Ольга Висмут – Наследник для магната (страница 38)

– Уходи.

Его голос звучит глухо. Я бы даже сказала сдавленно. Но мне не нужно повторять дважды. Тут же подскакиваю с дивана и устремляюсь в спальню. Дверь оглушительно хлопает за мной.

Сердце бешено колотится, щеки горят, а внутри все сжимается и ноет от разочарования. Гад просто. Да и я хороша!

В спальне прыгаю в кровать, накрываюсь одеялом с головой и сжимаюсь в комочек. Прижимаю ледяные ладони к горящим щекам. На глазах собирается влага.

Только не плакать! Это все нервное, все из-за гормонов.

Зажмуриваюсь до боли.

Надо успокоиться. Так, Марина, дыши глубже! Жаров – не принц из сказки, пора уже это понять и принять. Иначе я сейчас просто соберу вещи и отправлюсь ночевать на вокзал. Или вообще уволюсь. А если он подлянку сделает? Сам меня уволит после моего отказа? Я ведь на испытательном сроке… Была...

Вспоминаю его раздевающий взгляд. Наглый, нахальный. Что ему мешает воспользоваться своей властью?

Напыщенный говнюк!

Бью по постели кулаком, выбрасывая всю злость.

Но вскоре успокаиваюсь. Начинаю прислушиваться к тому, что происходит в гостиной. Слышу, как Дима ходит, будто медведь-шатун. Тихое ругательство сквозь зубы. Звук льющейся воды из ванной, шорох одежды… скрип дверей…

Он ушел?

Жаров ушел из номера среди ночи?!

Куда?!

Воображение тут же рисует Светлану, и мое сердце болезненно ёкает.

А впрочем… какое мне дело?

Он и ей предложит “сбросить пар”, не больше.

Но эта мысль меня почему-то злит. Я же не ревную его? Нет, совершенно не ревную!

Но на душе такая тоска, что не выдерживаю. Плетусь к мини-бару. Это же номер люкс, тут должно быть что-то вкусненькое. Вот и заем горе какой-нибудь шоколадкой.

Не знаю, сколько сижу на пушистом ковре, прислонившись спиной к мини-бару, и жую шоколадные батончики. Даже не знаю, сколько их съела. Они все кажутся какими-то безвкусными, будто я вату жую.

Только вата эта горчит, а по щекам катятся злые слезы.

Но когда во входной двери слышится скрип ключа, я быстренько подрываюсь и ужом проскальзываю в спальню. В три прыжка забираюсь в постель, укрываюсь и зажмуриваю глаза.

А через секунду вспоминаю, что все фантики остались валяться на ковре...

Так по-детски и глупо я себя еще никогда не чувствовала.

У меня душа обмирает, когда Жаров подходит к двери. Некоторое время стоит, будто колеблется – входить или нет. Я даже слышу, как он нажимает на ручку и… все же отходит.

 Нервно сглатываю и медленно выдыхаю.

Свет, бьющий сквозь тонкую полоску под дверью, затухает. Дима наконец-то ложится.

Я же успокаиваюсь и понемногу анализирую все, что случилось. Он отсутствовал не так долго, чтобы успеть сгонять к Светлане или еще кому-то, да и вряд ли его кто-то ждал. Зато теперь в командировочные расходы придется внести десяток шоколадных батончиков.

От этих мыслей начинаю смеяться.

И все же...

Он предложил мне с ним переспать. Вот так откровенно, в лоб. На одну ночь.

Неужели в его глазах я недостойна большего?

Ох, нет. Он точно никогда от меня не узнает, что мы уже спали.

Но ситуация смешная, не будь она такой отвратительной.

Вот говорят же, что смех и юмор спасают от всякого. Так и сейчас, только это помогает мне успокоиться и уснуть.

– Подъем, Марина, – слышу над собой жесткий голос босса.

С трудом открываю глаза.

Жаров стоит надо мной уже одетый. Я потираю ладонью лицо. Рань несусветная. Чего ему неймется? Он что, робот?

Откровенно зеваю. Я бы еще повалялась.

– Впредь – это вы должны меня будить, – сообщает он таким тоном, будто зачитывает приговор.

Я тянусь к телефону. Семь утра. Не рано, но и не поздно.

– Так рано еще, – говорю слабым голосом.

Спать хочется так, что в глаза хоть спички вставляй.

– Будете спорить? – Жаров бросает на меня едкий взгляд и подходит к своему чемодану. – Вы должны просыпаться раньше меня и заказывать завтрак в номер. Также зачитывать план дня.

А я-то думаю, что он забыл в спальне, которую уступил мне?

Но при слове завтрак во мне просыпается интерес определенного толка. Похоже, съеденные ночью батончики только раздразнили аппетит. Чувствую, что если сейчас срочно что-нибудь не съем – мой желудок съест меня сам!

– Да, я поняла, – начинаю подниматься.

Но в теле такая слабость, что хочется рухнуть обратно в постель и ничего не делать.

Хоть токсикоза нет – и то хорошо. Но я бы повалялась еще в кровати. Но после вчерашнего это не лучшая идея.

Босс наблюдает за тем, как я тыняюсь по спальне, пытаясь найти свои вещи.

– Не это ищете?

Он кивает на кресло. Там я аккуратно сложила одежу, но из-под юбки предательски выглядывает застежка бюстгальтера.

Я тут же краснею и мямлю:

– А… да… спасибо…

Хватаю белье и, прикрывая его руками, бочком выскальзываю мимо Жарова.

Тот выразительно изгибает правую бровь:

– Не забудьте заказать завтрак в номер. Хотя, я уверен, после ночного перекуса вы вряд ли хотите есть.

У меня замирает сердце.

Вот гад! Заметил все-таки. И опять перешел на “вы”. Это значит, что он принял мой отказ без обид и впредь между нами исключительно деловые отношения? Или это такой способ мести?

Завтрак приходится заказывать мне. Первым делом спрашиваю, что будет Дима. Делаю звонок в ресторан и перечисляю блюда. Думала, что в такое раннее время никто работать не будет, но с той стороны трубки мне услужливо сообщают, что рады принять заказ.

Я вновь сажусь на кровать, понимая, что встать тяжело. Даже прохладный душ не помог. И вот не понимаю, почему так. Да, вроде беременность хорошо протекает, но слабость немного чувствуется. Ладно, это просто из-за бессонной ночи или из-за того, что я голодная. Сейчас поем, наберусь сил.

Вскоре приносят завтрак. Мы усаживаемся в гостиной напротив друг друга. Дима, как всегда, утыкается в телефон и что-то пишет.

– Что нас по плану сегодня? – спрашивает, не поднимая головы.

Озвучиваю сегодняшний график, записанный Денисом. Опять встречи до вечера.

– А вы всегда работаете во время завтрака? – осторожно интересуюсь.