Ольга Валентеева – Туманный колокол (СИ) (страница 83)
- Ты едешь к Анри? - спросила я, а сердце ушло в пятки.
- Да, - ответил Этьен. - Мне надо немного с ним побеседовать, и, готов поспорить,
разговор будет не из приятных. У Анри Вейрана есть причины меня ненавидеть, сама
знаешь. Но лучше с ним поговорю я, чем коллеги. Заодно узнаю, в каком он настроении.
Так ты со мной?
- Да, конечно.
- Только подождешь в экипаже, пока мы поговорим? Боюсь, если Анри увидит тебя,
он и вовсе не станет со мной беседовать.
- Хорошо. Я быстро.
Собиралась действительно поспешно. Даже попала в туфельки ногами не с первого
раза. Внутри все сжималось от страха - и ожидания встречи с Анри. Моим Анри, как бы он
себя не вел. Мы сели в экипаж. Я заметила, что лето еще не наступило, а на деревьях уже
полно было желтой листвы. Как и предсказывал осенью Этьен, проблема так и не
решилась. В Гарандии не нашелся новый магистр света, и природа сходила с ума. А если
Анри... Но магистры не женятся, это все знают. Только никто не говорит, почему.
- Ты слишком напряжена, Полли, - заметил Этьен. - Это ведь твой жених, ты так
ждала его. Улыбнись.
- Ты прав. - Улыбка наверняка получилась искусственной. - Я просто... Этьен, что бы
я без тебя делала?
- Боюсь, граф Вейран считает, что без меня вы бы с ним давно были вместе, и никто
бы его не осудил, - усмехнулся герцог. - Но был бы кто-то другой. Пост главного
дознавателя никогда не останется пустым.
- Ты прав, - склонила голову. - Я надеюсь, Анри поймет. Он очень хороший человек.
- Мало быть хорошим, Полли. После общения с графом я могу сказать одно - он
крайне упрям, как и его отец. И не склонен слушать никого на свете. Боюсь, сейчас у меня
будет возможность в этом убедиться.
Экипаж остановился неподалеку от дома Анри. Этьен поспешил к воротам, а мне
оставалось только ждать. Он долго не возвращался. Выслушал ли его Анри? О чем они
вообще разговаривают? И что делать мне самой? Сердце то замирало, то снова пускалось
вскачь. Я чувствовала себя преступницей, ожидающей приговора. Почему? Я ведь люблю
Анри. Но больше не знаю, любит ли он меня.
Вот показался Этьен. По его лицу я сразу поняла, что герцог крайне зол. Он сел в
экипаж и так хлопнул дверцей, что она жалобно запела.
- Что? - спросила тихонько.
- Я был воплощенным спокойствием, - рыкнул Дареаль. - Но этот сопляк на кого
лаять-то вздумал? Решил, если самой Пустоте он не по зубам, до него никто не доберется?
Посмотрим, как он запоет, когда магистрат решит пообщаться поближе.
Похоже, Анри превзошел сам себя, потому что таким злым я Этьена еще не видела.
- Нет, это же надо! Решил, что вправе указывать мне на дверь? Если захочу, от меня
никакая дверь не спасет! Кстати, почему ты не сказала, что младший Вейран тоже
вернулся домой?
- Забыла, - пожала плечами.
- Хоть у одного человека в этой семейке голова там, где ей положено быть - на
плечах. Знаешь, Полли, я бы тебе не советовал сегодня разговаривать с графом. У него
крайне дурное настроение, и, уверен, он мастерски испортит его и тебе.
- Было бы, что портить, - вздохнула я.
- Значит, пойдешь?
- Пойду.
- Тогда удачи. Прислать за тобой экипаж?
- Не стоит, я дойду сама. Привыкла ходить пешком.
Мы попрощались с Этьеном, и я поплелась к дому Анри. Страшно было представить,
что он мне скажет после беседы с герцогом. Главное, чтобы не догадался о том, что мы
приехали вместе. Иначе шуму будет!
Прежде, чем успела постучать, входная дверь отворилась, и навстречу вышел сам
хозяин дома. Сегодня он выглядел гораздо лучше, но следы пребывания в пустоте все
равно исчезнут нескоро, включая неестественную бледность и худобу. Захотелось
прикоснуться, прижаться, успокоить.
- Здравствуй, - Анри шагнул ко мне. - Я ждал тебя раньше.
- У меня были занятия, - почему-то смутилась. - Работа...
- Работа, значит? - хмыкнул он. - Ладно, поговорим и о твоей работе. Ццем?
Протянул мне руку, и мы вошли в дом. Здесь было очень тихо, но из окон лился
солнечный свет, заливая все вокруг. И дом сразу казался уютным, пусть и не таким, каким
был при жизни графини Анжелы.
- Полли, нам надо обсудить кое-что.
Наверное, так мог бы начинаться любой кошмарный сон. Потому что я не знала, о чем