Ольга Валентеева – Туманный колокол (СИ) (страница 98)
я веду?
- Пусть Полли придет сама, тогда мы поговорим.
- Она не продет. Но я даю вам неделю, чтобы решить вопрос с наследством без
постороннего вмешательства.
Иначе на правах жениха Полины я возьму это дело в свои руки. И... - заметил, что
Кристина открыла рот, - скажу сразу, что не стоит обвинять меня в корысти. Мне ваши
деньги ни к чему. Но я не понимаю, почему дочь барона должна бедствовать, жить у чужих
людей и зарабатывать себе на жизнь уроками.
- Вы слишком много говорите, граф Анри, - усмехнулась Кристина. - Так почему
Полли живет не у вас?
- Мы решаем этот вопрос.
- Ну-ну, - Кристина постучала пальцами по подлокотнику кресла. - Впрочем,
наверное, и к лучшему, что вы пришли сами. Так вот! Полина сама решила уйти. Как в
первый, так и во второй раз. Я понятия не имела, где её искать. Даже предлагала награду,
чтобы мне помогли найти дочь. А все ваши претензии ко мне не имеют оснований. Но чего
еще ожидать от Вейрана?
- Если вы еще раз коснетесь моей семьи, я за себя не ручаюсь, - сказал открыто.
- Да? Любопытно. Интересно, что бы сказала ваша матушка, если бы слышала сейчас,
как её сын разговаривает с матерью будущей супруги?
Я сжал кулаки, а Кристина рассмеялась.
- Послушайте меня, граф Вейран, - сказала она. - Вопрос с дочерью я, конечно, решу,
но не потому, что вы тыкнули меня в него носом. Брак ваш не одобряю и не одобрю. Вы
никогда не были достойны Полины, и репутация вашего семейства... Не гладите так, вам не
к лицу! Так вот, репутация вашего семейства оставляла желать лучшего. Я знаю, что у
моего супруга были общие дела с вашим отцом. И знаю, что у вашего брата существуют
определенные проблемы с магией. Иногда и у стен есть уши.
- Нет никаких проблем, - ответил я.
- Да? И вашему отцу не предсказывали, что ваш брат либо спасет эту страну, либо
погубит её? Точнее, не конкретно он, а темный маг, родившийся в его светлом семействе.
Я так понимаю, темный маг у вас один? Но речь не об этом.
Я о подобных пророчествах слышал впервые, и сейчас таращился на Кристину Лерьер,
как на сумасшедшую.
- Несмотря на всю неприязнь к вам, граф, - продолжила она, - есть кое-что, что вы
должны знать. Увы, я не смогла встретиться с вашим братом - он тоже отлично умеет
прятаться, поэтому держу данное слово и говорю вам лично. Ваша матушка жива.
Что? Если бы я не сидел, верно, упал бы, потому что комната вдруг пошла кругом. Я
боялся поверить! И так хотел!
- Как? - только и сумел спросить.
- Вот, и спеси сразу поубавилось. Да, граф? - прищурилась Кристина. - И совестить
меня не хочется. В ту ночь, когда на ваш дом напали, я искала Полину. Она сбежала из
дома, как только я забрала её из коллежа. Не пожелала уезжать. Если бы я знала! Пусть
бы и дальше была в коллеже под замком. Но случилось то, что случилось. И я испугалась,
что дочь может быть у вас дома, поэтому поехала туда. Слишком близко подъехать не
удалось - толпа свирепствовала, но за отдельную плату меня провели окольными дворами.
Там мы и встретились с графиней Анжелой. Она была ранена, но несерьезно. Мне бы,
конечно, пройти мимо, но все-таки чуть не стали родственницами... Поэтому я оборвала
магически её след, и ночевала она здесь.
- А потом? - тихо спросил я.
- Потом уехала. Куда - не знаю. Не спрашивала, но обещала сказать, если вы
объявитесь, что она жива и здорова. Обещание выполнено.
- А... отец?
- Увы, граф остался в особняке. Зато я узнала, что разминулась с Полиной буквально
на четверть часа, но так её и не нашла. Передайте Полли, что с ней свяжутся законники
нашей семьи. На этом все. Уж извините, нет желания вцдеть вас дольше положенного.
Я хотел бы сказать Кристине еще многое, но понял, что не могу. Не сейчас. Мне надо
поверить, осознать. Мама, мамочка, где же ты? Почему не с Филом? Знаешь ли, что я
вернулся? Кажется, я даже не попрощался. Сбежал из дома Полли, а потом еще несколько
часов шатался по улицам, будто пьяный, и не знал, что мне делать.
Давным-давно стемнело, приближалась полночь, а я все никак не мог пойти домой.
Иначе, казалось, Филипп прочтет мои мысли, как раскрытую книгу, а я до сих пор не
решил, стоит ли давать брату ложную надежду. Да, мне тоже было безумно больно, когда
герцог Дареаль сообщил, что матери и отца больше нет. Но тогда боль смешалась с
другой, и я не водел их мертвыми, мог хотя бы не верить. А Фил водел - и я до сих пор не
знаю, как он это пережил. Точнее, частично видел в пустоте, как, и даже наблюдать со
стороны было непросто. Может, стоит промолчать? Пока сам сумею узнать, где сейчас