Ольга Юнязова – Бой песочных часов (страница 5)

– Так мост‑то сломан. Всё равно не сможете. Пока не образумитесь, чинить не буду.

– А он выживет? – робко спросила Оксана.

– Мы не умрём, но изменимся, – старик загадочно подмигнул.

– Вы имеете в виду, что в мозгу начнутся необратимые… – Оксана задохнулась от ужаса, и губы её задрожали.

– Ну что ты причитаешь? Почему если изменения, то обязательно плохо? Как, по‑твоему, обезьяна превращалась в человека? Думаешь, безболезненно?

– Обезьяна?! Вы что, до сих пор верите в теорию Дарвина?

– А у тебя есть другая версия?

– Учёные доказали, что Дарвин ошибался. А человека создал Бог!

– Надо же! – усмехнулся старик. – А как Бог создал человека, учёные не объяснили? Из праха земного?

– Ну да… что‑то вроде того. Из глины, кажется… так в Библии написано.

– Правильно написано! Только не подробно. Сначала, под воздействием высоких температур, которые царили на молодой планете, из неорганических веществ Бог создал живую клетку. Потом она начала делиться, размножаться, мутировать, развиваться… под неусыпным контролем Бога, разумеется. Правильнее сказать, что мы произошли от одноклеточного существа. Стадия обезьяны – это лишь один из этапов нашего развития, как, впрочем, и стадия человека.

– И во что превратится Александр?

– Не переживай! Ты даже не заметишь этих изменений, – успокоил её старик. – А вот врачи могут… – озабоченно добавил он. – И могут помешать, а это не входит в Его планы.

– Оксана! – вдруг раздался голос Анны Даниловны.

Старик обернулся, Оксана тоже устремила внимание на берег. Мужчины притащили лодку и спустили её на воду. Анна Даниловна призывно махала рукой, а Рихард и Глеб уже шли, чтобы забрать носилки.

Старик ударил посохом о землю. Всё вокруг задрожало, река вспучилась и вышла из берегов. Лодка перевернулась. От резкого пробуждения Оксана не сразу пришла в сознание. Анна Даниловна трясла её за плечо.

– Оксана! Где градусник? Ты давно мерила температуру?

– Нельзя увозить на лодке! – ответила Оксана, тупо глядя на перевернутую кастрюлю.

Анна Даниловна, ощупав постель, наконец нашла градусник в складках простыни и, включив его, засунула под мышку Александру.

– О боже! – прошептала она, когда градусник противно запищал.

– Что? – пришла в себя Оксана.

– Срочно охлаждать! Где вода?

А вода уже впиталась в ковёр.

Оксана вскочила и бросилась в столовую. Поставив кастрюлю в раковину, она повернула вентиль.

«Как такое может быть?» – пыталась сообразить она, глядя, как одинокая капля медленно собирается на кончике крана.

– Оксана, быстрее! – крикнула сверху Анна Даниловна.

– Боже! Что вы всю ночь тут шумите? – застонал Рихард. – Я только заснул…

– Почему нет воды?! – застонала Оксана.

– Жиды, наверное, выпили! – проворчал он и накрыл голову подушкой.

Оксана открыла холодильник и начала искать что‑нибудь жидкое, но, как назло, ни молока, ничего другого там не было. «Лёд», – вспомнила она и распахнула морозильную камеру, но ни малейшей наледи на стенках камеры не оказалось.

Оксана бросилась наверх.

– Воды нет! – проскулила она, чуть не плача.

– Как? – удивилась Анна Даниловна. – Только что была!

– Кончилась! А где Галина?

– Пошла коз доить. Так! Без паники. Надо срочно найти воду. Беги на улицу, черпай из лужи!

Оксана кинулась выполнять приказ. Даже не надев обувь, она выскочила во двор, но там, как назло, не было ни одной лужицы. Чертыхнувшись, она выбежала на улицу. Там цивилизация заканчивалась, и слякоти было сколько угодно, но вся она была в виде грязной жижи.

Вспомнив про искусственный водоём в саду, Оксана бросилась было туда, но перед самым её носом калитка захлопнулась. Навалившись на дверь всем телом, Оксана до боли в пальце вдавила кнопку звонка, но так и не услышала знакомого тилиньканья. Тогда она в бешенстве заколотила по воротам кастрюлей.

Никогда и всегда

– Деда! – маленькая правнучка вывела его из задумчивости. – Деда, мы не можем отгадать твою загадку. «Никогда и всегда, бежит и стоит, молчит и звучит». Что это?

Старик оглядел притихшую ребятню. Слева топтались малыши, которым вскоре придётся покинуть обжитые места и уйти в холодные земли, где не растут знакомые травы и злаки, где придётся заново учиться находить себе пищу. Он вглядывался в их лица, и сердце сжималось от видений: этот отравится незнакомой ягодой, этот заболеет неизвестной болезнью, а этот просто выбьется из сил и замёрзнет в пути. Старик встряхнул головой, пытаясь отогнать пугающие образы, и перевёл взгляд направо. Там гордо стояли дети воинов. Особенно выделялся старший, который уже выбрал себе имя Ворон. Этот парень выживет в любых ситуациях, но злоба, которой он заразит свою живу, потечёт по жилам многих поколений и вернётся к нему же нестерпимой болью. От этой мысли у старика заныли все суставы.

Он снова посмотрел на малышку, дергающую его за штанину. Уставший разум загадку не помнил, не говоря уж об ответе. Положив руку на голову девочки, он уже хотел было сказать ей заветное слово, но вдруг в глазах потемнело, а в ушах раздался какой‑то неведомый звон.

Говорят, перед смертью память прокручивает прошедшую жизнь как кино. Старик не знал, что такое кино, поэтому перед его затуманенным мысленным взором возникло мгновение, в котором как в прозрачном кристалле были отражены все сюжеты его нелёгкой судьбы. Миллионы звуков, которые он когда‑либо слышал, слились в пронзительную тишину, и стало ясно, что жизнь вовсе не течёт из пункта «рождение» в пункт «смерть», и события не движутся из будущего в прошлое. Нет! Всё одновременно и всегда существует в абсолютном балансе в единственной точке «сейчас». Но это «сейчас» настолько малая величина, что её почти нет, ведь мгновение назад называется «было», а мгновение вперёд – «будет». «Никогда и всегда».

Это внезапное осознание настолько потрясло старика, что силы вернулись. Снова увидев свет, он ещё раз обвёл детей взглядом и понял: ничего не предрешено.

Наклонившись к девчушке, он сказал: «Неси мою живу». Она обрадованно кивнула и отбежала, получив дорогой, но секретный подарок. А он повторил то же самое каждому малышу, который подходил, чтобы с ним попрощаться.

Потом старик встал и перед тем, как вернуться в чум, сказал отгадку: «ВРЕМЯ».

Обещание

Металлический звон больно ударил по нервам сонной деревни, и в отместку она окутала Оксану нестерпимой оглушающей тишиной. Опустив кастрюлю, Оксана приложила ухо к калитке, но услышала только собственный пульс в виске.

Как же всё‑таки медленно тянутся секунды, когда ты стоишь босиком на холодной земле, зная, что тебя с нетерпением ждут. Оксана поняла, что её никто не услышал. Галину сейчас глушит гул доильных аппаратов, а в доме звуконепроницаемые окна. И ждать дальше бессмысленно.

Быстрыми шагами она пошла вдоль забора в поисках какой‑нибудь лазейки. Порывистый ветер облизал с тела остатки тепла, и её начал бить озноб. Окоченевшие ноги почти не чувствовали землю. Оксана злорадно подумала, что это ей наказание за то, что позволила себе уснуть. Хотя какой смысл устраивать такие «наказания», тем самым подвергая Александра ещё большей опасности? И что это за напасть такая: сначала она засыпает и переворачивает кастрюлю, потом в кране исчезает вода, потом захлопывается калитка и перестает работать звонок?

И вдруг в памяти возник обрывок сна, старик в капюшоне и его слова: «Обычная мутация… почему если изменения, то обязательно плохо? Желательно ему не мешать. И возить его никуда не надо!»

Неужели нужно поверить, что все эти совпадения не случайны? А специально организованы, чтобы не мешать Александру поднимать температуру до необходимого уровня? А может, она всё ещё спит? Оксана остановилась и подпрыгнула. Потом подпрыгнула ещё раз и ещё. Так и не взлетев, она пошла дальше вдоль забора, продолжая размышлять: «Если допустить, что цепочка проблем действительно создана некими силами, то, если она примет твёрдое решение не отдавать Александра врачам, все несчастья должны прекратиться. Правильно? Можно попробовать». Остановившись для торжественности момента, она пообещала, что не позволит увезти Александра в больницу.

Сделав круг вокруг забора и не найдя ни одной сломанной досочки, Оксана вернулась к калитке. Ни на что не рассчитывая, она нажала на кнопку и услышала звонок. Через полминуты Галина открыла и с удивлением уставилась на босую дрожащую Оксану с кастрюлей в руках.

Все чудеса с водой и звонком объяснились просто. Оказывается, когда Галина доит коз, она переключает часть электричества на доильные аппараты. И в течение примерно двадцати минут не работают все уличные электроприборы. В том числе и звонок, и насос, который снабжает дом питьевой водой из скважины. Оказывается, надо было просто пойти в ванную, где установлен резервуар‑накопитель, и спокойно наполнить кастрюлю.

Узнав об этом, Оксана засмеялась, едва сдерживая слёзы и вспоминая, как на полном серьёзе решила, что это происки неких «высших сил», явленных ей во сне в виде старика с посохом. Вот только как теперь быть с тем решением, которое она так же на полном серьёзе приняла в момент отчаяния. Отдавать Александра в больницу или нет? Размышляя об этом, она вошла в комнату и поставила кастрюлю с водой на пол.

– Тебя только за смертью посылать, – проворчала Анна Даниловна.