Ольга Замятина – Пожалуйста, не бегите по эскалатору (страница 3)

И да, я думал о том, что это отчество она мне придумала для прикрытия. Чтоб замести следы. Но это не так. Я аккуратно выведал у Натальи Зиминой – той самой, что училась с мамой. Серафим, которого я обнаружил в соцсети, действительно мой отец. Она даже мне его номер дала. И обещала ничего не говорить маме. Надеюсь, не обманет.

Зачем я его нашёл? Потому что хотел проверить, не он ли произнёс те слова, что так преследуют меня по ночам. Я несколько раз звонил папе, но он был вне зоны. Встречаться с ним я не намерен. Разумеется, чувств он у меня не вызывает. Серафим Колесников, 37 лет, женат, двое детей. Я имею в виду других, конечно. Разве про брошенных до рождения пишут в социальных сетях?

А вот о нынешней работе он написать не постеснялся написать. Готовы? У него чрезвычайно сложная и ответственная деятельность, требующая специального образования и опыта. Он работник блинной. Причём, как оказалось, в трёхстах метрах от моего факультета. Как иронично. Пока я грызу гранит науки, он совершенствуется в поджарке идеальных кругов теста.

Глава 4

Какой нормальный человек пойдёт работать в такое место? Целыми днями сидеть в стеклянной будке и смотреть на людей. А иногда талдычить своим противным голосом одну и ту же идиотскую фразу: «Пожалуйста, не бегите по эскалатору!»

Я бы и внимания на него не обратила, обычно эти слова произносит какая-то усталая тётка предпенсионного возраста. А тут… молодой парень. Нормальный вроде по виду. Хотя и немного странный, конечно: выражение лица такое, будто у него прямо в мозгу сериал проигрывается и он его внимательно смотрит.

Но если забыть про этот взгляд, то парень симпатичный. Правильное лицо, стройная фигура. Стрижка, конечно, скучная, в стиле «моей бабушке бы понравилось». Зато нос ничего, я бы в такой пару пирсингов забабахала.

На вид парню лет двадцать. Но, может, и меньше. Форма обычно взрослит. Вот я бы даже за миллион долларов не надела эти жуткие штаны и пиджак. Бе! Гадость! Быть как все. Как будто я не личность, а часть какого-то большого безмозглого организма. Ну уж нет, спасибо, мне в школе хватило. Дважды в неделю разговоры с завучем на тему внешнего вида. Ничего, не выгнали, доучилась как-то.

Когда я проходила мимо будки, остановилась на секунду. Парень неподвижно сидел на своём стуле – стало видно, что он высокий, спина прямая, взгляд устремлён вперёд, руки с аккуратными ногтями на допотопной приборной панели. Ха! Хозяин положения. Всё держит под контролем. В своём микроскопическом царстве-королевстве.

Дальше рассматривать его стало невозможно, толпа понесла меня вперёд, да и препод в училище ждать не будет. Но я всё думала: зачем, вот зачем он там сидит? Предположим, очень нужны деньги, это бывает, по себе знаю. Но можно же официантом или курьером – всё лучше. Разве что у него со здоровьем проблемы? И он ходить не может? Это многое объясняет: и застывший взгляд, и сидячую работу. Правда, ни коляски, ни костылей я не заметила, но бывают же ходячие, просто медленные. Правда, возьмут ли в метро человека, который не в состоянии быстро добраться до пострадавшего. Ну мало ли… говорят, штанину может затянуть под ленту.

Любопытство съедало меня весь день. И я, наконец, решила: завтра побегу по эскалатору, пусть сделает мне замечание, а лучше два, пусть разозлится, в конце концов. Может, тогда выйдет из будки и наорёт на меня. Или хотя бы кинет гневный взгляд в мою сторону.

Так я и сделала, и что вы думаете? Он дважды произнёс свою мантру, оба раза идеально спокойно. Не следила бы за ним, решила, что он запись включает. А когда я мимо него проходила, он даже головы не повернул.

Так же на следующий день. И на следующий. Не человек, а робот какой-то. Мне уже интересно стало. Прямо спортивный азарт проснулся. Ну должна же я его как-то вывести из себя. Чтоб заорал.

Ничего. Фраза «Пожалуйста, не бегите по эскалатору!» звучит по-прежнему нейтрально. И так уже неделю. Может, у него проблемы с памятью? И он меня забывает за день? А иначе как можно сохранять спокойствие?

Как червячки, завелись разные коварные мысли: разбить лампу, написать что-то на ступенях с помощью баллончика. Но это уже хулиганство, а мне в тюрьму нельзя: у меня бабка.

Сегодня народу было немного меньше, я смогла задержаться у его будки чуть дольше обычного и увидела, что, помимо кнопок на приборной доске, справа лежит блокнот, а в нём какие-то формулы. Математика? Физика? Химия? Что-то ужасно сложное.

Это что получается, что он умный, что ли? Но это же бред. Зачем умному парню в будке сидеть? Точно инвалид!

Глава 5

Она очень упряма, эта Крэйзи. И любит переходить границы дозволенного. Говорят, это вообще в крови у русских. Нарушать всё, что можно и нельзя. Люди начинают бросать фантики, даже если никогда раньше этого не делали, увидев табличку: «Не мусорить». Ну а метро вообще идеальное место для нарушения запретов. Правило «Не прислоняйтесь!» в вагонах не нарушил только ленивый. И ещё я.

Два месяца назад один умник решил, что черта, проведённая вдоль края платформы, там для красоты. Прогулялся по самой кромке. Видимо, закружилась голова. В общем, один неровный шаг – и он на рельсах. А дальше крик и слёзы двух девчонок, оказавшихся поблизости. Мы с дежурным по станции Толей прибежали одновременно. До поезда оставалось секунд тридцать. Я рассчитал время, прыгнул на рельсы, поднял горе-акробата на ноги. Потом мы быстро его вытолкали на перрон: я снизу помогал, Толя сверху тащил. Когда я поднялся следом, до поезда было ещё секунд пять. В общем, всё по плану. Но Толя почему-то обливался потом, а девочки смотрели на меня квадратными глазами. Не сразу, но я понял, что они ждут от меня какой-то эмоции, и тяжело вздохнул. Баланс эмоций был восстановлен. Планета продолжила своё вращение вокруг Солнца.

А Крэйзи эта решила, что будет бегать по эскалатору. Каждый день. Ну и ладно. Моё дело – просить её не бегать, а хватать за руки и ругать, к счастью, в мои обязанности не входит. Я и прошу. А она бежит. Может, очень торопится? Когда я её вижу, чувствую, что сердце начинает биться быстрее, кажется, я боюсь, что она упадёт.

Вчера был у Николая Николаевича. Он спрашивал меня о личной жизни. Хочу ли я, чтоб у меня появилась девушка, и как я себе представляю отношения с ней. Психолог спросил, нравится ли мне кто-нибудь.

Вы не думайте, что если я не испытываю эмоций, то девушки меня не интересуют. В вагоне метро, например, мне приятно смотреть на симпатичных, правда, им это не нравится. Они отводят глаза или даже пересаживаются подальше. Я знаю, что нельзя смотреть пристально и нужно больше улыбаться, но это сложно. Не верите? А вы попробуйте бросать беглые взгляды на интересную книжку или искусственно ей улыбаться. Почувствовали себя идиотами? Вот и я тоже. Для меня симпатичная девушка – это тоже просто приятная глазу картинка.

Я думал о том, чтоб познакомиться с девушкой. Она бы со мной жила, готовила мне щи, а потом ела их, сидя на соседнем стуле. Я бы спал с ней в одной постели и не только спал. Пусть я не испытываю эмоций, но физические удовольствия мне знакомы.

Николай Николаевич объяснил мне, что если сравнить отношения с девушкой с поеданием пирожного, то обычные люди наслаждаются его вкусом, красивым видом, ароматом, воздушностью крема и хрустом вафельки, а я – только вкусом. По-моему, не так плохо. Всё же вкус в еде – это самое важное.

А ещё он в очередной раз мне напомнил (как будто я мог забыть за неделю), что чувства я на самом деле испытываю, просто не знаю об этом. Но в любой момент могу начать их понимать. Мама тоже этого всё время ждёт. И старается оградить меня от любых стрессов: боится, что станет хуже. А потому проигнорировала год назад мою просьбу увидеться с папой и ужасно боится, что я начну встречаться с девушкой. Она пытается оградить меня от ситуаций, в которых я могу почувствовать себя ненужным. Я к ним, если честно, тоже не стремлюсь. Папу хочу увидеть просто потому, что есть что-то нелогичное в том, что мы живём в одном городе и незнакомы. В друзья я к нему не лезу. А девушку хочу найти по возможности похожую на меня. Чтоб логически рассуждала и не искала дурацкой романтики, потому что от неё одни проблемы. И травмы.

А в целом я ничего не имею против девушки. Но пока плохо понимаю, как мне кого-то найти. Девчонки из группы избегают даже смотреть на меня. Кто-то в открытую смеётся, кто-то боится. Вот интересно, как люди опасаются всего, что им хоть немного непонятно, что отличается от них. Ну и ладно. Я не тороплюсь. Жениться раньше тридцати я не собираюсь, так что время есть.

Перевёл взгляд на последнюю строчку в блокноте. В голове бродят разные идеи. Всемирно известная задача Мильтенса пытается обосноваться в моём мозгу, пуская корни во все стороны. Я ощущаю, как всё глубже и глубже проникаюсь её сложностью, красотой и гармонией – той, которую никогда не увидеть человеку, далёкому от науки.

Я редко что-то записываю. Не имею привычки заносить промежуточные выкладки на бумагу. Разве что одну формулу, над которой сейчас работаю. Не потому, что боюсь её забыть, а потому что вид формулы приятен взгляду, как симпатичная девушка. Моя работа над задачей Мильтенса, безусловно, продвинулась. Уже давно не сомневаюсь в том, что у меня с ней всё сложится, это лишь вопрос времени. Год? А может, месяц? Или неделя?