Ольга Ветрова – Капкан для серой мышки (страница 11)

– Сколько? – прямо спросил он. – В смысле?

Он увидел только недоумение в ее глазах – не голубых и не серых, а между. Она сведет его с ума! Он просто хотел определенности. Вчера он почти поверил, что она на их стороне. Но сейчас вдруг это.

– Это же модно сейчас, – он решил ей помочь. – Создавать интернет-каналы, выкладывать компромат, а потом удалять за деньги. Вполне себе бизнес.

– Вы думаете, кто-то создал этот канал, чтобы получить от вас деньги? Вообще-то это называется вымогательство! – возмутилась она.

– Всегда можно договориться. Илья уже устал намекать.

– Женя, просто скажите, сколько? Сколько вы хотите, чтобы забыть про Бориса, Машу и всю эту историю?

– Илья Игоревич! – у нее в ушах зазвенело. – Я не могу забыть! Как мне забыть ту девушку? Она лежала там посреди дороги в луже крови. И никто даже имени ее не знает.

– То есть следующая статья в этом интернет-канале будет про ту девушку?

– Откуда мне знать?! Вы думаете, что это я? Я написала? – она даже задохнулась. Ей не хватало воздуха. – Я же просто хочу понять…

– Нечего тут понимать! – отрезал Илья. – Маша умерла. Борис в психушке. 15 лет никто не вспоминал об этом. Так откуда сейчас полезло всё это дерьмо?

– Я не знаю, – сказала Женя, понимая, что он ей не верит. – Ладно, идите работайте!

Как он устал от этого! Когда-нибудь она должна перестать притворяться! И он даже знает, когда. Через три дня годовщина смерти Маши. Видимо, к этому все и приурочено.

Женя по-прежнему ничего не понимала. Но, выйдя из кабинета Ильи, внезапно придумала, у кого она может спросить.

Глава 5

Женя решила использовать личные связи в весьма специфических кругах и позвонила отцу.

– И как там культурная столица? – спросил он.

– Всё хорошо. И квартира нравится, и работа. Пап, мне тут надо кое-что выяснить про одного осужденного, не поможешь?

– С чего это вдруг? – удивился отец. – Раньше ты осужденными не интересовалась.

– Девушка с работы попросила. Слышала, что парень сидит. Хочет узнать, где и как.

– Переписку что ли с зэком затеяла? Евгения, отговори ее. Заочно можно учиться, а не личную жизнь с уголовником устраивать. Это опасно. Даже если бриллиантов нет, он сковородку у нее сопрет и сдаст в металлолом. Так что пусть потом не жалуется. В нашей зоне олигархов точно нет. Людей с вышкой вообще можно по пальцам пересчитать. Я имею в виду образование, а не приговор. Если ей нужен мужик, мы без судимостей подыщем. У нас вон полно разведенных начальников отрядов, выбирай хоть блондина, хоть брюнета.

– Пап, она не заочница, она родственница жертвы. Опасается, что убийцу условно-досрочно освободили.

– Ну близким родственникам сообщают обычно. Как фамилия злодея?

– Виктор Тесаков. Может быть, знаешь?

– Конечно, знаю. Дело-то громкое было. Витя Тесак у нас давно сидит, – кивнул отец. – На участке особого режима. И долго еще сидеть будет. От звонка до звонка. Ему не УДО, а ШИЗО светит.

Штрафной изолятор то есть, а не шизофрения.

– На путь исправления не встал? – поняла дочь.

– Он же серийник. Что ж мы не понимаем? Он скорее ляжет, чем встанет.

Вот так! Оказывается, несколько лет Женя провела рядом с убийцей Маши Болотовой. Возможно, даже книги ему выдавала. Сразу после университета отец ее в библиотеку колонии устроил, сам он в зоне был начальником, работал во ФСИН. Жене там платили больше, а в районную библиотеку тогда никто почти и не ходил. Это сейчас появились и лекции, и акции «Ночь в библиотеке», и электронные книги. А тогда за колючей проволокой читали больше, чем на воле, потому что нужно же было скрашивать досуг.

Насколько она помнила, “полосатики” – так называли сидельцев с особого режима, потому что они носили полосатую робу – любили "Гарри Поттера" или “Шерлока Холмса” почитать. Свободного времени у них много. Особый режим – это камеры, а не отряды, никакой художественной самодеятельности. И топтание в прогулочном дворике: метр на два.

Так что лично Женя Тесака все же видеть не могла, но заказы от «полосатиков» в библиотеку в письменном виде регулярно поступали.

Ее передернуло от отвращения. Хорошо, что у нее теперь другая работа. Как представишь, что одну и ту же книгу держали ты и маньяк, так и хочется пойти руки помыть с хлоркой…

Сейчас ее отец уже вышел на пенсию. Но связи-то остались. Так что, Жене повезло, что убийца Маши до сих пор отбывает наказание. У нее, можно сказать, есть прямой доступ. И она сможет лично посмотреть на этого Витю Тесака, чтобы удостовериться, что он не прорыл тоннель на волю, не купил мотоцикл и и не завел интернет-канал с намеками, которые так задевают Илью Болотова.

– Устрой мне краткосрочное свидание с Тесаком, – попросила отца дочь, поддавшись порыву.

Раз так совпало, нужно пользоваться. Она бы и в другую колонию могла съездить, отец бы договорился, а уж в свою, можно сказать, родную, так вообще прямой путь.

– Не узнаю я тебя, Евгения, – удивился отец. – Ты же мечтала держаться подальше от зэков, а теперь сама же к ним напрашиваешься.

– От тюрьмы не зарекаются, сам знаешь, – невесело усмехнулась дочь.

Вечер перестал быть томным еще вчера. Игры закончились. Шутки тоже. Когда речь идет о статье уголовного кодекса, Сергей Турбин в качестве зеркального ответа пошел на крайние меры.

Начальник службы безопасности НеваМет посмотрел записи камер      видеонаблюдения, установленные в коридорах родного предприятия, и понял, что сотрудница пресс-службы Евгений Векшина домой, как правило, не спешит. Часто задерживается и уходит последней. И это было ему на руку.

Вечером в пятницу, когда Женя опять осталась в своем офисе одна, Сергей дождался, пока она выйдет в дамскую комнату. За ней дверь закрылась, перед ним открылась.

Он подошел к ее рабочему столу. И увидел, что, как он и рассчитывал, телефон она с собой не взяла. Зачем он ей? Рабочий день закончился, новых срочных заданий явно не будет, а дома ее, как выяснил Илья, никто не ждет.

Ей гаджет в дамской комнате, может, и ни к чему, а вот Сергею здесь и сейчас очень даже пригодится. У него была всего одна попытка, но она удалась. Бинго! Паролем оказался год рождения Евгении Векшиной. Ну а что, весьма распространенный вариант. Ведь главная задача – самим не забыть пароль, а вовсе не спрятать свои великие секреты. Ну какие у нее секреты? Банковское приложение с месячной зарплатой, которую она пока даже не получила?

Так что Сергей без проблем разблокировал чужой телефон, быстро пробежал глазами контакты и сообщения. И нажал те кнопки, которые были ему нужны.

Конечно, это было не совсем законно, но все же это не вымогательство. Это были оперативно-розыскные мероприятия, чтобы это вымогательство пресечь и вывести злодеев на чистую воду. Ну ладно, это была частная детективная деятельность. И даже лицензия у него имеется, между прочим.

Шаги Жени он услышал заблаговременно, телефон положил на стол, как было. Столкнулся с ней уже в дверях. Объяснять ничего не стал, как и здороваться. Шантажистка этого не заслужила.

– Эльвира Павловна уже ушла? – спросил деловым тоном.

– Да, – испугано кивнула Женя.

Она явно не ожидала никого здесь увидеть. Но никаких особых подозрений эта встреча у нее не вызвала…

Всё-таки удивительно, что так совпало. С другой стороны, не так много колоний строгого режима есть под Петербургом. Всего-то две. Так что вероятность была 50 на 50.

И сейчас начальником учреждения тоже был не посторонний Жене человек. Муж ее сестры. Да, можно сказать, что сестра продолжила династию. Она работала в зоне в отделе кадров, а замуж вышла за молодого и перспективного начальника оперчасти, который быстро пошел на повышение. И когда тесть вышел на пенсию, занял его место.

Звали его Павел Лапшин и Женю он считал, как минимум, странной. Нормальные в ее годы уже думают о том, куда их детям поступать. А эта вдруг решила покорять столицы на старости лет. Надо было там после универа оставаться. А раз не взял тогда в большом городе никто ни на работу, ни замуж, то сиди уже дома, не рыпайся…

– Какие люди и без конвоя! В гости, значит, к родителям не спешишь, а сюда нарисовалась? – осуждающе сказал гражданин начальник вместо «здрасьте», когда Женя возникла в его кабинете. – И что за нужда такая?

– Сегодня зайду к родителям. Сразу после, – смутилась она.

Действительно примерной дочерью ее не назовешь. Звонила два раза в неделю, да и все. Ну а зачем чаще? Не будет же она им рассказывать, как в первый же день на новом месте разговаривала с мертвой женщиной, тогда еще, конечно, живой. И в первую же неделю ее выгнал вон симпатичный босс. И теперь подозревает неизвестно в чем. И она должна эти подозрения обязательно снять и во всем разобраться. Потому и приехала.

– Затянула культурная столица? – хмыкнул Павел. – Мы-то тут все темные… В филармонии не ходим. Шансон слушаем.

– Паш, ну ладно тебе, – попыталась сгладить углы Женя. – Как там Таня? Как дети?

– У старшего две двойки, у младшего зубы режутся, средний болеет, – вздохнул отец.

– Простуда?

– Ветрянка у него. В горошек весь. Тебе Танька фотки не присылала разве?

Женя смутилась. А ведь и правда, присылала позавчера. Но со всеми этими новыми ДТП, старыми убийствами и начальником своей мечты она обо всем тут же забывает. Не тем занята ее голова. Хотя именно это ее семья, это ее настоящая жизнь, а не там, в Питере.