Ольга Янышева – Попаданки рулят! (страница 13)
Меня разместили в домике садовника со всеми удобствами. Конечно, всё выглядело простенько, можно даже сказать бедновато, но с душой и семейным уютом, которого даже у моей любимой мамы не особо наблюдалось, учитывая её три работы и постоянную занятость. Прокормить двоих дочерей без мужа и другой какой опоры достаточно нелегко. Чистота и банальные оборочки на окнах – их существование не на втором, не на третьем и даже не на четвёртом месте вечного списка забот!
Скай Дафния укладывала в соседней комнате, где была их с Юлием спальня, поэтому я валялась на мягкой перине полуторной кровати после принятия небольшой ванны, установленной здесь же, и кайфовала, спокойно перелистывая страницу за страницей, погружаясь в мир Панарии.
Несмотря на внешнее спокойствие и некое послабление миссии (спасибо жене садовника!), что-то на подкорке головного мозга не давало мне окончательно успокоиться. «Что?» – я не могла определиться с ответом на этот вопрос, поэтому так тщательно прорабатывала весь вычитанный мною материал.
Солнце уже село, а я всё продолжала читать о трёх братьях полунагах-полудемонах, ипостась которых являла собой поистине гадкое описание. Насколько я могла судить из предыдущих моих знаний, таким же описанием обладал огромный рогатый змей из упоминаний, как ни странно Библии, в греческом тексте Ветхого Завета, Септуагинте.
«Откуда я это знаю?» – спросите вы меня.
Очень простой на это ответ – моя мама, та которая работала на разрыв, была популярным переводчиком санскрита. Её переводы разбирали, как горячие пирожки. Работы умной и красивой женщины покупали чуть ли не с боем. Собственно и продолжают покупать, ну да не суть.
Главное, что нам с Инной часто приходилось слушать не сказки на ночь, а вот такие вот удивительные истории, убивавшие сразу двух зайцев – и нас усыпляли, и мама работу свою доделывала в процессе воспитания двух дочерей-погодок. Думаю, теперь понятно, почему я выбрала профессию флориста, а не интеллектуальное насилие над мозгом, которое, спустя годы, отучило женщину отдыхать?!
Но… речь не о моём семейном наследии… исходя из перевода с иврита на древнегреческий язык: Василиск – это никакой не змей, убивающий своим взглядом. Это «летучий дракон»!
Именно такое определение даётся ахурам в книге герцога, в то время как «тахуры» – это чешуйчатые драконы, не имеющие крыльев.
Короче, погружаясь в чтение всё глубже, я уже скучала по обычным варварам-мужчинам, изначально представшим передо мной в таком простом свете.
«Благо, ахуры не обращаются по поводу и без…» – заключила с мрачным удовлетворением, дочитывая последнюю страницу легенды, где объяснялся переход трёх братьев и их войска, которых попросту отец-наг изгнал из Панарии за то, что они, молодые дурашки, отравили его беременную наложницу по просьбе матери… той ещё демоницы.
– В общем, «Санта-Барбара» нервно курит! – заключила я, захлопывая книгу, переворачиваясь на спину, не понимая, что меня продолжает нервировать.
Стала мысленно прорабатывать весь сегодняшний день, вспоминая его по деталям.
«Что не даёт мне покоя?!» – часы на бежевой стене бревенчатого дома показывали уже за полночь, я практически уснула, продолжая пребывать во власти тревоги, когда меня пробил холодный пот:
Подскочив на перине, испуганно заозиралась.
– Чёрт! Вот же задница! Он знает, что я – это я! Только вид сделал, что поверил! Не зря я насторожилась, когда он ко мне принюхивался! Мляяя… – застонала, упав на подушки, разговаривая сама с собой. – Конечно! Видимо для таких как он мужчины и женщины отличаются по запаху… да что там говорить!? Они даже для меня, простой землянки, отличаются! А, учитывая, что я попала сюда не одна, а с годовалым ребёнком – все ниточки сошлись! – мрачно завернувшись в одеяло прикрыла глаза, наконец, успокаиваясь.
Одного я не понимала: почему Ратмир Савойский решил оставить всё, как есть?! Не стал в открытую рушить маскировку? Решил поиграть со мной, как с мышкой? Или боится возможностей дарксанок?! Так я – не они. У меня нет второй формы, я не становлюсь рогатой зеленоватой нимфой… меня не слушаются шабу или стражи леса – дикие псы-оборотни. Меня, в конце концов, перетянул из другого мира мудан! Простой куст!
– Главное, чтобы этого никто не узнал… по крайней мере, пока я не надумаю вернуться обратно. А я надумаю! Нечего мне здесь делать – в мире, где существуют драконы-василиски, полудемоны и остальные кракозябры, по сравнению с которыми наша чупакабра – пушистая няшка!
Эти формы иномирян тахур я ещё не видела и желанием не горела видеть в принципе. У меня без того живое воображение подбрасывало разные варианты их ипостаси… и, честно, получались они не в очень радужном цвете. Скажем так, то что вырисовывалось, я бы гладить не стала!
С такими тяжёлыми, разрозненными поведением герцога мыслями я заснула почти под утро.
Казалось только веки сомкнула, как меня кто-то тронул за плечо, тихо зовя:
– Юлий… Юлий, просыпайся.
Распахнув глаза, часто заморгала:
– Что? Куда?
– Работать. Ночная фрейя скоро сомкнёт бутоны… а нам надо проверить весь участок с ней. Меня не было почти неделю… боюсь, чтобы каких жучков в моё отсутствие не завелось.
«Каких ещё жучков?!» – так и хотелось спросить, прежде чем завалиться обратно на перину, которая мне понравилась намного больше моего жёсткого углового дивана со смешным поролоном вместо матраца.
Однако ничего такого я не сделала. Молча кивнула. Встала с кровати, не стесняясь своего юношеского торса, и оделась, шустро запрыгивая в широкие штаны.
Всё-таки жилка флориста переборола сонливость, да и моя меркантильная причина, из-за которой я до сих пор не обратилась к мудану с просьбой переноса на родную землю, подталкивала меня к работе. В конце концов, я вчера строила планы по завоеванию нескольких страниц Красной Книги.
«Некогда спать! Надо работать! А Савойский… решил поиграть, пусть забавляется. Пока его мотивы мне непонятны, но я не дурочка из переулочка! Не собираюсь убегать, поджав хвост, тем более, что у меня его нет! Ещё посмотрим, кто в этой игре выйдет кошкой!» – усмехнувшись себе под нос, накинула на рубашку кафтан и вышла вслед за садовником, начавшим свою первую лекцию.
Глава 14
Слушать садовника – сплошное удовольствие!
Клумбы красных беркасс, похожих на розы, только без шипов и колючек, жёлтых сариний, своими бутонами напоминающими лотос, фиолетовые кастрии, чёрные квартонии… да-да! Чёрные! И ранним утром они, как и то диво-дивное, на котором мы выискивали жучков полтора часа, квартонии не просто медленно смыкали свои лепестки, но и прятались глубоко под землю, обещая выйти наружу лишь в сумерках.
Я была настолько потрясена новыми растениями, что хоть сейчас была готова доставать пакет и пихать в него корни или луковички диковинных цветов! Только незнание, как ухаживать за растениями, меня и останавливало!
– … а здесь растёт ветвистая зерника… красоты никакой, но Клара просила. Из листочков этого кустарника бесподобный чай получается!!! Мммм! И от бессонницы, и от головной боли… Если у мужчины какие проблемы с этим делом, – дед заиграл бровями, добиваясь моего понимания, – так отвар из зерники – лучшее средство!
– Ааа… – не сдержала я любопытства, осторожно поглаживая растеньице, даже не собираясь смущаться. А чего!? Это ж золотая жила! – Какие побочные эффекты есть? Ну… – вот теперь я смутилась, когда Юлий глянул на меня по-новому, подозрительно. – Может, сыпь какая… или живот крутит?
– Ничего нет. Просто хочется… эээ, – старичок замялся. – Слушай! А ведь точно! Сонливость после бурных ночей с женщиной – это же побочный эффект.
– Нууу… смотря сколько ночей эта бурность насчитывает.
Дед захохотал.
– Ох, малец! И то правду говоришь! Чай неделю не спать, пихая… эээ… ДАЛЬШЕ у меня посажен мудан.
Дед засмущался так сильно, что краснота выступила сквозь его редкие седины.
Натянув на себя шляпу, старичок показал в сторону кустов цветущего пиона, который тут рос в огромном количестве, хотя выглядел не так красиво, как в лесу Вардос.
Я замерла на месте.
– Это священное существо Даркса… лесные ведьмы поклоняются мудану с незапамятных времён. Говорят, они сами появились из него… типа наших детей… которых в капусте находят, – садовник хохотнул, подмигнув, – только дарксан в мудане.
Клянусь, я почувствовала, как растение проявляет недовольство. Будто ему шутка старика не пришлась по вкусу.
Это было странным, потому что к советам эмпатии я никогда не прислушивалась.
Сделав пару шагов от растения, нахмурилась:
– А сами люди давно здесь живут?
– О чём ты? – не понял дед.
– Ну… типа: Мир – Даркс, ведьмы и их мужья – дарксане, а простые люди, как бы ни при делах…
– Простые люди всегда «не при делах», – фыркнул мужичок, продолжая свой путь, выруливая из лабиринта живой изгороди к конюшне, на лавочке которой хохотало пятеро мужиков. – Тем не менее – этот мир наш! А дарксане – всего лишь жрецы. Наше дело: верить или нет. И никто нас насильно не вынудит! Хватит этой магии. Намагичили уже… 200 лет назад… Теперь вот разгребаем мы! А жрецы, похватав свои семьи, трусливо спрятались в лесах Пресветлого! – на лице Юлия впервые проскочила злость и обида. Такую дети впитывают с молоком матери…