силами?

— Думай, что хочешь, — я пожал плечами, — но я намерен продолжать свою работу. И если ты на самом деле заботишься о благе Общества, ты не будешь мне мешать.

Я развернулся, чтобы уйти, но у самой двери остановился.

— Кстати, — я обернулся, — ты, случайно, не знаешь, почему в исследованиях профессора Коробова использовались записи моей матери? И почему эликсир, который официально считается лекарством, делает людей более внушаемыми?

Лицо Андрея побледнело. Вот, значит, как? Интересно.

— Ты лезешь не в своё дело, Максим, — его голос стал тихим и угрожающим. — Некоторые знания могут быть опасны. Даже для принца.

— Особенно для принца, который задаёт слишком много вопросов? — я усмехнулся. — Как профессор Коробов?

— Коробов погиб из-за собственной небрежности, — Андрей стиснул кулаки. — Не повторяй его ошибку.

— Это угроза?

— Это предупреждение, — он подошёл к своему столу и открыл ящик. — От брата брату. Оставь это дело, Максим. Ради своего же блага.

Я пристально посмотрел на него, пытаясь понять, насколько глубоко он увяз в интригах Авроры. Был ли он соучастником или жертвой? Идейным сторонником или просто пешкой в чужой игре?

— Я не собираюсь оставлять это дело, — твёрдо сказал я. — И если ты, действительно, брат мне, то должен понимать: я не могу закрыть глаза на то, что угрожает империи.

С этими словами я вышел из кабинета, чувствуя на себе его тяжёлый взгляд. Разрыв был неизбежен, но теперь у меня появилась новая цель — узнать, что связывало исследования Научного общества с трудами моей матери.

Возвращаясь в свой кабинет, я не знал ещё, что вскоре это расследование приведёт меня к открытию, которое изменит не только моё представление о Марии Леонхарт, но и о самой природе мира, в котором мы живём.

Глава 7

Жизнь при дворе — это бесконечная шахматная партия, только доска трёхмерная, а фигуры меняют цвет прямо во время игры. Особенно если ты — новоявленный принц, бельмо на глазу для многих придворных и прямая угроза для первого наследника.

Бал в честь прусского посольства был пышным даже по меркам императорского двора. Хрустальные люстры заливали зал ярким светом, отражаясь в полированном паркете и создавая впечатление, будто гости парят над землёй. Оркестр наигрывал модную венскую мелодию, а столы ломились от изысканных яств.

Я стоял у колонны, наблюдая за происходящим с той отстранённостью, которую выработал за время службы в Бюро. Анализируй, запоминай, делай выводы. Чем выше ставки, тем холоднее должен быть разум.

— Как чувствует себя наш новый брат в высшем обществе? — голос Петра раздался настолько близко, что я был уверен — он подкрался намеренно тихо.

Я обернулся с безупречно вежливой улыбкой.

— Прекрасно, Ваше Высочество. Благодарю за беспокойство.

Наследный принц улыбнулся, но его глаза остались холодными.

— Должно быть, непросто привыкнуть. Всё-таки Законник, Темников… прошу прощения, принц Максим Алексеевич — это пока звучит как-то неестественно, не находите?

— Всё новое звучит неестественно поначалу, — я склонил голову. — Помнится, когда вы впервые взяли на себя обязанности по управлению благотворительными фондами, многие удивлялись. А теперь это кажется таким естественным.

Пётр напрягся, уловив в моём ответе скрытый намёк на его внезапное увлечение распространением эликсира Авроры.

— Забавно, что вы упомянули фонды, — его голос стал тише, но приобрёл угрожающие нотки. — Я слышал, вы проявляете нездоровый интерес к моим благотворительным инициативам. Не думаю, что это уместно для новичка при дворе.

— О, я всегда интересуюсь тем, что может повлиять на благополучие империи, — я поднял бокал. — Привычка Законника, знаете ли — обращать внимание на детали.

Пётр придвинулся ближе, понизив голос почти до шёпота.

— Не играй с огнём, Максим. Ты можешь обнаружить, что твой новый титул — не такая уж надёжная защита.

Я встретил его взгляд, не дрогнув.

— Благодарю за совет, дорогой брат. Всегда ценил искреннюю заботу.

Наследный принц натянуто улыбнулся, видя, что его угрозы не произвели желаемого эффекта. Повернувшись к группе придворных, он громко произнёс:

— Господа, позвольте представить вам нашего новоявленного принца! Удивительно, как быстро можно подняться по лестнице чинов, если знать правильные двери!

Придворные засмеялись — кто искренне, кто из подобострастия. Я заметил, как Михаил, стоявший неподалёку, нахмурился.

— Разумеется, — продолжил Пётр, — мы все рады пополнению в нашей семье. Хотя, признаюсь, для меня было неожиданностью узнать, что моему деревцу придётся потесниться, чтобы в нашем саду выросла новая ветвь.

Насмешка была очевидной, но я сохранял ледяное спокойствие.

— В каждом саду нужны как декоративные растения, так и приносящие плоды, — ответил я тихо, но достаточно отчётливо, чтобы услышали ближайшие придворные. — И если садовник решает, что пришло время для новых посадок, значит, на то есть веские причины.

По лицу Петра пробежала тень гнева, но он быстро справился с эмоциями и лишь презрительно фыркнул. Вот что значит умение играть на публику и поддержание маски созданной для окружения.

— Что ж, надеюсь, этот… саженец не зачахнет от непривычного климата, — он отсалютовал мне бокалом. — Добро пожаловать в семью, брат.

С этими словами он отвернулся, оставив меня в центре внимания придворных, чьи взгляды перебегали с меня на наследника, словно оценивая, кто победил в этом словесном поединке.

Я сделал глоток, не выказывая ни тени смущения. Пётр хотел унизить меня публично, и это был лишь первый выпад. За ним последуют другие, более опасные. Мой статус принца раздражал его, но куда больше его задевало моё расследование. Значит, мы на правильном пути.

— Не стоило так отвечать, — тихо произнёс подошедший Михаил. — Пётр не забывает обид.

— Как и я, — ответил я, наблюдая, как наследник любезничает с прусским послом. — К тому же, играть роль тихой жертвы — не в моих правилах.

Михаил слегка улыбнулся.

— Это я уже заметил. Послушай… — он оглянулся, проверяя, не подслушивает ли кто. — Я навёл справки о том урановом руднике, который ты упоминал недавно в одном из наших разговоров. Действительно, странная картина. Официально он разрабатывается для добычи железной руды, но по факту оттуда вывозят какие-то кристаллы. И охрана там — нечета обычным промышленным объектам.

Все же принц Михаил обладал обширными связями, которые не ограничивались военными ведомствами. Так что я, в самом деле, не так давно попросил его присмотреться к ним, когда нашел в отчетах то, за что цеплялся мой глаз. Это была лишь смутная догадка, но она все же подтвердилась.

— Люди нашей тетушки?

— Не напрямую, — Михаил покачал головой. — Формально, это охранное подразделение из моего ведомства. Но эти солдаты уже полгода как выведены из-под моего прямого командования. Якобы по соображениям государственной безопасности.

Я присвистнул.

— И ты не задавал вопросов?

— Задавал, — Михаил помрачнел. — Но получил однозначный приказ от отца не вмешиваться. Теперь, когда ты рассказал о своих подозрениях, всё начинает складываться в единую картину.

Наш разговор прервался, когда к нам подошла Карина. В тёмно-синем платье, она выглядела сногсшибательно.

— О чем секретничают принцы? — её голубые глаза сверкнули озорством. — Надеюсь, это не что-то серьезное в разгар веселья?

— О погоде, конечно, — я улыбнулся. — Что ещё может интересовать русских аристократов?

— Только не пытайся меня обмануть, Максим, — Карина понизила голос. — В последнее время за тобой следят. И не только люди Авроры Сергеевны, которой ты явно интересен.

И как только она успела это определить, ведь мы не поднимали эту тему никогда в наших разговорах? Карина, как всегда, поражала своей наблюдательностью.

— Что ты имеешь в виду?

— Странный молодой граф, — она пристально посмотрела на меня. — Он задаёт слишком много вопросов о тебе. Причём в таком тоне, словно ты — какой-то редкий экспонат, который он изучает.

Альберик — кто же еще это мог быть. Мои худшие опасения подтверждались. Посланник Вечного Города заинтересовался мной.