Ольга Ярмакова – Всё начинается утром (страница 9)
Именно одним из этих несчастных детей сейчас себя ощущала Элен, идущая на зов, может именно такой конец был той мрачной истории, дожившей и долетевшей через века, и бедняг проглотила червоточина. Как знать.
Пятно волновалось и ликовало в буквальном смысле: огромные волны пробегали по черной глади, и, падая на край своих берегов, жадно тянулись тысячами щупалец к околдованной жертве. Девушка подошла совсем близко, в метре от ее ног чернела ползущая рука червоточины.
Крышу купола вдруг пробила огромная невыносимо яркая молния и уйдя в центр черного пятна, оставила за собой дождь из стеклянных осколков. Ветер ворвался внутрь корабля, задувая все светильники и погружая все во тьму. Каким-то чудом вслед за ветром сквозь черные дождевые тучи высвободилась Луна и в тот же миг сквозь разбитый купол осветила внутренность судна. Под теплым желтым лунным светом червоточина забурлила и закипела, но все равно тянулась к девушке. Тысячи искореженных злобой голосов сливались в один безумный черный ядовитый вихрь.
– Нет! Ты моя! Не отдам! – Черное щупальце резко метнулось из клокотавшей ямы и, обвив тонкую шею девушки, сжалось, утягивая ее в свое нутро. – Она моя! Уйди! Сгинь! Здесь всё моё, моё! Она моё!
Ледяное скользкое щупальце до крови вонзилось в кожу, перекрыв последние остатки воздуха. Лицо Элен побагровело, жилы на висках и скулах вздулись, а рот исказила судорога, слезы боли выступили на глазах. Последними остатками сил она упиралась ногами в уступ, последнюю черту меж ней и червоточиной. Еще шаг и она упадет туда, увязнет, утонет в живой тине.
Щупальце сдавило еще сильнее горло и резко дернуло пленницу в свою сторону. Устояв на носочках, девушка сквозь пелену слез и боли заглянула в самый центр, самую суть черноты и все страхи, что когда-то таились внутри нее, ожили и теперь лезли со дна, которое было похоже на бесконечную воронку с множеством торчащих, словно колья, клыков.
И сверху раздался голос, тот самый, что оберегал и спасал Элен уже дважды:
– Отпусти ее!
Произошло невероятное, щупальце тотчас потеряло всю силу и мощь и, отпустив шею несчастной пленницы, быстро вобралось обратно в общую массу.
– Элен, дитя, дай мне руки свои и не бойся. – Свет усилился, его можно было ощущать, им можно было наслаждаться, а голос продолжил. – Тебе пора дальше. Твое пребывание здесь закончено и другие миры ждут. Пора, следуй за мной.
Голос перешел от слов в пение, и чернота стала отходить и съеживаться, уменьшаясь в объемах. Девушка вытянула вверх руки и смотрела на лунный диск, завораживающий и согревающий своим светом. Голос был знаком и приятен, ощущение покоя разлилось по телу Элен, и она улыбнулась.
Люди, бродившие в потемках обмякли и попадали, их души теперь были свободны, а тела мертвы, как и должно было быть давным-давно. Червоточина же, издав дикий крик, взорвалась и испарилась под действием лунного света.
Корабль был очищен и свободен, как и души его экипажа, эта мысль радовала и добавляла грусть в случившееся событие.
Девушка почувствовала, как ее ноги оторвались от пола, и она начинает подниматься вверх к куполу, луч света ее вытягивал из корабля, некогда проклятого, но теперь свободного, который теперь стремительно тонул. Взглянув вниз, Элен увидела потоки морской воды, устремившейся в огромную пробоину на месте червоточины. Как и говорил монах, корабль был обречен утонуть. Но девушку это уже не волновало, она летела в ярком лунном потоке, а скорость все увеличивалась и нарастала, и в ушах ветер ревел мощным мотором. Глаза болели от слепящего света и сильного потока ветра, и она их закрыла, а когда свет утих, осмелилась приоткрыть глаза.
Она даже не успела удивиться. Элен сидела в машине, мчавшейся на бешеной скорости, и звук мощного двигателя заглушал все вокруг.
***
– Доброе утро, Ребекка. Ты с ночной смены? Смотрю совсем замученная.
– Здорово, Кларк, не то слово. Глаза слипаются, нет мочи совсем. Перед глазами подушка с теплым одеялом маячат. Да и «проблемная» еще на мою голову.
– Кто у тебя в отделении?
– Да девушка молоденькая. Авария, наезд на людей в зоне остановки. Ей досталось больше всех. Чудо уже то, что она отделалась в основном черепно-мозговой. Правда, в коме бедняга. Мать вот почти не отходит, с сестрой дежурят.
– Ну, таких много у нас и каждый день. Так в чем ее «проблема»?
– Понимаешь, Кларк, вроде все в норме. Лежит себе под капельницей, есть не просит. Не смейся. Дело, знаешь ли, такое. Не могу подобрать слова, но вот оборудование у нее уже несколько раз переставало работать. Какие-то странные сбои, а ведь мы его получили пару месяцев назад. Совсем новое!
– Мало ли, все бывает, Беки, новое часто выходит из строя в начале эксплуатации, пока настроится и подстроиться под пациентов. Не думай об этом.
– Эх, Кларк, смешно тебе это, да знаю я это прекрасно и без тебя. Но не с такой же частотой! Я еще такого не видела, чтобы дважды за сутки.
– Не думай об этом. Обычный сбой и не более. Жива же твоя пациентка и ничего ей не будет. Иди домой и выспись, как следует. За ней присмотрит, Стив.
– Да, ты прав, удачной смены, Кларк.
СТРАННЫЙ НЕЗНАКОМЕЦ
Элен сидела на заднем сидении просторной широкой машины в компании молодых людей, которых видела впервые в жизни, но они ее отчего-то знали даже очень хорошо и звали ее по имени, и вели себя так, словно она давным-давно была их подругой. Это было похоже на оживший стоп-кадр, до которого она ничего не помнила, но все было натурально и естественно. Девушка не стала нарушать идиллию, царившую в автомобиле отрицанием знакомства, а решив расслабиться после столь неприятных пережитых испытаний, отдалась скорости и положительному настрою, буквально переполнявшему салон авто.
«Слава Богу, кошмар прошел, жуткий сон и только. А вот это – приятное продолжение, и ребята милые и так похожи на мою веселую компашку. Интересно, а моим друзьям снится такая же поездка с этими людьми? Проснусь и спрошу».
На заднем сидении с ней соседствовали две приятные девушки, блондинка и брюнетка, весело щебечущие и хихикающие, а на передних креслах расположились двое ребят. Тот, что сидел рядом с водителем, веснушчатый золотоволосый парнишка в синих джинсах и белой футболке, был явным заводилой и вовсю смешил компанию, забавно жестикулируя и сыпля перлами, а тот, что непосредственно сидел за рулем и управлял «отцовской колымагой», как он не раз ее называл, смеялся, вставляя время от времени свои остроумные комментарии, и был в черных джинсах и накинутой поверх майки зеленой рубашки. Водитель следил за дорогой, а также украдкой за девушками в зеркало заднего вида, отводя пронзительно голубые глаза от случайно пойманного на себе взгляда, и рассеяно ерошил пепельную копну волос, спускавшуюся на глаза.
Девушке эта милая компания очень живо напомнила ее университетских друзей, с которыми она дружила с самого начала обучения и проводила постоянно время. В ходе беседы Элен узнала имена своих знакомцев: девушки, Кэти и Мэг, были похожи на ее милых подружек-близняшек Рэйчел и Рут, а ребята, Майкл и Ник, на весельчака Билла и скромнягу Шона.
Вся компания пестрела яркими сочными красками хиппи, на девушках были цветастые длинные юбки и не менее живописные топы, длинные волосы их были свободны и рея в силовом потоке ветра, пронизывающего салон машины сквозь приоткрытые окна, переплетались кончиками меж собой, внося особую ноту простора угольно-белого колора. На Элен тоже была длинная юбка свободного покроя с ярким, прямо-таки кричащим, принтом из крупных цветов, на ногах были одеты легкие из плетеной кожи босоножки, а тело прикрывала воздушная белая блуза из полупрозрачного хлопка, заправленная с небольшим напуском в юбку. На руках у всех девушек красовались яркие плетеные из ниток браслеты, словно маленькие кусочки радуги. Настроение у компании было лучше некуда, и в дальнейшем день обещал только самое хорошее.
За пределами машины приветливо светило утреннее солнце, свежий ветер, обдувая в приспущенные окна, приятно бодрил. Машина ехала по узкой набережной улочке тихого города, который обликом напомнил Элен Амстердам, виденный ею на фотографиях подруги, жившей год назад в сем городе по обмену студентами, а также нахлынули воспоминания, почерпнутые из просмотров познавательных фильмов канала National Geographic Channel. Но одно дело восторгаться красотами города, пялясь в голубой ящик, а другое дело, когда эти красоты можешь лицезреть на расстоянии вытянутой руки.
По левую сторону узкой дороги, являвшейся одновременно и набережной, с плотно прилегавшими к ней домами тянулся водный канал с множеством перекинутых через него каменных мостков. Водная гладь реки чернела безмятежным спокойствием, и лишь изредка проходила по воде мелкая рябь от проносившегося порыва ветра. По правую сторону проезжей части вытягивались узкие трех-четырех этажные дома, выкрашенные в приглушенные оттенки различной палитры и соседствовавшие вплотную друг к другу.