Ольга Валентеева – Зов пустоты (СИ) (страница 56)
— Доверяю, Фил. Я — магистр пустоты Пьер Эйлеан.
Я даже не удивился. Наверное, даже ждал этого ответа. Кто же еще? Не темный магистр однозначно, магия Пьера темной не была. И странные заклинания на его квартирке… Дух-хранитель. Связи, которых не могло быть.
— Тогда у меня будет к тебе еще один вопрос, — сказал я Пьеру. — Но уже после того, как завершу обучение, или хотя бы наше задание. А пока, если увидишь Полли, передай, что я очень соскучился и беспокоюсь, все ли у неё хорошо.
— Передам.
— Спасибо!
Я поднялся и пошел к двери. Сейчас нам больше не о чем разговаривать. Но когда у меня в руках будет диплом гимназии, а её стены станут прошлым, я спрошу у Пьера, почему пустота приходит ко мне. Как я мог в неё провалиться.
Кристалл и свиток перекочевали в карман. Надо спрятать их незаметно для Роберта. А то еще найдет, будут проблемы. О том, как попасть в кабинет директора, думать рано. И потом, надо точно знать, где находятся списки. Что Пьер собирается в них найти? Ладно маги-зеркальщики, но выпускники? У него есть подозрения? Потому что я ничего не понимал!
В дверях чуть не сшиб Роберта с ног.
— Кто приходил? — спросил он, останавливаясь.
— Кузен, — ответил я.
— Какой, к демонам, кузен, Вейран? Мы оба знаем, что твои кузены живут у темного на рогах. И вряд ли горят желанием общаться.
Я промолчал. Роберт в сердцах сплюнул и вышел из комнаты, а мне нужно было скрьггь от посторонних глаз свои сокровища. Куда? В шкаф? Найдут. Под матрац? Или… Достал старую сумку, с которой пришел в гимназию, взял ножницы и аккуратно отпорол подкладку.
Положил в образовавшийся кармашек пергамент, а затем использовал бытовое заклинание, и ткань снова стала цельной. Вот так.
Видимо, Роберт использовал такое же, потому что его пиджак, совершенно целый, уже висел на стуле. Иногда и бытовая магия позволяет вершить великие дела. Я с горечью улыбнулся. Появление Пьера напомнило, что ничего не закончилось. Наоборот, только начинается. И от этого становилось страшно.
Вечером я никуда не пошел, несмотря на то, что Лиз открыто намекнула, где её искать.
Не до свиданий. Вместо этого с головой зарылся в учебники, пользуясь желанным одиночеством. Пьер — магистр пустоты… Сказал ли он Полли? И если сказал, как она отреагировала? Почему он вообще решил заняться делом Анри? Вопросов было больше, чем ответов. Неужели список из десятков имен способен часть этих ответов дать? Интересно, если я увижу его своими глазами, смогу ли понять, что задумал Пьер?
Глава 34
Как ни странно, утром я поняла, что выспалась. В окно светило ласковое солнышко, но в доме Дареаля совсем не было душно. Неторопливо умылась, переоделась. Снова здравствуй, свободная жизнь. Только страха почему-то не было. Наверное, я разучилась бояться. А после вчерашнего вечера мое отношение к Дареалю неуловимо изменилось. Да, передо мной по-прежнему был главный дознаватель магистрата. Палач. Иначе было сложно его назвать. Но за этим титулом стоял человек, переживший страшную потерю, и я понимала его. А того, кого понимаешь, обычно не боишься. Что он хотел мне предложить? Зачем привел к себе домой?
Хотелось уже получить ответ, поэтому, когда служанка пригласила меня к завтраку, я почти побежала в гостиную. Дареаль уже был там. Сидел за накрытым столиком, идеальный до невозможного. Каждая складка на форме, каждая стрелка на брюках, даже волосы на голове
— волосок к волоску. Само правосудие.
— Доброе утро, Полина, — кивнул он мне.
— Доброе утро, Этьен, — ответила тихо. Нескоро привыкну так его называть.
— Как спалось?
Светская беседа супругов после десяти лет брака. Стало даже весело, и я села напротив Дареаля, потянулась к чашке ароматного отвара.
— Собираетесь на службу? — спросила я.
— Да, и хочу пригласить вас с собой.
Чашка выскользнула из рук, разлетелась на мелкие осколки, а на ковре расплылось некрасивое коричневое пятно.
— Простите! — Я подскочила на ноги.
— Ничего. Молли!
Служанка тут же появилась в дверях и в две секунды очистила ковер бытовым заклинанием, а осколки смела на совок. Еще минуту спустя для меня принесли другую чашку.
— Я напугал вас, — усмехнулся Дареаль. — Если хотите, оставайтесь дома, но мне надо поговорить с господином Андре Паскуалем. Мне показалось, что вы хотели бы пойти со мной.
Паскуаль? Напарник Анри? Я едва не опрокинула вторую чашку.
— Я пойду с вами, — ответила торопливо.
— И не сомневался. Только прошу вас, Полли, сохраняйте спокойствие. И накиньте что-нибудь, чтобы никто вас не узнал. Ваша матушка подняла на уши всю столицу, ищет пропавшую дочь. Правда, старается сделать это без лишнего шума, но не выходит.
— Мама сторговалась с бароном Вольденом, — с горечью ответила я.
— Возможно, она просто желает вам счастья вдали от семьи Вейран.
Я промолчала. Дело не в этом. Матушка не слышала меня и не желала слышать, вот и все.
Она думала только о себе.
— И все-таки, Полли, что вам известно по нашему делу? Думаю, стоит отставить тайны, раз уж мы решили действовать сообща.
Решили? Видимо, да, раз я сижу в доме главного дознавателя. С другой стороны, кому я сделаю хуже? Уже никому. Поэтому начала с самого начала — зеркального заклинания, о котором говорили на суде, затем пересказала беседу с магистром тьмы.
— То есть, Фернан настаивал, что проблемы у Вейрана возникли из-за старого магистра? — Дареаль задумчиво потер подбородок.
— Да. Вы знали его?
— Магистра Тейнера? Знал. Какое-то время нам приходилось сталкиваться по долгу службы. Но я никогда не думал, что Виктор Вейран разругался с ним в пух и прах из-за женщины. Всегда было видно, что Виктор любит Анжелу, свою жену.
— Тогда какая была официальная причина ссоры? Из-за чего граф Виктор покинул столицу? — спросила я, допивая остывающий чай.
— Официально? — Дареаль уставился на меня тяжелым, пронзительным взглядом. — Политика, Полли. Тейнер пытался обвинить Виктора в попытке восстановить монархию. Вы же знаете, что Виктор — дальний родственник королевской семьи? Скажем так, непрямой потомок?
— Я что-то такое читала, — припомнила документы архива.
— То-то же. Прошло пятьдесят лет, а при слове «монархия» у магистров до сих пор поднимается шерсть на загривке. Магистрат — это власть. Неудобная, но все же.
— Почему неудобная?
— Посудите сами, Полли. То ли один маг, который управляет тремя видами силы, то ли три мага, которых выбирают артефакты, и которым надо как-то договариваться между собой, даже если они терпеть друг друга не могут. Занятно?
— Да.
— О том и речь. Например, Эйлеан иногда даже не здоровается с Кернером, а Кернер всегда терпеть не мог Таймуса, но им приходилось действовать слаженно, чтобы поддерживать баланс. Сейчас без Таймуса дела в магистрате обстоят неладно. Он все-таки был стар и мудр, а эти два мальчишки меряются носами.
Я улыбнулась. Представила магистров тьмы и пустоты с линейкой в руках, измеряющих, чей нос длиннее. Когда-то в Гарандии существовало поверье, что чем длиннее нос, тем больше ум.
— Вот и получается, что Тейнер открыто объявил Вейрана государственным преступником, — вернулся Дареаль к нашей теме. — Тот забрал сына, жену и уехал. Мне тогда было лет семнадцать, я еще оканчивал высшую школу дознания и защиты, когда поднялась шумиха. Мы даже разбирали это дело, как пример.
— И чем все закончилось? — Я пыталась понять, как же графу Виктору тогда удалось выйти сухим из воды.
— Тейнер так и не смог доказать вину Вейрана. Вскоре об этой истории позабыли, и граф спокойно вернулся домой. А еще несколько лет спустя магистр тьмы умер при странных обстоятельствах. Тогда многие говорили, что это Вейран отплатил за свою обиду, но, опять-таки, никто ничего не смог доказать, и состава преступления не обнаружено.
Я задумалась. В чем бы ни была причина конфликта графа и магистра, дело выглядело странно. Может, и сейчас кто-то решил, что Вейраны хотят получить власть? Если рассудить, у них было бы на это право, если бы не существовало магистрата. А может, Виктор и хотел?
Откуда мне знать? Избавились ведь не только от него, а и от Анри. И Фил едва не стал жертвой этой бойни. Хотели прервать род? Опасный…
— Время. — Герцог взглянул на часы. — Идемте, Полина. После допроса у меня еще много работы.
Я сбегала в комнату, переоделась, накинула ту самую накидку, которую использовала на суде, чтобы не привлекать внимание. Дареаль оценил мой внешний вид и усмехнулся.
— Такое чувство, что вы готовились, — заметил он. — Что ж, Полли, давайте сразу обговорим условия. Вы не вмешиваетесь в ход допроса и на некоторое время превращаетесь в немую. Идет?
— Да, — без колебаний ответила я.
— И не пугаетесь, что бы вы ни увидели.
Сразу стало не по себе. Зачем Дареаль вообще разрешил мне присутствовать? Чтобы доказать свою добрую волю? И готовность сотрудничать? Мне виделось именно так. Но я готова была пойти и за самим темным богом, если бы это помогло добраться до истины.
Поэтому без сомнений села в знакомый черный экипаж. Как все-таки быстро привыкаешь к подобным вещам — всего пару дней назад я не подошла бы к экипажу и на пушечный выстрел, а уже сегодня готова была ехать в нем вместе с человеком, которого должна ненавидеть.