Ольга Вечная – Рекорд (страница 8)

Ничто не выдает тот факт, что я нахожусь в столице, а не в родном Красноярске. Локации: магазин – гараж – пригород. На достопримечательности времени нет, хотя было бы интересно погулять по Москве. Есть пара автовыставок, которые интересуют. Может быть, на следующей неделе.

Я привожу парней в знакомый бар. Занимаем столик, берем выпить.

Разговор идет надрывно. За прошлую неделю мы разобрали обе машины до винтиков, подбили бабло. И поняли, что ни хера нам не хватает, чтобы поставить рекорд или хотя бы взорваться в Нюрбургринге. Нужно срочно придумать, где взять спонсора.

Сам уже обзвонил всех, кого вспомнил. Без толку.

Азарт не дает спать. Мозг, если бы мог, – болел бы от напряжения. Расслабиться, впрочем, тоже немыслимо, и, чтобы как-то сделать это, мы заказываем целую бутылку.

Стакан, второй, третий. Обсуждаем, орем. Спорим иногда излишне громко и заметно. У меня чертежи с собой, Гриша тычет в них карандашом. В какой-то момент рявкаю колхозникам быть потише и агрессивно оглядываюсь, ища глазами кого-нибудь возмущенного. Подраться или потрахаться – было бы неплохо закончить вечер одним из вариантов.

Я натыкаюсь глазами на статную блондинку у дальнего столика, которой еще минуту назад здесь не было. И лицо словно горячим паром обжигает.

Она улыбается. При этом изо всех сил делает вид, что не замечает нашу по-обезьяньему громкую компашку. Но и не ушла, как только увидела, а значит…

Не против?

Эндуристка Настя Луцкая.

Мне сейчас явно не до баб. Впереди зеленая смерть – Нюрбургринг, а с Настей все как-то сложно. Отворачиваюсь.

Вот только приятная тяжесть этой девушки никак не забывается. Спортивные девчонки ощущаются совсем иначе, нежели тощие модели. Спортсменки – это сказка для взрослых парней, а от Насти Луцкой и вовсе дух захватывает.

Ерзала, мучительно отчаянно терлась, одновременно требуя и отдавая ласку. Быстро. Естественно. У меня пар из ушей валил от похоти, а она будто еще сильнее хотела. Колени острые, губы приоткрытые. Запах пиздец кайфовый. Я сглатываю. Достаю жвачку, привычка такая. Успокаивает нервы и придает образу гопнический налет.

– Мужики, я щас. Поздороваюсь.

Настя, кстати, в офисе Шилова работает – это хорошо. Значит, у нее все налаживается. Кого попало охрана на тот этаж не пропустит. Видимо, неглупая девка. Вариант, что она попросту спит со стариком, я как-то быстро отбрасываю. Предельно стремный сценарий.

Иду. Прошлая сцена, когда сдал Настю матери из рук в руки, оставила осадок. Хрень какая-то. Мать – самый близкий человек. Кому сдавать, если не ей?

Когда я уже на полпути, Настя поднимает глаза и смотрит мне в душу. При этом не пугается, как все. Она мне сочувствует.

Чем мгновенно поднимает внутри бурю. Ледяное раздражение сжимает в кулак. Не надо так делать, не надо пытаться ко мне лезть.

А дальше все катится по привычному сценарию.

Я без разрешения плюхаюсь за стол и вместо адекватной фразы «Как дела?» (а такое я тоже умею) вкидываю банальность:

– Ты меня преследуешь?

Глава 8

Я разглядываю закрытые футболкой плечи, грудь. Слегка зависаю на последней, что было не по плану, но редкий в моем организме гость – алкоголь – уже просочился в мозг. Возвращаюсь к глазам. Обдолбанная или трезвая? Прищуриваюсь.

Ставлю на второе. Апероль перед Настей не в счет – едва пригубила.

– Что? Преследую? – заливисто хохочет она. Потом вдруг серьезнеет и, наморщив лоб, сообщает: – Честно говоря, есть немного. Это ничего? Прости. Слежка даже меня уже начала выматывать.

Моргаю.

– Зачем? Написала бы в соцсети, я бы приехал.

Она пожимает плечами.

– Мы с Юляшкой в курсе, что этот бар принадлежит твоему другу, и всю неделю сюда заглядываем, чтобы ты мог спокойно угостить нас выпивкой. Скажи, ты что, правда у всех не глазах столкнул Юлю и ее подругу в бассейн? – Настя застывает в искреннем возмущении.

– Вообще-то, не то чтобы подругу.

– Я в шоке. Надеялась, Юляша приврала. – Она скрещивает руки на груди.

– У вас какой-то клуб организовался? Обиженных на меня девок.

– Типа того, нас там уже пара сотен. Будь осторожен. – Настя клацает зубами и мило улыбается. – Соберемся толпой и отомстим.

Мы смотрим друг на друга. Каким-то внутренним локатором ощущаю, что контакт налаживается, причем не только зрительный. Это мне не надо. Да-да, я не завожу отношений, потому что даже на самые отстойные из них нужен ресурс, а у меня вся жизнь брошена на спорт. Ну и меня не надо спасать или что-то в этом роде. Девушки-спасатели – жалкое зрелище, совсем не моя история.

Кладу руки на стол.

– Юля мне все про тебя рассказала, – признается Настя, вдруг надломленно вздохнув. – Вообще все.

– А ты ей о нас?

Она качает головой и прижимает палец к губам.

– Поехали ко мне, потрахаемся, – предлагаю незамедлительно.

Думаю, момент идеален.

Брови Насти летят вверх, она зависает. Внутри нее будто идет борьба, результат которой я жду с простреливающим тело интересом.

– Тебе девок мало, мачо? На твой аккаунт подписана сотня тысяч. Напиши любой.

– Что насчет тебя? Мы в прошлый раз кое-что не доделали.

Настя смеется. Ее щеки окрашивает озорной румянец.

– Тот недорекорд, смотрю, покоя вам, уважаемый гонщик, никак не даст? Я когда так сказала, не знала, кто ты. Даю слово: если бы была в курсе, обязательно бы притворилась, чтобы не задеть хрупкое эго чемпиона.

– Не надо притворяться. Подари мне реальную победу, Настя, – расплываюсь в улыбке и тянусь к ней. – Сама видела, как меня выпнули из «Мерседеса». Сплошная черная полоса.

– А я в ней свет в конце туннеля? Прости, Тим, никак не могу.

– Почему?

– Потому что у нас с тобой есть она… – Настя кивает за мою спину. – И это никогда не изменится.

Я оборачиваюсь и вижу выходящую из дамской комнаты Юляшку.

На мгновение теряю дар речи, как и ощущение реальности происходящего. Этот бар действительно принадлежит моему однокласснику, и я часто здесь зависаю, когда нахожусь в Москве. Он небольшой, атмосферный, плюс у Славы есть отличное безалкогольное пиво. Юляша в красном мини в этих кирпичных стенах смотрится карикатурнее, чем хрустальная люстра в подвале. Весь бар пялится на нее.

Льстит, конечно, если это все для меня. Делаю вид, что пытаюсь укусить локти, Юля закатывает глаза.

– А вот и Тима, – произносит. – Привет. Мы тебя давно высматриваем. Так хотелось убедиться, что сдался и запиваешь дешевым бухлом погибшую карьеру.

– Твоя подруга уже сообщила, что ваш счет – мой.

– Вообще-то это моя сестра.

– В смысле?

– Знакомьтесь, моя сестра-близняшка Анастасия. Мой бывший, гопник Тимофей, от которого несет машинным маслом и проблемами… Что ты смотришь? Мы не однояйцевые близнецы, поэтому не идентичные, но родились в один день.

– У тебя есть сестра?!

– Боги! Я показывала тебе свои детские фотографии. Но тебе как обычно было по фигу и на меня, и на все, что я говорю.

– Не-не, погоди. Там был пацан в широченных штанах… я точно помню. Да ладно!

Настя поднимает ладонь:

– Пацан в широченных штанах. Здравствуйте. Можно просто Настя.

Вот кого мне напомнила эта девица, когда в лесу сняла шлем, но я никак не мог сопоставить короткостриженого мальчишку и сексапильную блондинку. Я был абсолютно уверен, что у Юли есть брат, который учится в Европе.

– Все в порядке? – спрашивает Юляшка. – Тебе нехорошо? Может, глоток воды?

– Так а почему фамилии разные?