Ольга Ярошинская – Крылья Колдуна (страница 7)

– Трактир оказался убогим, – подтвердил Ланс. – Но я сейчас о сексуальном напряжении, которое между нами возникло.

Тиль молчала, все так же внимательно глядя на волны.

– Ты можешь отпираться, но в глубине души знаешь, что я говорю правду, – продолжил он. – Однажды искра разгорится. Это лишь дело времени.

Тиль отошла от воды на несколько шагов и стала расстегивать плащ. Ланс настороженно посмотрел на нее, неуверенно потянул молнию на кожанке. Сняв плащ, Тиль повесила его на голые ветки куста, стащила сапожки.

– Подожди, – сказал Ланс, так и не расстегнув куртку. – Ты уверена? Сейчас?

Тиль аккуратно приподняла юбку и, подцепив колготы, потянула их вниз. Ланс обернулся на мост, под которым виднелась массивная фигура тролля:

– Ульрих может увидеть!

Тиль сложила колготы в сапожок, подвернула юбку так, что та задралась до середины бедра.

– Нет, Матильда, я так не могу! – возразил Ланс. На бледных скулах загорелись розовые пятна. – Вернее, могу, конечно. – Он запустил пятерню в рыжеватые волосы, глядя на ноги Тиль. – Я не хочу, чтобы наш первый раз был таким: на мокрой гальке, да еще и под присмотром Ульриха!

Тиль все так же молча пошла к воде.

– Ты куда? – воскликнул сбитый с толку Ланс.

Тронув пальцами ноги воду, Тиль зашипела от холода, но все же пошла вперед – к столбику, который привлек ее внимание.

– Матильда, что ты делаешь? – крикнул с берега колдун, и Тиль невольно улыбнулась, услышав растерянность в его голосе.

Вымеряя каждый шаг, чтобы не поскользнуться на камнях, поросших склизкими водорослями, она медленно приблизилась к столбику. Его нижняя часть, скрытая под водой, обросла зеленой бородой, колышущейся в такт волнам, и наростом мелких ракушек. Стайка крохотных красноперых рыбок рассыпалась искрами вокруг коленей Тиль. Протянув руку, она провела пальцем по поверхности столба, повторяя рисунок петли. Сковырнув ногтем присохшие водоросли, обнаружила второй лепесток.

– Матильда! – Голос колдуна прозвучал неожиданно близко, так что Тиль дернулась и едва не упала, но Ланс схватил ее за руку. – Ты что творишь, а? – сердито спросил он, стоя в шаге от нее в оранжевых трусах и кожаной куртке и даже не думая смущаться. – Что это тут? – заметил он выцарапанный рисунок. – Запирающий знак?

– Такой же был на крышке твоего гроба, – сказала Тиль.

– Ничего особенного, – небрежно пожал плечами Ланс, но его брови сошлись на переносице. – Такой знак многие используют – защита от темных духов и колдовства. Пошли на берег, а то я уже пальцев ног не чувствую.

Он вывел ее на сушу, придерживая под локоть, и Тиль сразу накинула плащ, пытаясь хоть немного согреться. Вытащив колготки, спрятанные в сапоге, сунула их в карман – надевать на глазах у колдуна не хотелось. Тот, приглушенно ругаясь, пытался натянуть джинсы на мокрые ноги, скользя на гальке, но, чертыхнувшись в очередной раз, отпустил джинсы и пробормотал заклятье, от которого рыжеватые волосы на ногах тотчас высохли и встопорщились.

– Что‑то не так, – сказала Тиль, внимательно рассматривая берег. – Но я не понимаю – что именно.

– Вместе мы во всем разберемся, – пообещал колдун, натягивая джинсы.

Городишко, приютившийся на острове, медленно умирал: заколоченные окна, словно закрытые глаза мертвеца, черная плесень, ползущая по стенам, сложенным из грубого серого камня. Плоские крыши, как ступени на холме, поднимались к старому замку, от которого остались лишь неопрятная груда камней да стертая полоска бывшей крепостной стены.

Дорога провела их по окраине городка мимо ферм, где еще была жизнь: обшарпанный трактор тарахтел по полю, оставляя за собой рыхлую черную гусеницу земли, суровая тетка с граблями, убиравшая прошлогоднюю траву, с трудом разогнулась и осуждающе посмотрела на блестящий кабриолет.

Либеморт. Старое название с отголосками древнего языка. Когда‑то у городка были славные времена, но они давно прошли. Пансион обнаружился в километре от города, отделенный от него редкой рощицей, а потом и высокой каменной стеной.

– Интересно, – протянул Ланс, остановившись перед массивными коваными воротами со старинным гербом, в котором угадывались волчьи морды, вытянутые вверх, и розы.

– Как раз в ограде я не вижу ничего странного, – возразила Тиль. – В пансионе обучаются пятьдесят шесть девочек, вполне понятно желание администрации сделать их пребывание безопасным. Мало ли кто тут шатается.

– Да ну, брось, – отмахнулся Ланс. – Наверняка стены ограждают не столько от вторжения снаружи, сколько от побега изнутри. Вот ты никогда не сбегала с уроков?

– Ты задаешь слишком много вопросов.

– Но не получаю на них ответов, – вздохнул Ланс, но потом вдруг хитро улыбнулся. – Знаешь, прочитав парочку книг, я понял, что профессия моей мечты – это ректор. Так что, возможно, в этом месте начнется моя преподавательская карьера. Властный мужчина в расцвете сил в цветнике невинных дев…

– Давай сначала выполним задание ковена, а уж потом ты станешь воплощать свои влажные фантазии.

– О, у меня их полно. За сотню лет я придумал даже несколько новых способов…

– Я не хочу ничего слышать об этом, – перебила его Матильда. – У нас есть план?

– Да какой план, – пожал плечами Ланс. – Может, рыбный дождь – всего лишь случайность. Разовое искажение потоков энергии.

– Значит, первым делом мы должны выяснить, было ли еще что‑то странное. – Тиль достала из сумочки блокнот и ручку.

– Ты что, составляешь список? – удивился Ланс.

– Это первый пункт, – кивнула Тиль. – Второй – определить, нет ли среди учащихся невыявленной магички. В период полового созревания девушка‑маг может натворить бед, сама того не желая.

– Стабилизация энергетических крыльев обычно происходит после первого полового акта, – согласился Ланс. – В принципе… сколько там этих девушек?

Тиль закатила глаза, делая пометки в блокноте.

– Что ты имеешь в виду под этим вот выражением лица? – спросил Ланс.

– Это осуждение и сарказм, – пояснила Тиль. – К тому же… – Она улыбнулась и издевательски умильным голосом добавила: – Первый раз должен быть особенным…

Она сложила из ладошек сердечко, мечтательно вздохнула. Ланс сердито посмотрел на нее, но потом хмыкнул.

– Вернемся к плану, – сказала Тиль. – Пункт три – преподавательский коллектив. Вряд ли взрослый маг мог остаться незамеченным ковеном, но мало ли. Пункт четыре – исследовать местное кладбище на предмет осквернения захоронений.

Ланс страдальчески поморщился.

– Если тебе тяжело смотреть на могилки, это сделаем мы с Ульрихом, – предложила Тиль.

– Напиши в свой списочек пункт номер ноль – куда девать тролля?

– Как ты понял, что он тролль? – насторожилась Матильда.

– Речной, – уточнил Ланс. – Редкий вид. Обитает под мостами, питается рыбой. Волосяной покров отсутствует, на пальцах рук и ног перепонки, белки глаз с оливковым оттенком. Не сложно догадаться. Можно попытаться устроить его сторожем в пансион, но честно скажу, его рожа не вызывает доверия и симпатии. Я бы такого к девочкам не подпустил.

– Ульрих очень добрый! – вспыхнула Тиль. – Ты представляешь куда большую угрозу для девочек!

– Но они‑то этого не знают, – ухмыльнулся Ланс. – Еще один пункт забыла – сделать из тебя девушку‑подростка. По нашей легенде тебе семнадцать, а я – заботливый дядюшка, получивший опекунство после трагической гибели твоих родителей.

– Вот скорее это вызовет сомнения, – пробурчала Матильда. – Такому как ты никто в здравом уме не доверил бы ребенка.

Ланс потянулся к бардачку и, вынув оттуда замшевый футляр, протянул его Тиль.

– И что, в них какая‑то магия? – не поняла она, вынув из футляра очки с розовыми стеклами. Покрутила их в руках, поднесла к глазам. – Я ничего не чувствую.

– В них – розовые стекла, – усмехнулся Ланс. Он взял очки из рук Матильды и аккуратно нацепил их ей на нос. – Спрячем вековую мудрость твоих синих глаз.

Поправил светлую прядь, зацепившуюся за дужку очков, а потом вовсе сгреб все ее волосы в хвост.

– А вот так ты выглядишь совсем девчонкой, – сказал довольно, – несмотря на то, что тебе уже… сколько там ты говорила?

– Я не говорила, – улыбнулась Тиль и дернула головой, высвобождая волосы. – И что, это вся твоя маскировка? Розовые очки?

– Люди видят то, что им показывают, – пожал плечами Ланс и, выйдя из машины, подошел к воротам. – Внимание цепляется за детали.

Нажав кнопку у ворот, колдун поднял голову, глядя в камеру и старательно делая честное лицо.

– Ланс Крев, преподаватель словесности, – представился он, когда динамики ожили и зашипели. – Со мной моя племянница Матильда и личный помощник. К тому же, – тихо добавил он в сторону, – меня не смогут не взять на работу. Ментальное вмешательство делал сам Рем, а перед ним сложно устоять.

Ворота с протяжным скрипом медленно открылись, и Тиль нахмурилась, снова почувствовав неясную тревогу.

Колеса машины зашуршали по дороге, усыпанной гравием, мимо слегка пожелтевших после зимы туй. Справа Тиль приметила стадион, зеленеющий уже пробившейся травой, слева тихо вздыхал старый яблоневый сад. За кряжистыми стволами мелькнула чья‑то тень, и Матильда успела выхватить взглядом клетчатую юбку, вспыхнувшую красным на фоне серой стены.

Тут еще и форма есть? Ланс будет в восторге. Тиль обернулась, пытаясь рассмотреть девочку, но та как сквозь землю провалилась.