Оливер Ло – Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4 (страница 5)

Он подошел к столу, на который Кайден выложил уцелевшие документы, добытые в лаборатории Риверса.

— У нас есть доказательства. Имена. Списки тех, кого он подставил или шантажировал. Это наше оружие. Пока Дарион отвлекает на себя все внимание, мы нанесем удар с тыла. Мы соберем всех, кто еще не прогнулся под этого ублюдка.

Его слова нашли отклик. Гнетущая атмосфера отчаяния начала сменяться чем-то иным — злой, сосредоточенной решимостью.

Первым за дело взялся Бартоломей. Несмотря на боль, он сел за защищенный терминал связи, который предоставила Зара. Его пальцы, привыкшие сжимать рукоять огромного меча, медленно забегали по клавиатуре. Он связывался не с кланом Реккар — ведь знал, что верхушка уже, можно сказать, присягнула Риверсу. Он выходил на отдельных воинов, капитанов отрядов, с которыми прошел не один Разлом. Людей чести. Он выбрал первый контакт капитана Гвидо, старого друга его брата.

— Гвидо, это Бартоломей, — сказал аристократ в микрофон тихим, хриплым голосом.

— Барти? Какого черта? Тебя же объявили…

— Забудь, что ты слышал в новостях. Я прошу тебя выслушать правду. Харди погиб, не защищая интересы империи. Из него сделали безвольную марионетку и мне пришлось убить его. Он больше не был собой, и никогда бы не стал. У меня есть доказательства. Ваш командир, ваш брат по оружию, был предан. Его продали Риверсу, как какой-то предмет! Подумайте, кому вы служите на самом деле.

В ответ он не получал громких обещаний. Лишь долгое молчание, а затем короткое: «Я тебя понял. Жду сигнала». Но для Бартоломея это было победой. Семена сомнения были посеяны.

Хлоя, в свою очередь, отошла в угол и набрала номер Абеля. Ее голос был уже не язвительным и злым, а собранным и властным — голосом дочери великого клана.

— Абель, это я. Слушай внимательно и не перебивай… — она кратко изложила ситуацию, закончив требованием. — Мне нужны люди. Лучшие. И мне нужен официальный ответ от клана. Хватит прятать голову в песок.

Через несколько минут на ее коммуникатор поступил входящий вызов от ее отца, Августа Монклера. Человек, который годами прятался за стеной апатии и безразличия, говорил сейчас именно как истинный лидер своего клана, а не просто ширма.

— Дочь моя. Я слышал, что произошло. Риверс перешел черту. Я знаю, что виноват перед тобой, так что позволь мне загладить вину. Я объявляю защиту твоей чести и жизни делом всего нашего клана. Наши лучшие отряды в твоем распоряжении. Действуй.

Даже Диккенс, закоренелый одиночка, видя подобные действия от остальных, с тяжелым вздохом достал свой собственный коммуникатор. Он долго смотрел на список контактов, на имена, которые не набирал годами. Бывшие сослуживцы, наемники, информаторы. Люди, с которыми его связывали старые дела и молчаливое уважение. Он остановился на имени Годдард.

— Пришло время тряхнуть стариной, — пробормотал он себе под нос и нажал на вызов. — Привет, старик, это Диккенс. У меня дело, которое тебе не понравится, но за которое хорошо заплатят. И это касается Риверса Монтильяра, если ты, конечно, слышал о нем.

Пока Дарион шел на штурм в одиночку, за его спиной, в тишине подвала, начала собираться его собственная армия.

Путь до центрального квартала занял немного времени. Мы с Тенью двигались по крышам, перепрыгивая с одного здания на другое, минуя пустые улицы. Город внизу жил своей жизнью, не подозревая о войне, которая уже шла на его территории. Патрульные машины лениво курсировали по проспектам, но они искали не меня. Они искали цель, которую им укажут. Я же был вне их системы поиска.

Наконец, я остановился на краю крыши высокого бизнес-центра. Передо мной, в паре кварталов, возвышалось здание Гильдии Охотников.

Это была не просто башня. Это была игла из черного обсидиана и вольфрамовой стали, пронзающая низкие ночные облака. Стоэтажный шрам на лице неба, символ нерушимой власти и порядка, который Риверс так старательно строил. Каждое окно горело холодным офисным светом. На вершине сиял герб Гильдии, видимый за много километров. От здания веяло силой, уверенностью и высокомерием. Таким же высокомерием, каким светилось лицо Риверса во время его выступлений на публику.

Улица, ведущая прямо к главному входу, была пуста. Ни машин, ни прохожих. Отряды Особого Назначения оцепили весь район, создав мертвую зону. Они ждали меня.

Спрыгнув с крыши, я бесшумно приземлился в темном переулке и вышел на финишную прямую. Мои шаги гулко отдавались в тишине пустого проспекта. Я шел прямо по центру дороги, не скрываясь. Пусть видят. Пусть готовятся.

Но на моем пути оказалось неожиданное препятствие.

Посреди улицы, лениво прислонившись к стене одного из зданий, стоял человек. Он был одет в идеально облегающий черный тактический костюм. Но все внимание приковывала его маска — матово-черная, с агрессивными гранями и единственной тонкой красной линией оптического сенсора вместо глаз.

Тень прижал уши и зарычал низким вибрирующим гулом.

— А я уж думал, ты заблудился, — раздался из-под маски насмешливый, слегка искаженный модулятором голос. — Жду уже… целых три минуты. Это невежливо заставлять своего поклонника ждать.

Он отлепился от стены и сделал несколько шагов мне навстречу. Двигался незнакомец с невероятной грацией, словно хищник, вышедший на охоту.

— Дарион Торн. Легенда. Реликт. Ходячий музей забытых боевых искусств. О, я так тщательно тебя изучал, и каково было мое удивление узнать, что твоих стоек нет ни в одном трактате по фехтованию. Знаешь, для меня большая честь встретиться с тобой лично. Можешь звать меня Зеро.

Он остановился в десяти метрах от меня, слегка склонив голову набок. От Зеро исходила аура абсолютной уверенности. Не наглости рядового бойца, а спокойной силы того, кто знает, что он лучший.

Я остановился. Времени на игры у меня не было.

— У меня нет времени на клоунов в масках, — ровно ответил я, собираясь обойти его.

— Обидно, — театрально вздохнул Зеро. — А я так готовился. Изучал записи твоих боев. Очень впечатляет, кстати. Примитивно, конечно, я бы даже сказал, без изысков, но есть в этом какой-то первобытный шарм. О, Стойка Лунного Серпа в своей базовой форме. Классика. Немного предсказуемо, но элегантно, как старинный автомобиль. Интересно, какой у него расход топлива? Мне не терпится его опробовать, показать тебе, как это должно выглядеть на самом деле.

Он явно пытался или заболтать, или спровоцировать меня — да, интересно, но сейчас не до этого, убью его позже. Моя цель была в конце улицы, в ста этажах над нами, а не здесь. Я сделал шаг, чтобы пройти мимо.

— Эй, эй, куда ты? — в его голосе прозвучало искреннее разочарование. — Я же вежливо попросил. Ну, раз по-хорошему ты не хочешь… придется принуждать.

Он щелкнул пальцами. Небольшой металлический шар, который Зеро до этого вертел в руке, взмыл в воздух. Шар завис между нами и начал вибрировать, издавая тихий, высокий гул. Воздух вокруг него начал искажаться, словно над раскаленным асфальтом.

Пространство вокруг меня исказилось. Воздух стал плотным, как вода, а отражения в витринах зданий пошли рябью. Земля под ногами задрожала, и асфальт начал трескаться, но из трещин пробивался не мрак, а странный, золотистый свет.

— Что за?..

Реальность с треском порвалась. Пол под ногами исчез, и меня с непреодолимой силой потащило вниз, в разверзшийся Разлом. Это был не аккуратный, стабильный переход, как те, что контролирует Гильдия. Это был грубый, яростный разрыв ткани мира.

Через мгновение падение прекратилось. Я приземлился на твердую поверхность, сохранив равновесие. Тень не появился рядом, видимо, остался снаружи.

Я же оказался в совершенно ином месте.

Вокруг, насколько хватало глаз, раскинулся город. Но город мертвый, застывший в последнюю секунду своей жизни. Величественные башни, изящные мосты, фигуры людей на улицах — все было превращено в золотистый, полупрозрачный, переливающийся янтарь. Я подошел к одной из фигур — женщине, тянувшей руку к ребенку. Прикоснулся к ее поверхности. Холод. Не холод камня или металла. Холод пустоты. Абсолютного отсутствия времени.

Над головой висело огромное, неподвижное багровое солнце, заливающее этот некрополь вечным светом заката.

Неподалеку от меня приземлился Зеро. Он с интересом осмотрелся по сторонам, словно турист на экскурсии.

— Разлом А-ранга «Застывший Закат». А ведь нас могло закинуть и в любой другой ближайший Разлом высокого ранга, но повезло, — весело прокомментировал он, делая несколько разминочных движений. — Красиво, правда? А главное — так нам никто не помешает.

— Таких назойливых фанатов у меня еще не было, — усмехнулся я, доставая меч.

Глава 3

На равных?

Золотистый город-мавзолей встретил нас мертвой тишиной. Ни ветра, ни звуков — только застывшее в янтаре время и багровое солнце, висящее в небе как недобрый глаз. Я осмотрелся, оценивая арену. Широкие улицы, замершие фигуры людей, здания со множеством уровней — пространства для маневра хватало.

Человек, назвавшийся Зеро, стоял в десяти метрах от меня, покачивая в руке точную копию моего меча. Красная линия его оптического сенсора мерцала в такт его движениям.

— Знаешь, что меня больше всего впечатлило в твоих записях? — начал он, делая несколько разминочных взмахов. — Не сила, не скорость. А экономичность. Ты двигаешься так, будто каждое движение стоит тебе денег. Минимум усилий — максимум результата. Красиво. Но старомодно. Так сражаются деды, которым под шесть десятков. Хотя ты не выглядишь как дед.