Олимп Бели-Кенум – Мальчик из Югуру (страница 29)

— Напишите ваше имя, фамилию и номер стола на листке, который лежит перед вами, в том месте, где указано, — произнес учитель.

Три дня подряд, каждый день по шесть часов, учащиеся сдавали экзамены по разным предметам, и все это время волнение сменялось страхом, а радость унынием.

Одни, отчаявшись после второго дня, когда проходил экзамен по арифметике и геометрии, особенно трудный и со всевозможными подвохами, не стали больше ничего сдавать. На следующий день, узнав, что на экзамене по ботанике была дана тема по только что пройденному материалу, они жалели о своей минутной горячности. Другие, хотя и заявляли во всеуслышание, что не питают никаких надежд на успешный исход и что провал их неизбежен, все же держались стойко до_: самого конца.

Айао был в числе последних: над письменной работой по истории Франции ему пришлось здорово попыхтеть. Казалось бы, довольно простая тема «Наши предки галлы» вызвала у него затруднения из-за незнания точных дат и событий, потому что в школе эту тему проходили поверхностно. «Если я сегодня провалюсь, то больше никогда в жизни не стану учить историю Франции», — пробормотал он про себя, выходя из класса, мрачный, с крепко стиснутыми зубами.

После последнего письменного экзамена на лицах очень немногих школьников можно было заметить хоть какое-нибудь подобие улыбки. Анату шла по двору как во сне и вдруг разрыдалась. Сита обняла ее, прижала к себе и стала успокаивать:

— Подумаешь, провалилась, от этого никто еще не умирал. Ты как была, так и останешься красивой, славной Анату. Перестань! К тому же все будет в порядке, вот увидишь... Ты согласна со мной, Анату?

Анату кивнула головой.

— Ну, тогда вытри слезы...

Больше половины сдающих отсеялось, в том числе и Нвулу, лучший ученик из класса Айао. Устный экзамен, на котором Айао потерял большую часть своих баллов, набранных им до этого за письменные работы, чуть было не сыграл с ним злую шутку. И он не провалился лишь чудом. А Анату, которая, казалось, не очень-то старалась и мало на что надеялась, сдала этот экзамен совершенно спокойно.

— Экзамены в этом году были очень, очень трудные, — сказал старый Джамарек, после того как были объявлены результаты, и попросил всех учеников без исключения присутствовать при вручении свидетельств об окончании школы.

И все согласились, даже Нвулу́, который с горечью сказал:

— Я знаю уже наизусть его речь. В течение четырех лет, что я здесь, он повторяет примерно одно и то же.

— Перестань! Ты самый способный и самый сильный из нас, и если ты, из-за своей неудачи, не придешь, то всех очень огорчишь! — сказал ему Айао.

Уверенность в том, что за несколько первых экзаменов он получил высокие оценки, помогла Нвулу набраться мужества и присутствовать на торжественной церемонии. Коренастый, с коротко остриженными волосами, он пришел одетый в синюю бубу. На его квадратном лице не переставая блуждала ироническая улыбка, а маленькие глазки блестели добродушно и лукаво. Анату была очаровательна в своем бирюзовом бархатном платье. Она пришла только потому, что директор просил всех учеников присутствовать в этот день. Анату ничего особенного для себя не ожидала, так как в течение года она регулярно, как по заказу, получала по всем контрольным работам довольно низкие оценки.

Школьный двор был полон родителей учащихся. Все говорили только об экзаменах. А поскольку письменные работы, как обычно, проверялись в Джен-Кедже, то на все лады перемывались косточки городских «бессердечных учителей, которые едят деревенские продукты, а о крестьянских детях совсем не думают».

— Что же они будут делать, наши несчастные ребятишки, без этого «сфидетельства»?

— Неужели им придется сдавать все заново?

— Если бы вождь Агбала не заставлял нас посылать ребят в школу, то ни один из моих детей никогда бы не переступил порога этого дома! Не представляю, что может дать им наука белых.

— Одно лишь тщеславие да легкомыслие!

Так они говорили, когда вдруг зазвенел звонок, приглашая всех присутствующих занять места под огромным навесом, шириной в шесть и длиной в двадцать метров. Этот крытый пальмовыми листьями навес, как всегда из года в год, сооружали вдоль стены двора.

42. ВРУЧЕНИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВ

Как только Джамарек взял в руки колокольчик, все тут же замолкли. Директор, как всегда, был одет безупречно: белый костюм, рубашка, полосатый — желтый с красным — галстук. Учителя тоже были одеты по-европейски, и только Лалейе нарядился в расшитую золотом бубу, бабуши и шапочку. Господин Джамарек, строго соблюдая традиции дакарского института Вильяма Понти́[39], не очень одобрял роскошрый наряд учителя Лалейе́. Они даже поспорили по этому поводу. Но, будучи человеком разумным, господин Джамарек, представляя учителя Лалейе, заявил:

— Дорогие мои друзья, дорогие мои дети, сегодня традиционная речь по случаю вручения свидетельств об окончании школы будет произнесена не вашим старым директором и не одним из тех учителей, которых вы знаете с самого начала учебы в школе. Ее произнесет наш новый учитель, молодой и жизнерадостный господин Ассани́ Лалейе, который работает в школе всего три месяца.

Господин Лалейе встал со своего места, поднялся на кафедру, и все присутствующие, которые поначалу не обратили на него никакого внимания, так как в своем наряде он был, скорее, похож на одного из родителей, все вдруг громко зааплодировали. Господин Джамарек был крайне удивлен, но тоже похлопал в ладоши вместе со всеми и тут же повеселел.

Лалейе начал говорить:

— Дамы и господа, мои дорогие коллеги, я очень тронут таким радушным приемом. Ваши дети, которые стали моими младшими братьями и сестрами, очень доброжелательно приняли меня в этом учебном заведении, где, к великой моей радости, я встретился со своими дакарскими друзьями. Я счастлив, что не только директор школы, умный и чуткий человек, не только мои коллеги, чьи дружеские чувства не нуждаются в доказательствах, но и все вы, родители наших учеников, встретили меня с такой теплотой.

Только что я был вместе с вами во дворе и слышал некоторые из ваших разговоров. Все мы, начиная от директора и кончая самым молодым учителем этой школы, огорчены неудачей тех учеников, которые не выдержали экзамен, и искренне сочувствуем их родителям.

Не выдержали экзамен некоторые из самых лучших учеников, а другие, более слабые, получили хорошие оценки. Неудача самого блестящего и умного ученика нисколько не умаляет, его способностей. А удача посредственного ученика и даже лентяя не делает его умнее и значительнее. Конечно, успех на экзаменах и документ об окончании школы свидетельствуют о знаниях, полученных вами в школе. Этот документ дает вам право продолжать учебу в Джен-Кедже, а может быть, и в Дакаре. Но со свидетельством или без него ваши знания остаются при вас. Это тот минимум знаний, который будет направлять вас в жизни. И конечно же, вы, как всегда, останетесь — и этим надо гордиться — сыновьями и дочерьми крестьян, сапожников, кузнецов, мелких торговцев, продавцов матрацев, кукурузных лепешек и зеленого горошка, гончаров, резчиков по дереву и т. д.

Но благодаря школе вы приобрели кое-какие навыки, стали, можно сказать, грамотными, что будет вас всегда отличать от тех, кому не так повезло, как вам. Этим вы обязаны вашим родителям. Ими надо гордиться, их надо уважать. Посудите сами, вы сейчас слушаете и понимаете меня, в то время как большинство из них лишены такой возможности. И мне придется потом вкратце, изложить смысл моей речи на двух местных языках.

Глядя на вас и ваших родителей, я вспоминаю не символический образ слепого, который несет на своих плечах безногого, я вижу двух сильных людей, здоровых телом и духом, со всеми присущими человеку достоинствами. Только один из них великан, а другой, хотя и не карлик, все же слишком мал, чтобы видеть так же далеко, как его друг. Движимый чувством дружбы, любви и человеческой солидарности, великан несет на руках маленького человечка, подняв его высоко над головой. И поэтому маленький видит дальше, чем великан. Перед ним открываются далекие просторы, но он не хвастается этим, а просто сообщает своему другу обо всем увиденном и тем самым просвещает его.

Да, мои маленькие друзья, мои братья и сестры, вы дети своих родителей и должны всегда быть их друзьями. Отправляя вас в школу, где мы стараемся дать вам как можно больше знаний, они, подобно тому великану, открывают перед вами далекие горизонты. Вы же, в свою очередь, должны попытаться открыть перед своими родителями дверь в мир ваших скромных знаний и помочь им освоить хотя бы основы французского языка, которому вас научили в школе.

Постараться обучить своих родителей грамоте — это, по-моему, лучшее доказательство вашей признательности. Ведь, приобретая знания, вы всё больше отдаляетесь от родителей, потому что живете в мире, во многом не похожем на их мир.

Я слышал, как отец одного из учеников до начала нашего торжества произнес фразу, которая невольно привлекла мое внимание: «Никак не могу взять в толк, чему могут научить их белые?»

Мой отец тоже так говорил, после того как я поначалу провалился на выпускном экзамене в педагогическом училище, с дипломом которого можно поступать в высшее педагогическое учебное заведение в Дакаре.