Ольга Валентеева – Зеркальный страж (страница 9)
— А? — Вилли вздрогнул всем телом. — Напугал. Я не слышал, как ты вошел.
Плохи дела…
— Ужин, — напомнил я.
— А ты? Со мной не будешь?
Качнул отрицательно головой. Есть не хотелось. Настроение было откровенно гадким, хоть и причин для этого не существовало. Бывает… Пройдет.
— Что ты рисуешь? — Взял со стола листок, пока Вилли схватил ложку и глотал кашу, даже не жуя.
— Отдай! — сорвался тот, даже не проглотив еду, а я с удивлением разглядывал собственную физиономию. Если бы встретил такого типа на улице, перешел бы на другую сторону. Потому что на лбу даже без букв можно было прочитать: «Убью». Что ж, так и должно быть. Все правильно.
— Я не трогаю, — опустил рисунок на место. — Ешь, волчонок.
Вилли покосился на меня подозрительно и опять принялся есть, а я сел на диван и наблюдал за ним. О причине, которая привела сюда волка, я догадывался и без рассказа Фила. Но башня пустоты — не то место, где ему стоит находиться.
Тарелка осталась пустой, а Вилли тоже перебрался на диван.
— Ну, давай, — сказал он.
— Что? — уставился я на него.
— Воспитывай.
Я едва сдержал смех.
— Послушай, волчонок, на то, чтобы тебя воспитывать, есть твой папа и его супруга. У меня же несколько другая профессия или обязанность, не находишь?
Вилли молчал. Только рисовал носком ботинка узоры на полу.
— Расскажешь? — спросил я, хотя на самом деле разговаривать не хотелось. — Что у тебя случилось?
— Да ничего. — Он пожал плечами. — Все очень просто. Я… не хочу быть отцу обузой.
Вот тебе и приехали! Это что за новости?
— И чем же, позволь спросить, ты его обременяешь? — поинтересовался осторожно.
— Да всем, — фыркнул Вилли. — Только и слышно: не то, не так. Не бери, не стой, не сиди. Только под ногами путаюсь.
Это было бы смешно, если бы Вильям не говорил на полном серьезе.
— И поэтому ты решил уйти из дома?
— Да. Я уже взрослый, сам могу о себе позаботиться. А у него теперь другая семья, другие дети.
Я замер. Не вспоминать! Забыть, закрыть на засов, запереть… Пары секунд хватило, чтобы успокоиться. В случае Вилли все не так страшно, как видится волчонку, я уверен.
— Я думаю, ты не прав, — сказал ему. — Ты тоже его семья.
— Да, но… Понимаешь, они маленькие. Им все можно. А мне — ничего. Почему так?
— Может, потому что они маленькие? — Я все-таки улыбнулся. — Сколько у тебя младших?
— Трое, — горестно вздохнул Вилли. — Средняя сестра, ей четыре. И еще двойняшки, мальчишка и девчонка, им по два. Везде лезут! Нигде не скрыться. И даже с отцом не поговорить, понимаешь? Сразу один из трех, но мешается. Хотя ему некогда со мной разговаривать даже без них. У него дела, поместье, какие-то сделки. А что я? Так, ничто. Боевой магии учиться не желаю, рисую что-то. Он злится, я злюсь. Нет, нам лучше держаться подальше друг от друга.
— Ты ему об этом говорил? — спросил я.
— Да нет же! Объясняю, с ним невозможно что-то обсудить! — взвился Вилли. — А когда получается, он все равно меня не слышит. Я там лишний, Андре.
Глупый волчонок… Впрочем, Дареаль сам виноват. Если у него целая орава малышни, это еще не означает, что надо забыть о старшем.
— Послушай, Вилли, — попытался подобрать слова, хоть в этом никогда и не был силен, — если бы ты был там лишним, то твой отец не приехал бы в столицу.
— А он приехал? — мигом побледнел мальчишка.
— Да, и ищет одного непутевого волчонка. Не знаешь такого?
Вилли опустил нос и уставился в пол.
— Я… понимаю, почему ты себя так чувствуешь, но… он у тебя хотя бы есть. Цени. И даже если не хочешь видеть, возьми хотя бы визор и напиши, что жив и здоров. Он ведь волнуется.
— Думаешь? — неуверенно спросил Вилли.
— Уверен. Хочешь, взглянем, чем он занят? Думаю, тебя это удивит.
— Хочу, — ответил тот.
Я поднялся и подошел к настенному зеркалу. Коснулся, призывая магию, начертил силой линии на стекле. Что ж, удивил так удивил. Просто не то слово как! Только не Вилли, а меня самого, потому что герцог Этьен Дареаль как раз подходил к воротам башни пустоты.
ГЛАВА 7
Я не виделся с Полли два года. Теперь стало ясно, что она просто избегала меня. Пыталась защитить таким образом, уберечь от возможной влюбленности, потому что никогда бы не полюбила в ответ. Ей был нужен ее магистр и никто другой. Так было с самого первого дня нашего знакомства, так осталось и теперь. Анри Вейран. Я когда-то был настолько глуп, чтобы его ненавидеть. Сейчас, конечно, все переменилось. И когда я вспоминал о знакомстве с графом Вейраном, понимал: было за что его уважать. В нем была внутренняя сила, неподвластная многим. И такая же сила, только сердечная, была в самой Полли.
Я не представлял, что ей скажу, но хотел точно знать, остались ли у меня к ней чувства. Потому что когда-то Полли заменила мне целый мир. Я замер перед большим особняком. На клумбах уже расцветали первые розы. Сам дом, столько переживший пять лет назад, казался наряднее обычного. Теперь за ним тщательно следили, ухаживали, берегли.
Стук в ворота — и такой же оглушительный стук сердца. Несколько томительных минут ожидания, пока не появится слуга. И вопрос, который застрял в горле:
— Могу я видеть мадам Полину Вейран?
— Пройдите за мной, — поклонился слуга. — Как о вас доложить?
— Пьер. Пьер Лафир.
Я миновал вымощенную декоративным камнем дорожку и вошел в дом. Внутри царили уют и прохлада. Слуга провел меня по первому этажу в большую светлую гостиную. Ее украшал герб светлого магистрата. Значит, личные комнаты магистра и его супруги. Еще пара мгновений — и раздались знакомые шаги, а Полли почти влетела в комнату и замерла.
— Пьер! — обрадованно воскликнула она. — Такой приятный сюрприз.
— Здравствуй, Полли, — улыбнулся я.
Материнство украсило Полину. Ее лицо стало мягче, улыбка — светлее. При этом она осталась все той же Полли, которая спасала своего будущего супруга из лап Пустоты. Полли тоже смотрела на меня с легким удивлением. Конечно, можно было сыграть перед ней Пьера Лафира, но я не хотел.
— Присаживайся, — пригласила Полли. — Может, чай?
— Нет, спасибо, я ненадолго.
Я и сам не знал, надолго или нет. Зависело от хода нашего разговора.
— Полли, я… все вспомнил.
На миг она побледнела. В лучистых глазах мелькнул испуг, и я поторопился взять ее за руку:
— Не беспокойся. Моих чувств к тебе больше нет. То есть я по-прежнему люблю тебя, но как друга.
И это было правдой. Мне было радостно видеть Полли, ловить ее улыбку, ощущать тепло. Но это — дружеская симпатия, не любовь. И от этого было радостнее вдвойне.
— Ты знаешь, я счастлива, что ты пришел, — совладала Полли с первым удивлением. — Давно хотела тебя увидеть, но все как-то…
— Боялась? — подсказал я.
— Да, немного, — смутившись, согласилась Полина. — Мне казалось, что нам не стоит встречаться, потому что…
— Я все понимаю, Полли. Больше не о чем беспокоиться. Расскажи, как ты.
— Да что я? Муж, дети. Илберт еще совсем маленький, занимает почти все мое время. А ты?