Ольга Янышева – Букет невесты (страница 62)
Мастер Норд сделал глубокий вдох.
Со всех сторон грянули аплодисменты.
Я вздрогнула от неожиданности, переключаясь на реальность.
А Салазар продолжал на меня смотреть.
«Я — стена! Я — монолит!» — впившись ногтями в ладони, поморщилась. — Кажется, перестаралась…»
Капелька крови упала рядом с ножкой стула.
Шумный вздох Кира, и мужчина протянул мне белоснежный платок, огибая фигурку Джассан, сидящей между нами.
«Ох, уж эти ампиры… — благодарно кивнув, незаметно вытерла руку. — Маги не должны бы заметить моей оказии».
И действительно, министры перешли к голосованию, которое открыл правитель Салазар, уже не дырявящий во мне лишние входные отверстия.
Через двадцать минут горячих споров большинство, а именно девяносто семь процентов, проголосовали за признание новой расы. Все принялись поздравлять ректора Маккея.
Следующим этапом было собрание государств, но туда меня уж точно никто не позовёт.
Я хотела отойти немного в сторону, чтобы не мешать ликующим учёным мужам, но Джассан ухватилась за рукав моего платья, не отпуская ни на шаг.
Так и вышли в широкие коридоры дворца, точно сиамские близнецы.
— Алетра…
— Я впечатлён…
Как только услышала за спиной голос правителя, резко обернулась и присела, пытаясь сотворить нечто похожее на книксен.
— Баронесса Джером, — Салазар кивком головы приказал выпрямиться, — вы умеете удивлять.
— Я не устаю говорить ей то же самое, — Кир открыто улыбнулся, не замечая удивления на лице старшего брата. Видимо, не часто вампир баловал семью своими эмоциями.
— Охотно верю, — задумчиво протянул правитель, движением руки приглашая выйти всех на открытую террасу, раскинувшуюся со стороны окон и дверей, которые друг от друга не так-то просто и отличить из-за размеров и форм.
На террасе для нас был накрыт длинный стол. Гуляющие по парку дамы в красивых платьях, завидев нас, быстро зашагали к столу. Это смотрелось немного комично.
— Лера Джером, — продолжил Салазар Авилский, как только я вышла следом за ним и Киром, — ваша удивительная осведомлённость касательно речи целителя Норда доказывает то, что вы занимаете не последнее место в исследованиях. Признаюсь честно, я до конца поверить не мог, что юная первокурсница и идейный вдохновитель экспериментального изучения «укушенных» — одно и то же лицо. Уникальная для вашего возраста наблюдательность.
Я кивнула, не зная, как реагировать на признание Салазара в чтении моих мыслей.
— Но покоя мне не даёт другое. Как у вас получилось закрыться от меня?
«Фух! Видимо, кровушка опять сделала своё дело! Где бы ты ни была, спасибо, Верин, за магию крови».
Кир нахмурился и недовольно поджал губы.
— Салазар? — тихий шёпот вампира не привлекал к нам внимание отмечающих открытие в науке учёных и министров с их дамами. — Ты применил к моей студентке ментал? Это запрещено законом!
— Я — закон, — спокойно отмахнулся правитель, одаривая меня ещё одним прищуром. — Не злись. К тому же, у меня всё равно ничего не получилось. Твоя адептка закрылась почти сразу.
— Магия крови, — выдохнул вампир, подтверждая мои мысли. — У магов крови невозможно читать мысли… если только они сами этого не пожелают.
— Я так и понял, — правитель важно расправил плечи. — Отличное усиления рода. Мне доложили, что ты сделал баронессе Джером предложение… — напряжение сковало и меня, и вампира. — И что же ответила дама?
А дама была недовольна по самые… гланды.
«Это что ещё за поворот!? Обязательно надо было привлекать своего братца?»
Но, судя по выражению лица Кира, правителя привлек кто угодно, только не Маккей.
— Салазар…
— Я только хочу поторопить твою адептку, Кир. Не надо на меня шипеть. Стражники нервничают. Девушка должна знать, что предложение от принца, пусть и не наследного — это не шутки. Можно сказать, что выбор мужчин из семьи правителя согласия дамы не требует.
Я стиснула челюсти, сдерживая злость.
— Видимо, поэтому мой отец счёл возможным использование артефакта принуждения?
Мой вопрос Салазару не понравился.
Правитель поморщился.
— Не стоит утрировать. Я лишь говорю о том, что предложение принца льстит любой женщине. Каждая хочет стать принцессой. Разве нет?
Радуясь, что мы стоим на краю террасы, и наше «милое» сватовство никто из приглашённых правителем не слышит, зафиксировала на лице каменное выражение.
«Совсем не мудро будет огрызаться… не с булочницей разговариваю. На кону кое-что поважнее свежести пряников!»
Склонив голову, осторожно заметила:
— Чтобы ответить на ваш вопрос, правитель, необходимо опросить каждую женщину, проживающую в Авиле… и боюсь, ответы некоторых из них вам могут не понравиться.
Салазар фыркнул.
— Возможно. Но мне и брату нужен ответ только от тебя.
«Блин, бесит! Как-то не рассчитывала я, что моя только-только возникшая симпатия-влюблённость будет подвергаться атаке ушлого высокомерия братца Кира, сейчас напоминающего своими вопросами селекционера! Фу!»
А Салазар никак уняться не мог, будто не замечал, что Кир сейчас взорвётся от негодования. Вампир даже немного сдвинулся в мою сторону, будто хотел закрыть от старшего брата. В последнюю секунду остановил порыв, но не замеченным не остался.
— Смотри сама. Ты не безразлична Киру…
«Хотелось бы услышать это от него самого, а не от тебя, умник!»
— … не имеет смысла тянуть с принятием оказанной тебе чести. — Салазар надменно задрал нос, сейчас очень походя на своего сына, который безрезультатно принял участие в моих торгах в «Соблазне».
«Так бы и врезала!»
— Достаточно, — кровожадно проскрипел белоснежными зубами Маккей, вызывая у меня жалость к несчастной эмали. — Ещё слово, Салазар…
— Она должна понимать, от чего отказывается, — недовольно проворчал правитель, махнув рукой в сторону стражей, которые решили сократить расстояние между собой и объектом своих наблюдений. — Уже завтра утром на роль твоей будущей жены образуется целая колонна одарённых аристократок самых древних родов! — Возмущение владыки Авильской империи вырвалось на свободу. — И у них даже спрашивать не надо — все, как одна, будут прыгать до потолка, только дай намёк на… да на что угодно! Даже простую близость! А она тут носом воротит… чего-то ждёт! Чего ты ждёшь, Джером?
Наглость правителя допекла меня до печёнок, но я не проронила ни слова, глотая ярость.
«Козёл…»
Глава 47. Нападение
Наглость правителя допекла меня до печёнок, но я не проронила ни слова, глотая ярость.
«Козёл…»
— Я сказал: хватит! — Кир моим терпением не обладал.
Что-то громко бахнуло за спиной.
Женщины у столов завизжали.
Я крутнулась, боясь, что моя ярость нашла иной выход.
Но к происходящему мои эмоции точно были не причастны.
Прямо в центре парковой зоны дворца расцвёл огромный розовый цветок… такой огромный, что в него поместился бы мамонт!
Яркие лучи ударили изнутри цветка, и лепестки раскрылись, являя своё «содержимое».