Ольга Валяева – Плодоносящая. О женской зрелости (страница 23)

Мы боролись за право работать, а оно оказалось почему-то нашей обязанностью. Право — это возможность что-то делать. Хочет Мария Ивановна быть программистом — пусть работает. А я не хочу. И не работаю. Но почему-то начали появляться стереотипы: это неправильно, стыдно, плохо. Многие девочки говорили мне, что дома есть чем заняться, муж может обеспечивать семью и один, но это же стыдно! Так же нельзя! И шли в ход всякие мифы. Так что теперь приходится доказывать и обосновывать свое право не работать, носить платья и просто быть женщиной.

Потом те же самые феминистки начали обзывать домохозяек «курицами». Может, от зависти? Что те сидят дома, «ничего» не делают, «на всем готовом»? Тогда как феминистке нужно надеяться только на себя. Они же придумали кучу сказок про то, что муж уйдет к другой, успешной и эмансипированной.

Может, конечно, и уйдет. Если жена дома пилит, ворчит, ходит в засаленном халатике, не развивается, смотрит мыльные оперы и толстеет год за годом. Такими ведь нас, домохозяек, представляют эмансипированные дамы? Но правда ли мы такие?

Странное дело, в засаленных халатах я встречаю чаще всего не домохозяек, а работающих женщин. Тех, которые не боролись за свои права, но теперь считают работу своей обязанностью. Ненавидят ее, но и уйти не могут. Поэтому так выматываются эмоционально в течение рабочего дня, что дома сил хватает только на халат и сериал. Какой уж тут спорт или красота!

Как можно отупеть от сидения дома, если делать все с любовью? У домохозяек столько возможностей развиваться, сколько нет ни у одной бизнесвумен. Я могу слушать лекции, когда мою посуду или рисую с детьми. Я же женщина — я могу столько дел делать одновременно и по-настоящему. Я могу дистанционно получать образование. Я могу дома петь, танцевать, заниматься йогой. У меня есть для этого и время, и место. Я могу все это делать «не отходя от кассы», могу куда-то ходить, даже с детьми.

Если кто-то считает показателем развития человека знание котировок рубля и доллара, политических укладов и динамик и особенностей налогообложения — пусть для него это будет так. Для меня развитие женщины в том, чтобы понимать себя, слышать, заниматься творчеством, любимым делом, быть интересной себе, а значит, и мужу, и детям. Именно для этого дома возможностей больше.

Если лично вы хотите голосовать — голосуйте! А мне политика неинтересна. Мне действительно все равно, кто и какие законы принимает. Потому что на мою личную жизнь это никак не влияет. Да, может быть, только пока. У меня есть муж, который в этом разбирается настолько, насколько может.

При любых прениях о политике я вспоминаю историю Шрилы Прабхупады — святого прошлого века. Он был юношей как раз в то время, когда Индия вела борьбу за свою независимость. Он активно участвовал в демонстрациях. А потом встретил своего духовного учителя, и тот ему сказал, что вся эта борьба бессмысленна. Даже если люди ее выиграют, они не станут счастливыми. Найдутся другие подводные камни, другие сложности. Это материальный мир — тут всегда будет вот так. А вот борьба за души людей имеет огромное значение. Если люди обретут Бога, они будут счастливы вне зависимости от обстоятельств.

Если кто-то хочет изменить мир, ставя подпись в избирательном бланке, — голосуйте, пожалуйста! А я лично выберу право не тратить свои силы и энергию на обсуждение политики и разборов, кто прав, кто виноват и куда все это ведет. Куда муж скажет галочку поставить — туда и поставлю. Не потому что мне все равно. А потому, что это не моя зона ответственности и принятия решений. Моя — это мое творчество, наши дети, мой любимый муж и его рубашки.

Если кто-то думает, что если выйти на работу, то жизнь станет лучше, — работайте! А я придерживаюсь мнения, что все приходит через мужа. Если женщина наполнена жадностью и ей этого мало — тогда она идет работать. Я говорю именно о работе, а не о любимом деле, оно-то сил не отнимает, а даже наоборот — дает.

Меня не затащишь в офис никакими коврижками. Сидеть с утра до ночи, ездить туда-сюда, обедать непонятно где и как. Общаться с людьми, которые мне неинтересны, улыбаться начальству, чтобы получать зарплату, стремиться к каким-то чужим показателям. Нет уж! Меня дома ждут мои показатели: три карапуза, борщ, пироги и грязное белье. Я сама регулирую свои нагрузки, управляю своим временем и пространством. А еще мои книжки, которым я уделяю от нуля до двух-трех часов в день.

С каких пор право отдавать детей в детский сад и школу стало моей обязанностью? Ведь, несмотря на наличие права на домашнее обучение, такие дети вызывают бурю эмоций и вопросов у посторонних людей. Как это они сидят дома с мамой? Останутся неучами и социально не развитыми! Но почему я должна отдавать своих любимых и родных малышей в группу под руководство какой-то другой женщины? Что она может им дать из того, чего не могу дать я? Пусть я не занимаюсь с ними с утра до ночи математикой и английским. Я напитываю их любовью. И я хочу понимать, что выдают мои дети, — где они это взяли. Я считаю домашнее образование и обучение лучшим. По моему мнению, учить нужно не химии, а качествам характера. Этому можно научить только дома. Если кому-то хочется отдыхать от детей, тишины и покоя — пожалуйста, пользуйтесь благами цивилизации. А я не хочу. Это мой выбор. Мое право.

Почему право быть наравне с мужчинами должно обязывать меня становиться мужиком? И теперь я должна объяснить кому-то, почему женщиной быть выгоднее, почему мне это нравится, почему я этого хочу? Почему чье-то желание победить мужчин должно означать и для меня соперничество, войну, непринятие? Я не хочу воевать в чужих войнах. Я вообще ни с кем воевать не хочу.

Кому вообще нужно это равноправие?

Было время, когда мне казалось, что равноправие — это здорово и правильно: даешь всем равные социальные права! Пусть женщины столько же работают, столько же зарабатывают, голосуют и правят миром! Женщин в президенты! Женщин в бизнес! Мужчины — эксплуататоры! Пусть сами готовят и стирают свои носки!

Уже давно мое мировоззрение стало другим. Но теперь я вижу, к чему приводит такая модель, засевшая в головах женщин. И мне это не нравится. Совсем. Вместе с правами всегда приходят обязанности. Чем больше у нас прав, тем больше обязанностей. Это логично. Любишь кататься — люби и саночки возить. Но мы же стремимся только к тому, что нам нравится, не думая о последствиях.

Добиваются женщины того, чтобы их воспринимали наравне с мужчинами. И какой итог? Простой. Например, трехчасовые очереди паспортного контроля, где все стоят на равных условиях. И дети, и женщины, и бабушки, и инвалиды. Всем равные права.

Добиваются женщины, чтобы к ним относились серьезно. И что в итоге? Мужчины на улицах не помогают, двери перед тобой не открывают, вперед не пропускают. Даже с детьми. Зато очень активно помогают другие женщины. Для меня как-то странно, что мне помогает спускать с лестницы коляску женщина, в то время как ее муж спокойно идет рядом.

Добиваются женщины права работать и зарабатывать. И что в итоге? Право становится обязанностью. Мужья начинают возмущаться, если жена не работает. Требуют отдать ребенка в ясли и помогать кормить семью, даже если конкретная женщина этого не хочет или даже не в состоянии. Муж даже может развестись с ней, подать на нее в суд, потребовать алиментов.

Добиваются женщины своей независимости и потом имеют раздельный бюджет в семье, когда в холодильнике отдельные полки, муж дает жене в долг «до зарплаты», в ресторанах каждый платит за себя, а расходы на детей — пополам. И уйти в долгий декрет в такой ситуации невозможно страшно, я уже не говорю о болезнях или периоде без работы. Как же тогда можно будет колготки себе купить? Не у мужа же клянчить?

Добиваются женщины, чтобы мужчины не воспринимали их как сексуальный объект, не домогались. И в итоге мужчины лишний раз незнакомой женщине слова не скажут. Вот правда — за месяц наблюдений ко мне постоянно подходили поговорить женщины, но ни разу не подошел мужчина. А к мужу — наоборот. А как тогда мужчины и женщины вообще знакомятся? Никак? Только формально-официально? Скучно же…

Добиваются женщины положения, когда они могут жить без мужчины. И что дальше? Уже и детей без мужчины рожают, от анонимных доноров. Так и живут без мужчин — к чему готовишься, то и получаешь. Но много ли в этом счастья?

А чего на самом деле хотят все эти женщины, кричащие о равных правах? Быть защищенными. Но, так как мужчинам они не доверяют совсем, надеются защитить себя законом — и своей самостоятельностью. Только эта защита искусственная, с кучей побочных эффектов.

Хотят любви, чтобы ими не пользовались, как вещами, чтобы заботились… Но чтобы о женщине хотелось заботиться, она же должна быть женщиной, слабее, беззащитнее мужчины. А чтобы вас не воспринимали как сексуальный объект, нужно просто иначе одеваться и иначе к самой себе относиться.

Все женщины хотят понимания, принятия, чтобы их труд ценили и уважали… Хотят безопасности для себя и своих детей. А получается ювенальная юстиция, которая часто превращается в полный беспредел. И система защиты женщин от домашнего насилия, которая не решает главной проблемы, а лишь дает женщине возможность вести себя в семье как угодно. Лучше бы научили, как с мужем разговаривать, чтобы его это не бесило. И объяснили, в какой момент нужно прекращать служить и перемещаться в безопасное место.