Ольга Валентеева – Вызов для ректора (страница 24)

Глава 17

Мыши и мышеловки

Я говорил, что жизнь в четырех стенах – это каторга? Нет уж! Куда хуже трястись в экипаже по зимней дороге, то и дело подпрыгивая на очередной кочке. Милли цеплялась за меня, чтобы не вылететь с сиденья. Сам я держался за все, что попадалось под руки, но все равно подскакивал каждый раз, стоило колесу наехать на рытвину или колдобину.

– Дар, ну почему в Арантии такие дороги? – спрашивал сквозь зубы.

– Потому, – спокойно отвечал крон, который единственный, казалось, не реагировал на тряску, – что на дворе зима. Вот придет весна, и прикажу местным властям ими заняться. Вообще, подумываю подбросить придворным магам новую задачку – создать экипаж, который двигался бы на магии. Допустим, плыл над дорогой. Или скользил зимой, как сани.

– Идея хороша, а воплощать кто будет?

– Ты у нас ректор академии, ты и расскажи.

В такие минуты Дара хотелось хорошенько встряхнуть. Но я напоминал себе, что крон Арантии – лицо неприкосновенное. А значит, остается закрыть рот и ждать, когда же пытка экипажем закончится. А тут еще и едва выпавший снег начал таять. Колеса вязли в грязи, я мысленно ругался все сильнее, а Милли посмеивалась, глядя на мое грозное лицо.

– Ничего, скоро будем в Леденвиле, там и отдохнем, – успокаивала она меня.

– Все равно не понимаю, зачем мы тащимся в Леденвиль, если Иврин слышать не хочет о брате.

– Пусть разберутся сами, – ответила Милли. – Шаор очень беспокоится за брата и имеет право знать, что тот жив.

Я промолчал. Больше всего на свете хотелось поскорее попасть в академию, к студентам. Пусть мою жизнь снова наполнят лекции, семинары, практикумы, подготовки к мероприятиям. Этого безумно не хватало! А вот совать голову в пасть неизвестному Шаору, когда только что спасся из лап других безумцев, хотелось мало. Но я молчал. Милли имеет право поступать так, как считает нужным.

– Я бы туда не возвращался, – подал голос Кертис. – Шаор этот – мутный тип, еще и мнит себя чуть ли не кроном. Называет себя правителем Леденвиля. Я вообще удивлен, как мы от него живыми-то ушли.

Еще одно доказательство, что ничего хорошего нас в Леденвиле не ждет.

– Раз Милли считает, что нам стоит побеседовать с этим Шаором, значит, побеседуем, – подвел черту Дар. Вот умел крон сказать то, что надо, и вовремя.

Возражений не нашлось. Зато, когда вдали показались крыши Леденвиля, я был готов идти к неведомому Шаору пешком. Экипажи, скрипя, миновали ворота и вскоре остановились у гостиницы. Я вывалился из дверцы первым и подал руку Милли. Она аккуратно спустилась на мостовую, а я вертел головой по сторонам. Что сказать? Леденвиль не казался каким-то из ряда вон выдающимся. Обычный городок, очень похожий на Кардем. Даже слишком похожий – сразу захотелось ехать дальше. Но вместо этого мы разместились в гостинице. У хозяина заведения даже глаза загорелись, когда он увидел, сколько человек к нему пожаловало, и подсчитал, сколько денег он получит. Дар опять скрылся под иллюзией. Именно он договаривался с хозяином об оплате, и, судя по мигом помрачневшему лицу последнего, крона оказалось не так-то просто провести. Что ж, годы управления страной не прошли даром.

Мы разместились в уютных комнатушках. Ужинать решили отдельно, чтобы не создавать шумиху вокруг своего приезда. Но, как только стемнело, хозяин гостиницы запер дверь. А мы, наоборот, оживились. Сборы были недолгими. Я захватил Реуса, накинул плащ и спустился на первый этаж. Здесь меня ждали Милли, Иврин и Дарентел. Решили идти к Шаору вчетвером. Дара я тоже отговаривал, но крон оказался непреклонен. Решил, что пойдет – значит, так и сделает.

Остальным, конечно же, о планах говорить не стали. Обмолвились только, что утром нанесем визит брату Иврина. Потому что не нужно было быть провидцем, чтобы понять – нас не отпустят. Поэтому уходили быстро, стараясь остаться незамеченными. Вот только уйти вчетвером нам не дали. Мы не отошли от гостиницы и десяти шагов, как понял – за нами следят.

– Выходите, – обернулся к пустоте.

Из тени появились все те же лица: Кертис, Гарден, Шип, Найт. Неужели только бывший узник, Микель с братом и Мия оказались настолько послушными, что остались в гостинице? Но нет, вот и они вышли на окрик Гардена. Все в сборе.

– Вам не кажется, что брат Иврина решит, будто мы пошли на него войной? – оглядел наше маленькое войско. – Знаете, ребята, я, конечно, благодарен вам за смелость, но таким составом мы никуда не пойдем. Микель, ты зачем притащил ребенка? Мия, ты вообще не боевой маг, будешь только мешаться под ногами. Риччи, ты сам едва выбрался из заточения. Шип, Найт, с каких это пор вы не выполняете распоряжений ректора? Знаете, ребята, вам стоит вернуться.

– Нет, – за всех ответил Шип. – Там может быть опасно.

– Вот именно. Поэтому я предпочел бы, чтобы половина отряда осталась на свободе, чтобы помочь в случае опасности.

Парни переглянулись – похоже, признали, что я прав. Но уходить не торопились.

– Я с вами, – заявил Гарден тоном, не терпящим возражений. – Посмотрю, что у Шаора в голове, или заставлю мозги вскипеть, если понадобится.

– И я, – поддержал его Кертис. – Остальные пусть возвращаются.

Студенты снова покосились друг на друга, на меня – и пошли прочь, увлекая за собой Мию и Риччи. Микель медлил. Но потом словно решил что-то и догнал остающуюся в гостинице группу.

– Итак, теперь нас шестеро. – Я взглянул на нежданную подмогу. – Что ж, так даже лучше. Как думаете, брат Ива нам сильно обрадуется?

– Учитывая, что Ив с нами, – возможно, – предположил Дар. – Давай поскорее закончим с этим.

Крон свернул в темноту, но вдруг резко остановился. А из соседних проулков к нам метнулись многочисленные тени, от которых ощутимо веяло аномалией. Нечего сказать, теплый прием. Уже схватился было за Реуса, когда Милли опустила ладонь мне на руку:

– Не надо, Аль. Они не причинят нам вреда.

– Добрый вечер, – поклонился один из мужчин, прикрывая лицо полой плаща. – Прошу идти за нами.

– Грех не ответить на такое любезное приглашение, – отозвался я. – Но где гарантии нашей безопасности?

– Никаких гарантий, – ответил провожатый. – Только вы пойдете, по своей воле или нет.

– Замолчи, Раардин. – Иврин вдруг сделал шаг вперед. – Сейчас ты отведешь нас к брату, а твои товарищи продолжат обход, потому что я не преступник, чтобы вести под конвоем.

– Прости, Эрни. – Тот поморщился, словно съел кислое яблоко. – Но приказ есть приказ. И тебя он касается вдвойне. Шаор крайне зол из-за твоего отсутствия. Поэтому пойдем по-хорошему.

– Мы идем, – вместо Иврина ответил я, понимая, почему парнишка не хочет встречаться с братом. Мне тоже не хотелось, но есть вопросы, которые лучше решить сейчас. – Прошу, проводите нас, господа. Иначе, боюсь, нас просто сожрут на гостеприимных улочках вашего города.

Аномальные маги переглянулись – и пошли прочь, словно знали, что мы действительно идем следом. Мы и шли. Вот только правитель ночного Леденвиля нравился мне все меньше и меньше. А ведь мы еще даже не знакомы.

Нас вели по пустынным улочкам. Я чувствовал себя мышью, которую решили скормить не в меру прожорливой кошке. Наверное, мои спутники ощущали себя так же. По крайней мере, ладонь Милли в моей руке едва заметно дрожала. Сам я страха не испытывал, потому что давно уже не был комедиантом, боящимся одного словосочетания «аномальный маг». Скорее, было неприятно ощущать себя пешкой в чьей-то игре. И в данный момент этот кто-то звался ночным правителем Леденвиля. Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что вот-вот встретится с настоящим кроном Арантии? Лучше ему этого и не знать.

Наконец, наша маленькая процессия остановилась перед небольшой дверцей. Глава отряда стукнул, и дверь тут же отворилась – значит, нас ждали. Только вместо коридора нас встретила еще одна дверь, а за ней – длинная лестница, уходящая куда-то в подвал дома. Выбора нам не оставили, поэтому пришлось считать ногами ступеньки. Их было ровно сорок. К концу спуска воздух стал затхлым. Запоздало накатила паника, напоминая о недавнем пребывании в подвалах академии.

Вдруг сумрачный свет сменился яркими факелами. Мы миновали коридор и вошли в огромный зал. На подобии трона восседал примечательный тип. Они с Иврином были совершенно не похожи. Иврин – худощавый, гибкий, светловолосый. А Шаор, ибо я не сомневался, кто передо мной, – высокий, мускулистый, рыжеватый, с узкой бородкой и недобрым прищуром карих глаз.

– Ваше величество, – поклонились ему провожатые.

Вот так новость. Главное, чтобы сейчас кое-кого не сожгли молнией, иначе драки не избежать. Но Дар только взглянул на противника свысока. Как у него это получалось, хоть стоял у подножия трона, – ума не приложу. Дарентел был настоящим кроном. А Шаор – лишь жалкой пародией, подделкой. Даже до Владиса ему было расти и расти.

– Рад приветствовать вас в моем скромном жилище, – милостиво обратился к нам Шаор.

Скромном? Ну-ну. Если такое обилие золотого – это скромно, то что тогда нет?

– Я вернулась, как и обещала, – ответила ему Милли. – И нашла вашего брата.

– Вижу. – Шаор наконец взглянул на сжавшегося, словно струна, Иврина. – Очень рад, братец, что ты решил почтить меня визитом.

– Я бы не почтил, да друзья настаивали, что надо сначала рассчитаться с долгами старой жизни, чтобы начать новую, – ответил Ив. Такое сокращение мне нравилось куда больше, чем Эрни.