Ольга Волкова – Проданная Дьяволу (страница 3)

– Успокойся. Аврора…

– Не произноси ее имени в доме своего отца! – заревел Виталий, хватаясь за голову. Он недоумевал, как я смел вообще припереть дочь того, кто оказал огромное влияние на нашу семью.

– С тобой бессмысленно разговаривать. Ты не в себе, – зло рявкнул на брата, затем развернулся и пошел к своему кабинету, где прямо сейчас меня ждал мой постоянный поставщик и верный друг. Но Виталию не понравился мой игнор, и он одернул меня за локоть. Ему не следовало вообще трогать меня, и потому сорвавшись, я схватил его за глотку и со всей дури впечатал в бетонную стену. Глухой удар его головы о неё мгновенно успокоил взъерошенного брата. Виталий не сопротивлялся, подняв ладони вверх. Конечно, со мной бесполезно тягаться, и он об этом прекрасно знал, как никто другой.

– Брат, – захрипел он, щурясь от боли. – Я только добра тебе желаю. Марат…

Перед глазами все поплыло, и я совершенно не отдавал отчета своим действиям. Я сжимал его глотку, пока Виталий бился в конвульсиях от нехватки кислорода. Тяжело задышав, я сам закрыл глаза и постарался перебороть в себе жестокость, вмиг проснувшуюся из-за того, что воспоминания, как свежая рана, постоянно вскрывались. Они походили на щупальцы, которые окутывали мой разум и сеяли лишь гнев, порождая ярость.

Я ослабил хватку на шее брата, и тот отскочил от меня на несколько шагов. Перед моими глазами красовалось красное пятно на стене. Его кровь. Виталий растирал гортань, избавляя от боли, а затем завел руку за голову и прикоснулся к своему затылку. Ужаснулся, увидев на пальцах кровь и снова уставился на меня:

– Ну ты и псих гребанный, – хрипло сказал он.

– Сам виноват, – рявкнул на него в ответ.

– Эта девчонка только появилась тут, а ты уже не в себе. Уверен, ее отец уже всех на уши поднял, и когда он узнает, что она у тебя…, – брат замотал головой, – блядь, Марат, очнись, что ты творишь?! – Виталий вновь завелся. Я резко метнул головой в его сторону, затем поднял свои глаза и пристально уставился.

– Не нарывайся, – с угрозой в своем тоне, предупредил брата. – Сам разберусь. Не смей совать свой нос в мои дела. Кажется, я дал тебе задание, если его мало – займись поставкой.

– Нет, не мало. Поставками сам занимайся. Вы с отцом лучше всего разбираетесь в тонкостях делового общения с партнерами, – Виталий дал заднюю. Так было постоянно, стоило мне носом ткнуть брата в очевидное. Но, сука, он никогда не признавал своей истинной блядской сущности гниды. Я видел его насквозь, и ждал подвоха. Но из-за кровных уз не смел бросать на произвол судьбы, потому что он станет самой первой легкой добычей того, кто точит зуб на Дьяволинов.

– Тогда успокойся. Аврора под моим присмотром. Она не доставит нам проблем, – заверил брата, хотя сам сомневался в своих же словах. Мое каменное выражение лица стало своего рода печатью заверения, Виталий кивнул, а потом оставил меня наедине с самим собой. Тяжело выдохнув, я потер свою грудь, будто внутри нее распирало от невыносимой боли. Но я должен идти только вперед, потому что было достаточно тех дней, когда мой разум напрочь отказывался жить в реальном времени.

***

– Дьяволин, черт возьми! – Сафронов уже ждал меня в моем кабинете, когда я вошел. Мой лучший друг с детства. Единственный, кому я всегда буду доверять. Пожав друг другу руки, я пригласил его вновь присесть, а сам ушел на свое место за рабочим столом. Красный отполированный дуб искажал на своей поверхности лучи от лампы, и по мере моего приближения, волна блика трансформировалась. Обратив на это внимание, я задумался, что точно так же все происходило в наших жизнях: просто нужно всегда смотреть на ситуацию под разными углами, ведь через призму видны совершенно иные формы решения.

– Женька, рад видеть тебя, – улыбнувшись, сказал я. – Как отпуск? Помирился с женой? – я лукаво ухмыльнулся и подмигнул ему, напоминая об эпичной ссоре семьи Сафроновых. Анна закатила такой скандал, когда застукала нашу банду в стриптиз-клубе. Женька тогда обкурился, перестав отдавать отчета своим действиям. Танцовщица с пятым размером груди, трясла своими бидонами прямо перед его мордой, а в этот момент влетела в приват комнату его жена Анна.

Сафронов сам припомнил недавний случай, скрывая ухмылку.

– Помирился. На удивление, все прошло гладко.

– Что-то мало мне в это верится, – съязвил я.

– Мне что, яйца тебе показать?! – рассмеялся Сафронов, и демонстративно потянулся к упряжке ремня.

– Да верю я, что Анна тебя не лишила достоинства. По крайней мере до тех пор, пока ей ребенка не заделаешь, – как только слова слетели с языка, Женька скис. У них тема детей была болезненной. После нескольких случаев срыва беременностей у Анны, пара надумывала разойтись по разные стороны. Какая-то падла напела им, что несовместимы они. Бред собачий.

– Давай не будем, – сказал друг, и я кивнул.

– Так что там с поставкой? – теперь пришла пора рабочих моментов.

– Будет. Контейнер со дня на день разгрузят в порту. Море беспокойное на этой неделе, потому задержка в несколько дней.

– Уверен? Это не подстава? – засомневался я, в упор посмотрев на Сафронова. Он пожал плечами и развел руками.

– На все сто гарантии никогда не дам. Сам знаешь, местные отморозки тоже моржи просят. Я в этот раз заплатил не хилый взнос, чтобы нас пропустили вне очереди, – Женька был уверен в своей речи, затем он достал блокнот. Полистав до нужной записи, он вырвал листок и протянул мне его.

– Вот. Адрес, где будет разгрузка и номер контейнера.

– Замечательно.

– Обе машины последние в своем роде. Твоя коллекция пополняется, Марат, – без единой крупинки зависти сказал Женька.

– Да, – коротко ответил я. – Ради отца.

– Знаю.

– В какой-то из них будет ключ. В завещании он просил найти его, и тогда я все пойму.

– Твой отец любил приключения, – засмеялся он.

– Да. Несомненно. Ладно, Жень, мне пора.

– Ах, да, – протянул он, догадываясь о чем-то. – Я уже слышал о твоем приобретении. Поздравляю. Что намерен с ней делать? – любопытство Сафронова не имело границ. Он заторопился, придвинувшись на край кресла, словно вот-вот, и польется история из моих сучьих уст. Но я замотал головой, отказывая другу в каких-либо подробностях.

– Что намерен – уже сделал, остальное – бонус.

– Хм, загадочно, – вздернув правую густую бровь, Сафронов поднялся. – Главное, чтобы тебе было хорошо.

– Определенно.

ГЛАВА 4. Аврора

Латика не церемонилась со мной. Я сняла с себя туфли и трусики, затем выпрямилась перед женщиной. На моих завязанных руках висели лоскуты платья, разрезанных ею на две части.

– Почему вы не развяжите мне руки? – поинтересовалась я, и намеренно протянула их, чтобы Латика скорее избавила меня от веревки.

– Нет, – грубо и резко ответила она, затем схватила меня под локоть и повела к душевой. – Сначала вымоешься, потом развяжу. В комнате, – с ядовитой ухмылкой добавила Латика, подталкивая меня к кабинке. – Там Крах и мне будет намного спокойнее.

– Но эти лохмотья будут мешать, – возмутилась я, но сама повиновалась приказу женщины и залезла в душевую. Меня тут же облили холодной водой. От неожиданности, я вскрикнула: – Твою ж мать!

– Это тебе не курорт, но ладно, сделаю тебе праздник, – женщина повернула кран, и теперь мое тело постепенно привыкало к теплу. Я благодарно кивнула.

– Спасибо.

– Господин велел отмыть тебя. И не зря. Тот притон кишит разной живностью. Думаешь, ты первая такая тут? – она хохотнула, а мне было совершенно не смешно. Значит, этот мужчина имел большой опыт в подобных вещах – покупал себе игрушку по самой дорогой цене, а потом, наигравшись, избавлялся от нее, как от ненужной вещи. Ком в горле не давал мне спокойно дышать. Я старалась сглотнуть его, но подступившие слезы, душили меня еще сильнее. Латика направила струю воды мне в лицо, вновь оглушая внезапностью. Хмуро посмотрела на меня, когда я засопротивлялась, попытавшись спрятать лицо от удара воды.

– Хватит! – закричала я, повернувшись спиной к женщине. Отдышавшись, я быстро смахнула влажность с лица, замечая на ладонях краску туши. Перед аукционом, вызванные стилисты упаковали всех девушек в тряпье и косметику. Теперь все это дерьмо на моих ладонях. Меня всю затрясло. Никогда прежде я не использовала столько химии, а сегодня почувствовала себя дешевой проституткой, которая старательно пыталась продать свое тело. Я начала искать мыло или какую-нибудь жидкость – тот же шампунь. Мне было необходимо смыть с себя эту грязь. Избавиться от нее, как от воспоминаний. Раз и навсегда. Латика протянула кусок белого, душистого мыла, словно прочла мои мысли.

– Не переживай, это просто мыло. Вы, девчонки, все в панике смываете с себя косметику.

– Я чувствую себя шлюхой, – с хрипотцой в голосе, проговорила я. Зачем я вообще поделилась мыслями вслух, ведь этой женщине было на меня наплевать. Она пожала плечами, и снова направила струю теплой воды мне в лицо.

– Ай! Латика, ну зачем же так!

– Мойся! – женщина рявкнула на меня. Намокшая ткань мешала, но я абстрагировалась от реальности, желая скорее освободиться от того запаха, что въелся в меня за несколько недель проведенных в том притоне. От меня пахло сыростью, пусть всю меня облили духами, но волосы… они все равно сохранили тот зловонный аромат.