Ольга Валяева – Предназначение быть мамой (страница 105)

Большинство соглашается с тем, что, получи ребенок заветный диплом, покоя родителям это не добавляет. Что дети даже с двумя высшими образованиями, бывает, живут непонятно как, разводятся, кутят, сидят на шее, мотают нервы отцу и матери. Или, наоборот, забывают о родителях полностью, рвут все отношения с ними, строят свое блестящее будущее самостоятельно. Как-то не сходится у меня все это в голове. Если миссия родителей заключается в образовании детей, то после ее успешного завершения жизнь должна складываться иначе. А раз покоя нет, то либо миссия не та, либо мы ее понимаем как-то неправильно.

Образование — это важно. Но что такое образование? Корень этого слова — «образ», и это говорит о многом. Например, о том, что дети учатся в большей степени на примерах и образах тех, кто находится с ними рядом. И если мама от папы ушла, то и дочь, скорее всего, однажды сделает то же самое. У нее уже есть в голове и в сердце этот образ: это то, чему мама ее уже научила. По этой же причине почти всегда дети курящих родителей курят. Даже если им запрещают, лупят за сигареты и жестко контролируют.

А еще корень «образ» в слове «образование» говорит мне о том, что, когда мы учим ребенка, нам важно понимать, каким мы хотим его видеть? Какой образ будущего нам видится счастливым? Каким наш ребенок должен вырасти? Если мы хотим, чтобы он был счастливым, успешным, любящим, верующим, то достаточно ли вкладывать все силы только в обучение языкам и математике? В какой школе можно прийти на уроки доброты или уроки счастья? Где у нас учат тому, как достигать успеха, не теряя при этом себя? Где нас учат создавать семьи, воспитывать детей?

Исходя из этого, миссия родителей уже представляется немного иной, хотя и остается в пределах тех же формулировок. Да, образование — это главное, но смысл его другой. Наполнение другое.

Я знаю нескольких молодых людей, чьи родители видели задачу образования не такой, как принято в нашем современном обществе. Поэтому причин для гордости у родителей долго не было. Одна девушка из такой семьи бросила институт после первого семестра, другая еле-еле закончила школу со сплошными тройками, при том что далеко не глупа. Еще один молодой человек после девяти классов ушел в техникум с отличным аттестатом, что для посторонних людей было шоком. Таких примеров в моей жизни не так много. Но их объединяет нечто важное. Все эти трое ребят имеют внутренний личностный стержень. Они знают, чего хотят. При этом они уважают своих родителей. Они с радостью помогают тем, кому помощь нужна. Они умеют слушать и слышать себя. В них есть некая целостность. И все они — верующие. Каждый — в своей традиции. Каждый из них сейчас успешен и счастлив.

Самой главной миссией родителей я вижу то, чтобы дать ребенку этот самый стержень. Стержень, состоящий из принципов, веры, правильных образов. Чтобы, даже если он оступится, увлечется не тем, чем нужно, попадет в плохую компанию, у него оставалась соломинка для спасения. Чтобы внутри него весь его детский опыт жил и помогал ему воспоминаниями.

Все проходят через этап разрушения авторитетов, все однажды отвергают то, что предложено родителями. Такова наша жизнь. Но если мы давали детям духовное образование, если мы учили их, как жить, какими быть, и не просто словами, а своим примером, то мы можем быть спокойны. Наша миссия выполнена. Мы сделали все, что могли. Максимум возможного. А дальше уже — выбор самого ребенка, его судьба и его жизнь.

Образование — это разговор о ценностях. Разговор не словами, а поступками.

Если вы ругаете ребенка за то, что он берет без спроса какие-то вещи, а сами регулярно приносите из офиса бесплатную бумагу — чему он научится? Если вы говорите о прощении, а сами ненавидите свекровь и постоянно ему об этом рассказываете, чему он научится? Если вы говорите о верности, любви, семье и при этом жалуетесь на своего мужа — подругам или детям, — какой вывод ребенок сделает?

Поэтому воспитание и образование детей — безумно сложный процесс. Потому что нужно все время воспитывать самого себя, чтобы демонстрировать детям правильный образ. Быть примером. А значит, нужно не ребенка мучить и долбить, а себя и только себя.

Вот такое образование — это миссия родителей. А дальше — по желанию. Элитная гимназия или сельская школа. Институт или техникум. Университет, аспирантура или девять классов. Потому что здесь как раз уже нужно смотреть на возможности ребенка и понимать его потребности.

Не всем необходимо высшее образование. Более того, не все, закончившие вуз, работают по выбранной специальности. Лишь небольшой процент людей связывают всю жизнь с профессией согласно своему диплому. Тогда для кого все это делается? И для чего родителям все эти корочки и бумажки?

Я вижу миссию родителей в том, чтобы понять своего ребенка. Распознать его потребности и особенности. И не противиться их реализации, а помогать. Помогать ребенку исполнить его мечты и призвание.

Мой старший сын — фанат поездов. Безумный фанат. Он может сутками смотреть на них. Поэтому, когда мы на несколько месяцев задерживались в Санкт-Петербурге, практически каждый день Даня и папа ездили на переезд недалеко от дома: смотреть на составы. И даже подружились с тетей Надей, которая встречает поезда. Тогда Даня смог смотреть за ними из ее будки. И однажды даже держал флажок, а потом долго не мог уснуть. Столько эмоций! Его счастливые глаза — мой проводник. И в его реабилитации, и в его обучении.

Это ведь не сложно — позволить ребенку делать то, что приносит ему столько удовольствия! Но почему-то мы забываем об этом и в тревогах за их будущее перестаем быть адекватными. Танцы, музыка, моделирование, рукоделие — это все «непрестижно» и «бесперспективно». Поэтому однажды для ребенка все это становится прошлым в угоду более «практичным» и «полезным» занятиям, как бы ни рвалось его сердце туда. Детям приходится жертвовать своими интересами ради исполнения наших мечтаний о заветных корочках дипломов. И вот вместо танцев девочка сидит и учит основы математического анализа, а юноша чертит какие-то сложные инженерные штуковины, мечтая снова взять в руки гитару.

В книге Кена Робинсона «Призвание. Как найти то, для чего вы созданы, и жить в своей стихии» приводится множество примеров жизни людей, которым повезло в свое время пойти против течения и которые добились выдающихся успехов в своем деле. Это реальные истории, собранные автором специально для книги во многих странах мира.

Особенно трогательна истории маленькой девочки Джиллиан. Когда ей было всего семь, малышку признали совершенно необучаемой: ее успеваемость была отвратительной, девочка не могла усидеть на месте, считала ворон за партой, не справлялась с заданиями. Учителя поставили на ней крест и предложили родителям перевести малышку в спецшколу. Если бы дело происходило не в 1930-х, а в наши дни, скорее всего, девочке бы диагностировали СДВГ (синдром дефицита внимания с гиперактивностью) и прописали бы психотропные препараты. К счастью, тогда этот диагноз еще не существовал, и последней надеждой отчаявшейся матери Джиллиан стал психолог, к которому она ее привела.

То, что произошло дальше, она помнит до сих пор. Психолог внимательно выслушал мать Джиллиан о проблемах девочки в школе, а потом пригласил женщину на пару слов в коридор, оставив ребенка в кабинете и погромче подкрутив регулятор радио. Как только взрослые вышли, доктор предложил понаблюдать за девочкой через небольшое окно в стене. Оставшись одна, малышка тут же вскочила на ноги и стала двигаться в такт музыке. Взрослые были изумлены ее природной грацией и красотой движений. После минутной паузы доктор сказал матери: «Знаете, миссис Линн, Джиллиан не больна. Она танцовщица. Отведите ее в школу танцев».

Маленькая Джиллиан, девочка, чье будущее было под угрозой, приобрела мировую известность как Джиллиан Линн — одна из знаменитейших хореографов нашего времени. Это произошло потому, что кто-то глубоко заглянул в ее глаза.

Не кажется ли вам, родители, что мы взяли на себя слишком много, решая, чем, когда и сколько должны заниматься дети? В тот момент, когда мы сказали себе, что мы можем повлиять на выбор ребенка: направить, заплатить, протащить? В тот момент, когда мы четко вознамерились из семечка тыквы вырастить морковь? В тот момент, когда мы решили, что можем сами построить будущее детей своими руками?

И не кажется ли вам, что мы часто совсем не там копаем и не там трудимся? Если главная цель образования — дать ребенку верный вектор жизни, правильный образ, то не пора ли нам переместить свой взгляд туда, где он и должен быть?

Может быть, для этого нам придется сперва понять самих себя? А мы-то сами чего хотим в этой жизни? Зачем живем? Почему? Какие мечты пылятся у нас в потаенных уголках души? И почему до сих пор они там пылятся, а не радуют и нас, и весь мир?

Все мы хотим, чтобы дети были счастливы. Тогда наша задача — заразить их счастьем. И, для того чтобы заразить, мы сперва сами должны им заболеть. Начать с себя, стать таким человеком, рядом с которым хочется быть детям. Стать тем, с кем вам самим будет приятно быть. Тем, кем дети смогут гордиться, восхищаться. Тем, чье большое сердце растопит даже льды подросткового кризиса.