Ольга Власова – Таня. Повесть (страница 10)

– Зато она пирожки вкусные пекла. – заметила девушка.

– Даааа. – вздохнула Таня. – Мама редко делает. Говорит, что сама от них как пирог пухнет, а мне одной не часто перепадает.

– Ой! – покачала головой Юля. – Не жалуйся, Настя часто что-то печет. Заелась ты.

Таня насупилась и посмотрела исподлобья.

– Вот будет у меня дочка, всегда буду ей пироги печь.

– Тебе уже почти четырнадцать! – подняла указательный палец вверх Настя. – Сама бы уж могла что хочешь печь, а не ждать когда мама тебе это сделает.

Таня выпятила губу и прищурилась.

– Тринадцать. – прошептала она, как можно четче.

– Ага. – кивнула девушка. – Три месяца быстро пролетят.

– Не три, – фыркнула на нее девочка, – а три с половиной. – чуть помедлив, загибая пальцы и считая в уме, добавила она.

– Неважно! – покачала головой собеседница. – Раз влюбляться пора пришла, так и нечего на маму кивать, что она тебя не тем кормит. Сама-сама.

– Ох, ты какая вредная! – возмутилась Таня. – Я тебе, а тыыыы…….. – отвернулась она к стене.

– Я просто говорю, что ты уже не маленькая. – не обращая на капризы девочки, произнесла Юля.

Таня повела плечом, продолжая громко грызть гренки.

– Да, да! – продолжала гнуть свою линию собеседница. – Пришла пора она влюбилась, а печь пирог не научилась.

– Вредная, вредная, вредная! – повернулась девочка и ткнула в сторону девушки пальцем.

– Против правды не пойдешь. – развела руками та.

– Ну, хорошо. – вздохнула Таня. – Я и сама уже думала, что может самой попробовать испечь.

– Испечешь, меня позовешь. – доброжелательно произнесла девушка.

– Не позову. – пробурчала девочка. – Ты мне обещала рассказать про свою первую любовь, а сама дразнишься.

– Я не дразнюсь. – покачала головой Юля. – Просто га-ва-рю. Про первую любовь? – переспросила она.

Таня в ответ молча кивнула, поставила чашку и, устроилась поудобнее, всем своим видом показывая, что она готова слушать душещипательную историю о любви.

– Первую любовь я в бассейне встретила. – вздохнула она. – У него были тренировки в это время, а я с твоей мамой просто приходили поплавать. Он был как Аполлон.

– Кучерявый? – искоса посмотрела на Юлю девочка.

– Неее. – возразила та. – Ну, фигура у него была как у Аполлона. – пояснила она. – А так он был коротко-коротко подстрижен. Чтоб сушить быстрее, да и шапочку проще надевать. Я-то со своими длинными волосами ужас как мучилась.

– Ну? – с большой заинтересованностью обратилась Таня. – Дальше то что?

– Дальше? Ну, мы туда целый год ходили.

– И?

– Вот целый год я по нему и вздыхала. Думала, придет весна, и он заметит как я шапочку снимаю, волосы распускаю, и влюбится. Даже проходить мимо него не могла, все замирало.

– Влюбился?

– Неа. – покачала головой девушка. – Не успел. Еще зимой начал кого-то ожидать у выхода. А я еще всю весну обмирала, когда видела его.

– А потом?

– А летом я уехала в Германию, и увидела его только осенью. Он стоял и ржал над чем-то как конь. Такой громадный конь. – печально добавила она, но потом не выдержала паузы и рассмеялась. – Смена места очень часто вылечивает от ненужных привязанностей. Недаром раньше от ненужной любви, дворяне уезжали на воды.

– Мдаааа.. – протянула Таня. – И что часто вот так бывает, что не в того?

– Судя по классике – да. – развела руками девушка.

– Ага, сейчас ты мне будешь говорить о письме Татьяны. Слышала – слышала, хотя и не читала. – показала язык девочка.

– Может сейчас исправишь? – встала Юля, и подошла к книжному шкафу.

Таня поморщилась.

– Я достану, положу, а ты уж сама решишь. – решительно произнесла девушка и потянулась за книгой.

8. Потоп

Пышные наряды и прически дам приковывали к себе взгляд, кавалеры тенью двигались за ними, сливаясь в одну серо-черно-белую массу. Хотя присмотревшись, можно было заметить, что мужчины хоть и не выставляли себя на показ, но были теми лампочками вокруг которых порхали дамы-мотыльки. Кто-то стоял в гордом одиночестве, а иные собирали вкруг себя множество особ, которые не сводили восторженного взгляда со своего предводителя.

«И кто же из них Онегин? – пыталась разобраться Таня, наблюдая за этим действием, хорошо понимая, что она снова находится во сне. – Где тот, за которым подсматривал Пушкин?» – девочка вздохнула, раскачиваясь в такт танцующим парам, пытаясь представить себя в таком красивом, но неудобном как ей казалось наряде. – Прячется. – решила она. – Знает, что я тут его разыскиваю и спрятался в тень.»

– Таня! – вдруг позвал ее женский голос.

Девочка попыталась обернуться, но поняла, что во сне ей это не удастся, и с трудом приоткрыла один глаз.

– Мама. – прошептала она и улыбнулась.

– Как ты под этот грохот заснула? – удивилась та.

Только после этих слов Таня услышала зубодробительный звук нескольких дрелей, который прерывался ударами то ли молотка, то ли молота.

– Здесь же невозможно находиться! – женщина с ужасом посмотрела на Юлю, которая заглядывала из прихожей. – И так целый день?

– Да нет. – помотала та головой. – Недавно такое. – она поморщилась, закрыла ладонями уши, и посмотрела наверх, будто пытаясь увидеть, что там происходит.

– Я сейчас пойду, и скажу, что у меня ребенок болеет. – покачав головой, эмоционально произнесла Настя и направилась к двери.

И только она очутилась в прихожей, так сразу наверху стихло. Какой-то подозрительный шум доносился со стороны кухни. Женщина решила посмотреть, откуда доносятся эти звуки, и увидела, как по полу льется бурная мутная река.

– Ааааа! – закричала она от неожиданности. – Что это?

Таня в одной рубашке и тапочках выскочила на помощь маме.

– Иди на кровать! – замахала та руками. – Поднимите все с пола, и сидите, ждите меня. – Это соседи. – вытаращив глаза от ужаса, выдохнула она.

Таня забралась на кровать вместе с тапочками, а Юля побежала в другую комнату, чтобы посмотреть, не льется ли там.

– Тебе надо перейти туда. – сообщила она девочке, потому что вода лила уже отовсюду с потолка и было непонятно, что за катастрофа там произошла и сколько все это будет продолжаться.

Таня сгребла свою постель и босиком быстро пробежала в другую комнату. Там они с Юлей передвинули диван подальше от стены, по которой стекали мутные воды. Потом девочка уже сама кое-как постелила себе и села, закутавшись в одеяло.

– Воды по колено! – сообщила Юля соседям, которые заглянули в открытую дверь.

– Там по лестнице водопад. – сообщил мужчина из соседней квартиры.

– Даже пройти нельзя. – сокрушалась Юля и заглянула в комнату к Тане.

– Там в шкафу есть резиновые сапоги.

– Твои?

– Мои и мамины.

Юля натянула на тапочки пакеты разного размера, чтобы дойти до нужного места, и достала сапоги.

– Чуть-чуть до полметра не хватает. – уже стоя в сапогах в самом центре мутного водоема, громко произнесла девушка, чтобы Тане было слышно.