Ольга Ярошинская – Пламя на двоих (страница 8)

— Ты толкнула бревно! Зачем? — возмутился Рони. — Мы одна стая!

— Ой заткнись, — прикрикнула она на него.

Обернувшись, Элай увидел, как Вив перебежала по бревну назад и исчезла в зарослях папоротника. Может, ему повезет, и когда он вернется в крепость, Вивиана уже уедет.

Я изо всех сил пыталась не разреветься, но обидно было до слез. Это чувство вытеснило все остальные, так что я почти не испугалась дракона, сунувшего ко мне любопытную башку.

— Я зову его Ковшик, — сказал Туч, почесав зеленый чешуйчатый лоб. — Он хороший дракон. Не слишком быстрый, если признаться, но зато очень умный. Смотри, как умеет. Ковшик, поклон.

Дракон тут же изогнул шею, склонив башку к самой земле и оттопырив попу.

— Круто, — мрачно оценила я.

Два других дремали возле ущелья, ожидая своих хозяев: черный дракон вольготно вытянул хвост, а драконица свернулась в клубочек, и ее поводья крепились к толстому кольцу, вбитому в камень.

Это все Ингрид. Решила надо мной посмеяться. Темная злоба всколыхнулась в душе, и я даже испугалась на миг той ярости, что меня захлестнула. Драконья кровь, о которой я почти позабыла, вдруг проснулась, требуя мести. Что ж мой щит не наподдал Ингрид тогда, у пруда?!

А Элай даже не подал мне руку, чтобы помочь выбраться. Просто смотрел на меня сверху вниз, пока я копошилась в грязной яме, и не делал ровным счетом ничего. Если бы я утонула, он был бы только рад.

— В общем, у тебя два варианта, — сказал Туч, поглаживая дракона по шее. — Первый — мы идем в Драхас пешком. Подъем сложнее спуска, будем тащиться часа полтора. Грязь засохнет, потрескается, небось, еще покраснеешь вся, с такой-то кожей. Или второй вариант, который я тебе настойчиво рекомендую: мы садимся на Ковшика и долетаем за пару минут.

Я глянула на Туча, потом на дракона. Они были даже немного похожи — отсутствием волос и приветливым выражением устрашающих морд.

— Будем лететь низенько, — добавил Туч. — И тихонько.

Ковшик улыбнулся, показав острые зубы, и ремни, стягивающие морду, опасно затрещали.

— Вообще это правила такие, — пояснил Туч, будто прочитав мои мысли, — что драконы-первогодки в намордниках. Но Ковшик очень добрый. Он меня только пару раз кусал, и то в шутку.

Я все молчала, не в силах принять решение, но грязь на мне стремительно высыхала, превращаясь в корку. Потом волосы не отмою…

— Согласишься — и через пять минут будешь в душе, — добил меня Туч.

— Ладно, — решилась я. — Давай на Ковшике.

Может, как раз на такое и рассчитывал Риан — я шмякнусь с дракона, и вскоре все позабудут, что когда-то жила Вивиана…

Туч подпихнул меня под попу, и я вскарабкалась на Ковшика. Дракон изогнул шею, повернув голову, и фыркнул мне прямо в лицо. Я обтерла щеки от горячих капель слюны. Не многовато ли испытаний для одного дня?

— Да ладно ворчать, — сказал Туч, усевшись позади меня. — Ты сильный, поднимешь ее и не заметишь!

Ковшик отвернулся, проурчал что-то ругательное по-драконьи, а Туч устроил ноги в стремена и застегнул вокруг живота пояс, притачанный к седлу. Еще одним ремнем обвил мою талию и пристегнул к себе. Я попыталась отстраниться, но Туч затянул ремень туже.

— Ничего такого, — буркнул он. — Просто не хочу, чтобы ты свалилась. У меня, к слову, девушка есть, Каталина.

Он так нежно и нараспев произнес ее имя, что я сразу поверила — это любовь.

— Если вдруг вы с ней встретитесь, не вздумай болтать, что я катал тебя на драконе, — добавил Туч. — Она ужасно ревнивая.

— Не скажу, — пообещала я.

— Держись за хомут.

Я вцепилась в жесткую луку, изгибающуюся на шее дракона, и сжала бедра, обхватывая чешуйчатые бока. Сердце подскочило, и ладони вспотели от страха. Мамочка, что ж я делаю!

— Туч, а может, пешком? — взмолилась я.

— Взлетаем!

Дракон взял разбег, и я едва не вылетела из седла. Мощный взмах крыльев — и я вжалась спиной в широкую грудь Туча. Небо опрокинулось на меня лазурью, в ушах засвистел ветер. Земля рухнула вниз, превратившись в мозаику из разноцветных кусочков: луга, огороды, ленты дорог… Море! Ослепительно прекрасное, сверкающее под солнцем, бесконечное.

— Вон там скалы, где гнездятся драконы! — гаркнул Туч мне на ухо.

Красные горы, покрытые зеленой пеной кустов, напоминали куски слоеного торта, разбросанные по тарелке.

— Я хочу это нарисовать! — выкрикнула я. — Туч! Это…

— Нравится? — ухмыльнулся он. — А если так…

Туч натянул поводья, и Ковшик спланировал вправо, закладывая круг, и я завизжала от восторга! Мы пролетели над ущельем — зеленой трещиной в черной скале, потом внизу раскинулись зонтики сосен. Крылатая тень скользила под нами, и в узкой полоске реки на миг мелькнуло брюхо дракона. Мое сердце колотилось еще быстрей, отдаваясь шумом в ушах, но больше я не боялась. Я летела! Я парила! Я словно стала драконом!

Я видела город вдалеке — россыпь игрушечных домиков с остроконечными крышами, видела белые паруса — будто бабочки-капустницы усеяли синюю бухту, видела крепость Драхас с пиками сторожевых постов и башнями гнезд.

Ковшик развернулся к ним и в несколько взмахов крыльев оказался на месте. Завис над центральной башней, как огромная летучая мышь, а после плавно приземлился на крышу.

— Ну, как тебе? — спросил Туч, расстегивая ремни, и я повернулась к нему и схватилась пальцами за рубашку.

— Хочу еще, — выпалила я, требовательно дернув ткань.

Он беззлобно рассмеялся, спрыгнул с дракона и протянул ко мне руки.

Я перекинула ногу, съехала по чешуйчатому боку, и только приземлившись поняла, как на самом деле устала.

— Ты тоже можешь заполучить дракона, — с деланым равнодушием произнес Туч, погладив зеленую шею Ковшика.

А тот пригнул голову и вдруг боднул меня в плечо так, что я чуть не свалилась с башни.

— Гляди, а ты ему понравилась! — удивился Туч, поймав меня за шиворот. — Хотя выглядишь сейчас на любителя. Пошли, покажу, где помыться.

Душевые располагались в самом низу башни. Как объяснил Туч — на каждое гнездо свои. Но вот разделения на мужскую и женскую половину не было — оно и понятно, если не в каждой команде есть девушка. Туч благородно остался снаружи покараулить, а я встала под тугие струи воды.

Я соскребала грязь, промывала волосы, распутывая слипшиеся пряди, терла мыльной мочалкой подрагивающие от усталости бедра, и улыбалась во весь рот. А в голове вырисовывался план.

Во-первых, разобраться с Ингрид. Такие стервы и в академии искусств водились: не дашь отпор — живьем сожрут.

Во-вторых, мне и правда не хватает физической подготовки. Я всего-то прошла до середины ущелья, даже не добралась до первого поста, а ноги трясутся как у старушки. Нужны тренировки, если я хочу заполучить собственного дракона. А я хочу! Это невероятно, немыслимо, но возможно! У меня будет дракон! Свой собственный! Ох, надо будет придумать ему красивое имя. Что-нибудь более романтичное, чем Ковшик.

В-третьих, надо научиться управлять щитом, который мне подарила драконья кровь. Чешуйки прятались на внутренней стороне бедра и, влажные от воды, сверкали золотом. Я пригладила их пальцем, обвела контур рисунка. Пусть я мечтала об ином, но как знать — вдруг Хильда права, и щит — то, что мне нужно.

Взяв полотенце из стопки чистых, я хорошенько вытерлась, промокнула волосы. Надев длинный халат, обнаружившийся там же в шкафу, вышла к Тучу.

— Грязную одежду кидай сюда, — показал он на огромную корзину. — Чистое потом заберешь тут, — ткнул пальцем в вешалку, на которой болтались чьи-то выглаженные штаны. — Из города приходят прачки, делают все в лучшем виде.

Туч провел ладонью по груди, пытаясь смахнуть приставшую к рубашке грязь.

— Извини, я тебя испачкала, — поняла я.

— Ерунда, — отмахнулся он и, расстегнув пуговицы, стащил рубаху и бросил в корзину.

Я старалась не слишком пялиться, но Туча было так много, что совсем не смотреть не получалось. Сплошные плечи, мышцы, кубики… Да еще серебристая чешуя на груди. И знак — прямо как мой! Только шире.

— У меня еще вопрос, — произнесла я. — Ты ведь тоже щит?

— Ага, — кивнул Туч, с гордостью положив ладонь на знак — прямо напротив сердца.

— Научишь, как его развивать и все такое?

Он пожал плечами, почесал крупный нос.

— Понимаешь, Вив, я думаю как: щит чем больше и крепче — тем лучше. Так что я качаю мышцы и ем. А ты… — Туч взмахнул ручищей, тщась объяснить. — Думаю, тебе нужен другой подход. Но какой — пусть уж Элай решает. Вон возьми тапки, — указал он под лавку. — Ноги застудишь.

Я сунула ноги в тапочки не по размеру и потащилась за Тучем, цепляясь за перила.

— Но вот что я еще скажу, — говорил он, неторопливо шагая по лестнице. — Раз ты понравилась Ковшику, то все у тебя получится. У него нюх на людей. А мою Каталину он даже лизнул, представляешь? Она в Айдане живет, булочница. Такая вся… — Туч повел руками в воздухе, рисуя изгибы, и шумно вздохнул. — Нас выпускают в город раз в три недели. Мало, конечно, но можно заработать дополнительный выходной. В Айдане и кафешки есть, и целая торговая улица, и карусели по выходным. Тут, в Драхасе, кормят хорошо, но сладостей почти нет. А у моей Каталины в булочной такие крендельки сахарные — закачаешься! А еще орешки со сгущенным молоком, кремовые корзинки, вафельные трубочки…

Пока Туч перечислял лакомства из булочной прекрасной Каталины, мы успели подняться в гостиную.