Ольга Волкова – Без лишних слов (страница 3)
– Я, – выразительно отвечает мне, вновь глядя прямо в глаза. Мгновенно охватывают искры и напряжение, что молнией пронзает каждую клеточку в теле, и, естественно, я слегка дернулась в объятиях Миши, на что Рейн еще сильнее прижал к себе, причиняя мне небольшую боль.
– Уйди с дороги, Борзый, – грубо обрывает Миша, ступив на шаг вперед, увлекая меня следом за ним. Но Федя даже не шелохнулся с места, продолжая перекрывать собой водительскую дверь машины.
– Она, – он указывает на меня, приподняв руку, – поедет со мной. – Безапелляционно заявляет, лишая нас двоих дара речи. Кажется, вокруг стоящие люди тоже затаили дыхания, почувствовав, что запахло жаренным. Затем Федя делает шаг вперед, встав прямо напротив Миши – глаза в глаза, практически касаясь лбами, не сводили с друг друга взгляда. Я отпрянула от мужчин, постепенно удаляясь на безопасное расстояние. Вся дрожу, понимая, что на нервной почве опять будет срыв, тем более, увидев спустя столько лет Борзого, внутри будто тумблер щелкнул, и я вернулась в прошлое. В глазах слегка помутнело, и тряхнув головой, я оглянулась вокруг, решая, что мне делать дальше. Рядом с ними я не могла находиться, и пользуясь таким моментом, рванула в противоположную сторону стоянки, где находилась моя легковушка.
– Варя! – заорал Миша, а я, не оглядываясь, мчалась прочь от них двоих.
На ходу вынула ключи из кармана спортивных штанов, затем дрожащими руками нажала на разблокировку. Автомобиль пискнул, оповестив всю стоянку громким звуком сигнализации. Я не хотела знать, что между ними произойдет. Но явное столкновение не сулило приятного. Выразительный взгляд Борзого стоит перед глазами, как и тогда – в наш последний раз, когда он провожал меня на крыльце своего дома. Будто история вновь повторяется, только теперь на кону уже другие ценности в жизни. Быстро села за руль, заводя мотор. Краем глаза заметила, что Миша рванул за мной, а Феди уже след простыл. Может, и вправду привиделось? От переизбытка сегодняшних впечатлений и нагруженных дней в течение нескольких дней могла тронуться умом, и сознание вскрыло старые воспоминания, напоминая мне о прошлом разрыве. Но затем раздался характерный, рычащий звук мотора мотоцикла, и я метнула взглядом чуть в сторону, где увидела Федю, сидящем на своем байке.
– Варя, выйди из машины, сейчас же! – в приказном тоне, Рейн ударил ладонью по капоту моей машины, затем наставил свой указательный палец на меня. Я передернулась, испугавшись его резкого голоса. – Только посмей! – угрожает мне, на скулах лица отчётливо заиграли желваки. Взгляд озверевший; я совсем не узнаю Рейна, будто подменили. Неужели появление Борзого настолько повлияло на него?
– Уйди, – одними губами шепчу, переключая передачу, а машину все еще держу на тормозе. – Миша, уйди, я предупреждаю тебя! – повысив голос, нажала на сигнал, оглушая его громким звуком. Мужчина закрыл обеими ладонями уши, отскакивая в сторону. И тогда я резко вдавила педаль газа в пол, сматываясь подальше от Рейна. Смотрю в зеркало заднего вида, выискиваю знакомые силуэт, но его нет. Борзый уехал, оставив меня в растрепанных чувствах – опять. Краем глаза замечаю, что выбежала Лида из помещения. С вопросом на лице уставилась на мою мимо проезжающую машину, а я мотнула головой, показав, что уезжаю к себе домой.
Выехав на трассу, мчалась на скорости по темной прямой дороге. На удивление мне не встретилась ни одна попутка. Облокотившись о панель двери, я подперла рукой голову. От нахлынувших эмоций все тело трепетало, только ощущение было не совсем приятным. Зачем Федя снова ворвался в мою жизнь? Да еще заявляя, что я должна была поехать с ним. С какой стати? Фыркнула, посмотрев на пассажирское сидение, на котором лежал мой мобильный телефон. Несколько сообщений высветились на экране, включая пропущенные звонки от Рейна. Прицепился, идиот. То, что я дала согласие на брак, не меняет моего отношения к нему. Он не приятен мне, и никогда не станет тем, на кого я смогу опереться плечом. Переключив передачу, я немного замедлила ход машины, поворачивая на крутом повороте, который выводил к городской дороге. Снова телефон зазвонил, а потом раздался звук быстро приближающегося байка, в унисон рычащего с моей машиной. Ударила по тормозам, когда мотоциклист подрезал меня с правой стороны.
– Придурок! – закричала, останавливая машину. Не на шутку испугалась, оставляя хороший след на асфальте от протекторов шин. Байк тоже остановился, и мужчина слез с него, а потом направился ко мне. Сердце забилось, будто крылья колибри, с такой силой, что даже, танцуя, я не разгоняла кровь по венам с такой скоростью. Я узнала его походку. Его одежду. И, наконец, «незнакомец» снял с себя мотоциклетный шлем и поставил на капот моей машины. Борзый. Стукнув по металлу кулаком, зыркнул потемневшим взглядом, а потом коварно ухмыльнулся. Я впилась в руль, до того, что кожаная оплетка хрустнула от силы сжатия ткани на ней. Отрицательно мотаю головой, безмолвно говоря, что не выйду из машины ни под каким предлогом. Пока я нахожусь на приличном расстоянии от Феди, я могу мыслить ясно, но стоит подойти к нему – башню снесет, и мне придется несладко.
– Варвара, – тишину улицы разрывает его басистый голос. Я вскинула подбородок с вызовом. Глаза сощурила. Вся в полной боевой готовности. Только с чем я борюсь? С чувствами, что вновь охватили волной, и теперь током пронзают, устраивая пытку? – Или сама, или я силой вытащу тебя оттуда. – Сказал, как отрезал.
– Что тебе от меня надо? – закричала, ударяя рукой по приборной панели. – Что?
– Выйди, и я отвечу, – снова на его тонких губах прорисовывается ухмылка. Он положил на капот моей машины свой шлем, а сам развернулся спиной ко мне и облокотился задницей о бампер. Я глубоко вздохнула, продолжая сверлить взглядом его широкую спину. Шумно сглотнула, представив, как могла бы ласкать его плечи, наслаждаясь мощью и силой мужчины.
– Зачем ты преследуешь меня? – тут же задаю вопрос, смотря на него. Федя же пристально осматривает всю меня, выискивая черты той, которая когда-то отдала ему в руки свое сердце. Нахально хмыкнул, покосившись на меня. Глубокий взгляд потемневших глаз таит угрозу. Борзый задумался, а потом резко встал в пару сантиметрах от меня, схватил за талию и притянул к себе. – Эй?! – воскликнула я, выставив руки перед собой. Я уперла их в его каменную грудь не давая приблизиться ко мне. Но тщетно. Одним резким рывком, Федя притянул меня за затылок к себе и впился глубоким, жадным и долгожданным поцелуем, заставив забыть все, что я хотела высказать прямо сейчас.
ГЛАВА 3
Поцелуй был подобен затмению. Я отдавалась вся в объятиях Борзого, сминала его крепкие плечи, ощущая под ладонями холодную кожу мотоциклетной куртки. Федя ласково водил широкой ладонью мне по спине, прижимая к себе ближе, насколько это было возможным. Почувствовав его вкус на своих губах, словно вновь вернулась в прошлое – в миг оказалась в комнате мужчины и теперь готова была отдаться всей душой и телом, как когда-то. Но холодный ветерок, что обдувал нас, вернул меня в реальность, будто сумел унести за собой мои вспыхнувшие чувства к Борзому, напоминая, что я не должна так легко принимать его ласку к себе. Не должна показывать, как мне его не хватает. Нет. Об этом он никогда не узнает. С закрытыми глазами я хмурю брови, и перестаю отвечать на пылкий поцелуй Феди. Он замер на месте, но все еще сжимает мою талию в своих руках, и кажется опаляет кожу своим теплом, электризуя каждый участочек тела. Дышит прерывисто, набирая желанный кислород в легкие. Я отпрянула, опустив голову вниз, не в силах посмотреть в глаза мужчине, который так легко отпустил меня, а теперь вновь заявляется, встряхивая до дрожи.
– Зачем? – едва шепчу, спрашивая. Я положила свою ладонь на его грудь, будто смахиваю невидимую пылинку, которая осела на черную ткань. Шумно выдохнув, Федя приподнял мое лицо за подбородок, чтобы встретиться глазами. Чтобы смотреть только в них и видеть, как собираются непрошенные слезы. Сжав в тонкую полоску налитые кровью губы, он сощурил взгляд. И теперь изумруды сканировали меня, прожигая насквозь душу.
– Ты бы предпочла своего Рейна? – грубит, намеренно заводит, чтобы прочувствовать почву под ногами. Я дернулась в его объятиях, желая навсегда забыть его крепкую хватку рук на своей пояснице. Вздернув головой, я все-таки приняла его попытку позлить меня, и, косо глянув на Борзого, залепила пощечину. Руку саднит, но я крепко стою на ногах, терпя боль, которую пыталась причинить ему, но получила сама – вновь. Федя отпустил меня, но, кажется, был готов к подобной реакции. И вот моя догадка оправдалась – мужчина рассмеялся, злобно оскалившись.