Ольга Вечная – Содержанка. Книга 2 (страница 11)

— Вот это да! — охает Борис, трогает Демьяна за сандали. — Прикольный пацан. — Он смотрит на меня, на Демьяна. — Глаза Ивы. Сто процентов. А остальное непонятно. Да, Слав?

Вот ведь засранец Воеводин! Мы так дружили, пока я была замужем, он постоянно приезжал, жаловался на жизнь! А тут мой сын на Алекса недостаточно похож?!

— Добро пожаловать в страну, — злюсь я. — Все только и говорят, что о вашей вечеринке. Сильно соскучились?

— Вашими трудами — безумно, — парирует Борис. — Как у тебя сейчас настроение?

Теряюсь от напора.

— Расстроилась, что не позвали отмечать.

— Тебя бы там сожгли вместо машины, — шутит Алекс.

Вроде бы без угрозы в интонациях, но мгновенно хочется исчезнуть.

Два года назад я попросила Вадима Юрьевича поговорить с Алексом, попросить оставить мне фонд. Пятнадцать спортсменов готовились к операциям за границей, я вела переговоры со спонсорами. Я была в ужасе, что ничего не получится. Видимо, договориться по-хорошему не вышло. Андреевым пришлось принять меры.

Джемма подходит и расцеловывает меня в щеки, обдавая запахом духов. Говорит по-английски:

— Иванна, давайте зайдем и позавтракаем. У нас есть сладости, чай, кофе. Алекс, пожалуйста, мы все утро обсуждали. Ради меня.

— Во дворе дома детская площадка, — произносит Алекс, не отрывая глаз от сына. — Она может понравиться Демьяну. По его расписанию как раз прогулка. Если хочешь, можешь позавтракать на террасе с Джеммой. Она поздно встает и ненавидит есть в одиночестве.

Он быстро повторяет на английском. Его подруга кивает и улыбается. У меня так искренне не выходит, хотя стараюсь изо всех сил. Между ними точно есть связь. Алекс идет Джемме на уступки даже в моем отношении.

Она среди них всех как будто единственный лояльный ко мне человек.

— Я с удовольствием, — отвечаю ей. — Большое спасибо.

Борис и Славик прощаются с Алексом, его девушкой и Демьяном. Кивают мне и уходят. А мы вчетвером заходим в подъезд, затем — в двухэтажную просторную квартиру.

Сначала Джемма, потом я и последними — Алекс с Демом.

В кухне-гостиной панорамное окно во внутренний, утопающий в зелени двор. На небольшой террасе под навесом стоят стол, стулья. Я скромно присаживаюсь на один из них.

— Сейчас всё принесу, — обещает Джемма и торопится в квартиру.

Алекс ставит Демьяна на землю, тот сразу направляется к песочнице.

— Смотри за ним! — прошу я. — Пожалуйста!

Алекс оборачивается, на мгновение наши глаза встречаются, и я вижу в них эмоции. Которые тотчас гаснут. Алекс кивает и идет к сыну.

Я смотрю им в спину и не знаю, что думать. Он ведь не хотел ребенка категорически! Даже слышать не хотел!

Что изменилось?

Джемма возвращается с подносом и вновь улыбается. А я не могу! Господи, да что это за пытка-то!

Глава 12

— Приятного аппетита! — произносит Джемма по-русски. — Похоже? Получилось?!

— Здорово! Спасибо, и тебе приятного аппетита.

Она улыбается, разливает чай и продолжает на английском:

— Русский звучит грубо. Сколько раз думала, Алекс ругается с отцом, а они обсуждали погоду! Или вообще корм для кота. Казалось, я с ума схожу!

Мой английский не сравнится с английским Алекса, но разговаривать на бытовом уровне я могу. Вежливо улыбаюсь, наблюдая за сыном. Тот тоже постоянно возвращается глазами ко мне, проверяя, на месте ли. Алекс ему подает лопатки, ведерко.

— Как тебе в Москве, Джем? — Моя очередь поддерживать беседу.

— Пока не поняла, все непривычное. Мужчины мрачные, молчаливые. Никто не улыбается. Все чем-то заняты. И кажется, что все друг с другом ссорятся! Алекс говорит, что это я еще русских женщин не знаю.

Прыскаю.

— Русские женщины не подарок, это правда. Наверное, поэтому он привез с собой тебя.

— Наверное! Он сказал, что если его встретит полиция прямо в аэропорту, то это нормально. Не пугаться. Говорит такой: «Спокойно езжай в отель, прими ванну с пеной. В России все так делают. Потом возьми пару экскурсий и билет домой». Я просто в ужасе каждый раз, когда мы проходим мимо полицейских.

Аж голову поворачиваю.

— Алекс, скорее всего, пошутил.

— Сомневаюсь, он нечасто шутит. Сказал, что договорился, но... — Джемма задумывается и произносит на ломаном русском: — В рот он ебал их обещания. Похоже?

— Да... Ой, извини, я на минуту!

Соскакиваю с места и бегу к песочнице. Хватаю Дема за руки.

— Нельзя бросать песок в девочку. В глазки попадет. Демьян, давай лепить что-то вместе. Бросать не нужно!

Поясняю свою реакцию:

— Я знаю этот взгляд. Сын может в игре увлечься и случайно обидеть.

— Смотрите лучше за своим ребенком, если он так делает, — отвечает женщина, не отрываясь от телефона. Ее дочь копает рядом. — В нашей семье не принято обсыпаться песком. Я думала, у всех так.

Мы с Алексом совершенно случайно пересекаемся глазами, они на одном уровне, и это не значит совершенно ничего. Просто обмениваемся секундным раздражением.

В этот момент девочка зачерпывает совком песок и, как в замедленной съемке, на наших глазах высыпает его прямо на голову Демьяна.

— Алекс! — ахаю я.

Тот быстро отводит совок, но поздно!

Демьян крутит головой, и песок осыпается на его лицо, попадает в рот, глаза. Ощущения сыну не нравятся, и начинается рев.

— О нет! Салфетки остались в сумке, — суечусь я, аккуратно отряхивая лоб.

Да какое там! Дем весь в песке. Поднимаю его, рыдающего, на руки.

— Ива, чем помочь? — спрашивает Алекс. Сам в сторону женщины смотрит: — А говорили, не принято в вашей семье, — продавливает интонациями.

Женщина, смутившись, извиняется.

— Покажи, где ванная, пожалуйста.

Через минуту я умываю сына над раковиной, Дем плачет от обиды и разочарования, от того, что глазки режет. Жалею его, прижимаю к себе.

— Ну всё-всё. Сейчас отпустит и полегче станет. Так вышло, малыш. Эти песочницы — вечное поле боя.

— Мамаша от телефона так и не оторвалась. Надо было его запулить в стену.

Усмехаюсь.

— Выживание на детских площадках: нужно следить и за своими, и за чужими детьми. Не знаешь, кто что выкинет. Такое было уже пару раз. Мы часто гуляем с Леной и Гордеем, эти двое вечно друг другу жизнь усложняют.

Алекс стоит в дверях, руки на груди скрестил, наблюдает.

— Не понимаю, как это произошло. Я же в полуметре сидел. Такая девочка славная. На вид. В розовом платье.

— Тебя жизнь ничему не учит в отношении милых девочек? — не удерживаюсь от небольшой колкости. Теперь я знаю больше, и готова об этом поговорить.

Он тоже слегка улыбается. Окидывает внимательным взглядом и выдает с мстительным удовольствием:

— Не помню в своей жизни милых.