Ольга Ярошинская – Пламя на двоих (страница 35)

Капитан хмуро цедил вино, отводя взгляд.

— Вот еще забавное, — ухмыльнувшись, прочел Элай. — Для полного устранения препятствий и скорейшего достижения поставленных целей, потребуются дополнительные ресурсы.

— Я — преданный слуга короны, — угрюмо проворчал капитан.

— Будущее короны — это я, — отрезал Элай.

Недописанное письмо вспыхнуло в его руке и осыпалось пеплом. Капитан Освальд Муро был продажным до мозга костей, но именно это качество позволило Элаю найти здесь приют. Хильда за него заплатила.

Если бы не она, жизнь Элая могла оборваться шесть лет назад, когда отец приказал прекратить страдания старшего сына. Что подтолкнуло Хильду пойти наперекор королю? Что заставило поверить в благополучный исход? Что увидела она в воющем от боли принце, который и сам умолял о смерти?

Первый знак — меч на левом боку — появился уже после того, как Элая погрузили в карету. Хильда, смеясь, рассказывала о кухонных прихватках, которые пришлись как нельзя кстати. Когда они прибыли в порт, вокруг щиколотки обвилось чешуйчатое кольцо. Огонь вспыхнул на правом плече после приезда в Драхас — и боль наконец отступила, скаля острые зубы. А крылья распахнулись, когда Элай впервые сел на Дымка.

Но драконья кровь все еще кипела в нем, вызывая приступы, а огонь обжигал каждого, кто смел прикоснуться. Из дворца пришло письмо с указанием оставаться в Драхасе и не позорить короля. Для продолжения династии принц Риан был признан негодным.

Но теперь все изменилось.

— Я могу стать королем, — сказал Элай капитану. — И я не забуду того, как ты поступишь. Каким бы ни был твой выбор — я буду помнить.

Освальд быстро облизнул губы, и потеребил бороду. Бусины застучали как костяные счеты.

— Так-то письмо может затеряться в пути, — пробормотал он. — От Драхаса путь неблизкий. Но во дворце все равно узнают.

Узнают. Но ему нужно выиграть время.

— Идет, — решил капитан. — А Ингрид, если она тебе докучает, можно отправить в дозор.

— Она не годится для дозора, — сказал Элай.

— Но как же… Все нормативы, дракон…

— Сильва — да, Ингрид — нет. На нее нельзя положиться. Честно, я даже не знаю, что писать в рекомендациях после завершения учебы.

— Может, охранница для знатной дамы, — предположил Освальд.

— Может, — бросил Элай.

Хотя и в этом он сомневался.

— Я ведь неплохо разбираюсь в людях, — веско произнес капитан. — Здесь, в Драхасе, я оказался случайно. Шальная выходка, женщина… А так я подавал большие надежды. Что до Ингрид... Знаешь, кто бы из нее получился? Идеальный наемный убийца. Быстрая, злая, опасная… Или, скажем, жрица ночных удовольствий, — он пригладил бороду, сально улыбаясь. — Как-то раз…

— Значит, мы пришли к соглашению? — спросил Элай, поднимаясь.

— Я не стану докладывать, — ответил Освальд, тоже встав и слегка пошатнувшись. — Я бы пожал тебе руку, Элай, но… сам понимаешь. За эти годы мы с тобой стали друзьями. Близкими людьми. Мы — почти семья. Взлет одного — большие возможности для прочих. Конечно, я желаю тебе всего самого лучшего! И Вивиане тоже. Она знает, какая роль ей досталась? Ты скажи, не будет ломаться.

Освальд хихикнул, но тут же прижал пальцы к губам, будто пытаясь засунуть слова назад в глотку.

— И даже не думай о том, чтобы отправить ее в другое гнездо или как-то еще навредить, — сказал Элай, и Освальд отчего-то попятился и упал на диван. — Если с Вив что-то случится…

Он не договорил угрозу и стремительно вышел из капитанских покоев. Развернул крылья, не желая ходить узкими коридорами, и вылетел вон. Вмиг домчал до центральной башни, и Вив вскрикнула от неожиданности, когда он появился перед ней на балконе.

— Нельзя так пугать, — укоризненно воскликнула Вив, прижав руку к груди, а ворона, каркнув, юркнула в короб. — Ты чего?

— Ничего, — выдохнул Элай. Она здесь, с ней все хорошо, и сердце успокоилось, забившись ровнее. — На ужин пойдем? — спросил он.

Глава 17. Покажи знак

— Ну-ка, еще разок, — потребовал Элай, и Иней повернул арбалет в сторону Рони.

Мой щит тут же рванулся, прикрывая друга и огибая Туча, который сидел с краю площадки и складывал камешки. Подбросив один в ладони, он швырнул его в Рони, и камень упруго отскочил.

— Может, хватит уже экспериментов? — взмолился Рони. Он инстинктивно зажмурился и теперь открыл один глаз.

— Надо закрепить результат, — возразил Элай. — Вив, постарайся выставить щит осознанно.

С этим у меня все еще были проблемы. Методом научного тыка мы выяснили: мой щит буквально бросается на защиту Рони, но только если ему угрожает именно Иней. Видимо, подсознательно я не чувствовала угрозы ни от Элая, ни от Туча, либо же понимала, что ничего плохого они не сделают. А вот у Инея дури хватало.

— Не получается, — раздраженно бросила я. — Иней, хоть замахнись, что ли.

— Тогда хватит на сегодня, — предложил Элай.

— Нет, я попробую, — заартачилась я.

Никто не пенял мне на особое положение, но я все равно не хотела им пользоваться. Вот только получалось иначе.

Хильда принесла ворох обновок, профессор Денфорд не уставал хвалить мои сочинения, и даже в столовке повариха упорно подкладывала мне плюшки и крендельки. Вероятно, пыталась привести меня в соответствие более пышным стандартам женской красоты. А Элай… Дай ему волю — запер бы в комнате и желательно в своей. Как-то так вышло, что теперь я рисовала у него на балконе. «Не таскать же краски туда-сюда, вдруг разобьются…»

Я выдохнула, закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям, и потянула щит. Все равно что тащить рыбу из воды голыми руками — скользко! Но в итоге мне удалось ухватить ткань энергии — и она тянулась и тянулась, как будто я надела чужую майку, и размер очень велик. Вот майка Элая сошла бы мне за короткое платье. От него так вкусно пахло, что я как-то поймала себя на желании примерить одну из его рубашек.

— Как она это делает? — послышался взволнованный шепот, и я распахнула глаза.

Щит мерцал, окружая меня со всех сторон, но стоило потерять концентрацию, как он схлопнулся, исчезая под кожей.

— Так, парни, на скалу, — скомандовал Элай. — Туч, ты за главного. Вив, — посмотрел на меня, размышляя, — за мной.

Он пошел вперед, не оставляя возможности спорить, и я поплелась следом, пялясь в его широкую спину. Мы вернулись в крепость, поднялись по лестнице, зашли в гостиную, и Элай остановился и развернулся ко мне. Провел пятерней по черным волосам, будто сомневаясь.

— И что мы тут делаем? — поинтересовалась я.

Солнечный луч падал через отверстие в потолке, растекался теплым пятном на каменном полу. В ведре благоухали цветы, забыв, что им положено вянуть. И, как всегда, когда мы с Элаем оставались одни, мое сердце забилось быстрее.

— Мне нужно увидеть твой знак, — выпалил он и, пока я не успела возмутиться, быстро добавил: — Да, я знаю, он у тебя где-то пониже спины, но, Вивиана, у меня есть серьезные подозрения, что в твоем случае что-то напутали. Щит так себя не ведет.

— А что не так? — спросила я. — У Туча такое же силовое поле.

— Именно. У него это плоскость.

— А у Яниса, — вспомнила я. — У него тоже знак щита, однако он может делать сферу.

— И очень этим гордится, — кивнул Элай. — Но у его сферы есть ограниченные размеры. А твой щит раздвигается во все стороны, и предел мы так и не узнали. Я вот думаю: твой знак видел один лишь доктор, инициация прошла с вмешательством посторонних, там наверняка был переполох — могли перепутать.

Я поджала губы и кивнула, признавая его правоту.

— Давай ты наденешь что-нибудь такое, чтобы была возможность увидеть знак с минимальным для тебя дискомфортом, — предложил он. — Хоть дырку в штанах прорежь, я не знаю… Исключительно в учебных целях!

Я с подозрением посмотрела на него и прошла в свою комнату. Закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной.

Я считала себя разумной девушкой, но рядом с Элаем будто теряла способность соображать. Все слишком сложно! Он держал меня за руку, обнимал, катая на Дымке, и смотрел так, что я таяла как сахар в горячем чае — полностью и безвозвратно. Он по-прежнему не позволял себе лишнего, но я догадывалась, чего он хочет. Да что там, я явственно чувствовала его желание, когда прижималась к нему на драконе. Но… я не понимала, что будет дальше! Ладно б Элай не был принцем… Но если б не был, то я бы не получила возможность отомстить Тириану. Так что хорошо, что он принц. Но какая из меня королева? И, значит, если я буду с ним, то повторю судьбу моей мамы. А если Элай не решит свою проблему с огнем, и я так и останусь единственной женщиной, которой он может коснуться? Что тогда? Все же Ингрид права — у него нет выбора, он может тянуться ко мне от безысходности. Но Элай хотел меня еще до того, как потрогал…

Я воздела руки и потрясла ими в безмолвном жесте. А потом решительно стащила штаны и, положив их в шкаф, взяла широкую юбку. Надев ее, пригладила складки ладонями и открыла дверь.

Элай ждал меня в кресле. Теперь это было его любимое место — напротив моей двери. Я видела его там утром, когда шла в душ, и ночью, когда уходила спать. Он охранял меня, как ревнивый дракон, и я не понимала — то ли мне это нравится, то ли бесит.

— Знак не на заднице, — грубовато сказала я. — На бедре. Левом. С внутренней стороны. Но я не понимаю, что ты там собрался смотреть. Я ведь рисовала его, это щит.