Ольга Валентеева – Танец под дождем (страница 41)

— Так-так, — улыбнулась ее величество, — вот и почти все герои дня. Как себя чувствует юный лорд Роукин, ректор Голд?

— Ему лучше, ваше величество, — ответил дракон в своем человеческом облике. — Но до завтра попрошу не беспокоить, пусть отдыхает. Сейчас я влил в него столько магии и зелий, что мальчишка проспит до утра.

— Конечно, Сальван, — королева чуть склонила голову. — Присаживайтесь, господа. Я жажду услышать новости из первых уст. Когда вчера ночью во дворец пробрался Клеменс, я уже потеряла всякую надежду на спасение мужа и сына. Но Лем так ловко организовал атаку!

— Вместе с отцом, ваше величество, — добавил Клеменс.

— Конечно, но не умаляй своих заслуг, мальчик мой. Ты храбрый юноша и сумел всех поднять на борьбу. А теперь расскажите о том, что случилось на площади. Мне известны лишь крупицы.

Мы предоставили рассказ Рейнарду, как самому краткому из нас. Он, действительно, в двух словах изложил, как мы взорвали помост, отвлекли внимание, и Рейн вколол отцу магическую инъекцию.

— Надо же… — проговорила королева. — Эббот всегда бредил исследованиями. Кто же знал, что они не доведут до добра. Ректор Голд, и ваше появление стало для нас настоящим спасением, иначе я бы потеряла супруга.

— На самом деле, мы со студентами приготовили еще зелья, — сказал ректор, — и допросили всех преподавателей, сражавшихся на стороне врага. И один из них признался, что видел, как лорд Эббот пытался лично снять купол. Я поначалу подумал, и что такого? А потом: зачем лорду Эбботу лишать нас единственной защиты? Поэтому и принял решение немедленно лететь в столицу и предупредить об опасности. Опоздал…

— Но вы прибыли вовремя, чтобы нейтрализовать яд, — улыбнулась королева Анна. — Признаюсь, ваша идея с академией оказалась блестящей.

— Я рад, что вы поверили в меня и убедили его величество, — ответил Голд.

Так вот кто поспособствовал открытию безмагической академии! Сама королева! Но почему тогда… Почему они с королем позволяли так относиться к людям без магии? Понимали ведь, что так нельзя!

— Если позволите, я украду у вас своих студентов, — миролюбиво попросил Голд.

— Ах, да! — Королева поднялась на ноги. — Я буду у его величества, если кому-то понадоблюсь. Отдыхайте, оставьте все проблемы хотя бы до завтра.

И покинула нас, а мы тут же уставились на ректора Голда.

— Что? — Он едва не покраснел. — Надо было сразу с вами лететь! Эви мне всю плешь проела. Кстати, Эвелина тоже в столице, я оставил ее в доме старых знакомых, так что завтра сможете увидеться.

— Ура! — Я не сдержала возгласа. — Вы очень вовремя, ректор Голд! А как же академия?

— Оставил ее на Лардена, — поморщился дракон. Представляю, что ему пришлось пообещать нашему куратору, лишь бы он согласился! — А вы тут, смотрю, времени зря не теряли. Молодцы! Справились, горжусь. И все-таки с трудом верю, что за всем стоит Эббот.

— Тем не менее, это так, — сказал Рейн. — Ректор Голд, а как быть с обнулением? Может, есть способ обратить волну вспять?

— Надо искать, — вздохнул дракон. — Эви уже вытребовала у меня десять чешуек, и мы с ней попробуем найти нужные компоненты, но не мешало бы узнать, как изначально была создана волна, похитившая магию. На крайний случай, у нас останутся магические инъекции. Подействовал ведь укол на короля, а он должен был полностью потерять магию. Одним словом, у нас много работы, господа студенты. И сделать ее нужно быстро, учебный год не станет ждать. Как и профессор Ларден… Сейчас отправляйтесь-ка отдыхать. Мы с Эви присоединимся к вам завтра утром. Тогда и будем думать, как быть. Может, Эббот-старший согласится сотрудничать?

— Вряд ли, — тихо сказал Вилл. Он выглядел и вовсе угнетенным. Еще бы! Это ведь был его воспитатель.

— Выше нос, ваше высочество, — усмехнулся дракон. — Дурные времена позади, так и нечего грустить.

— Вы правы, ректор Голд. Но сейчас мне тяжело принять правду. Я доверял лорду Эбботу, он знал обо мне больше, чем родители.

— Понимаю, — вздохнул Сальван. — Ладно, марш по комнатам! А то мы так никогда не разойдемся.

И первым покинул гостиную королевы-матери. Я взяла под руку Рейна, Лем и Вилл шли рядом с нами.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Рейнард младшего брата.

— Лучше, — ответил он. — Если бы еще не…

И замолчал. А потом продолжил неожиданно:

— Я уже сказал отцу, что не желаю становиться королем. Поэтому, Рейн, будь так добр, согласись.

— С чего бы это? — замер Рейнард. — Я отрекся от наследования уже давно, и…

— Ты будешь лучшим королем, чем я, — скороговоркой выпалил Вилл, обогнал Рейна и скрылся в очередном коридоре.

— Потом с ним поговорю, — вздохнул Рейн. — И с отцом тоже.

— Но ты ведь понимаешь, что Вилл прав, дружище? — Клеменс похлопал его по плечу. — Твой отец еще не стар, будет править долго, а потом… Потом ты станешь для него достойным преемником. Не артачься!

— Отец хочет, чтобы я занял трон сейчас, — со вздохом признался мой любимый, а я замерла. Если Рейн сейчас станет королем… Разве получится у нас быть вместе?

— Не беспокойся, — он обернулся ко мне. — Я пока не дал своего согласия и не собираюсь его давать. У меня и так дел хватает, а после восстания их количество только возрастет. Завтра в полдень будет вынесен приговор лорду Эбботу и его сыну. Отец хочет, чтобы мы все присутствовали в зале суда, когда это произойдет. Вот то, что сейчас имеет значение. А трон… Что мне трон? Не хочу я.

Махнул рукой и ускорил шаг. Я догнала его, пошла вровень. Мы попрощались с Клеменсом — он собирался к родителям, а сами свернули в небольшую гостиную, находившуюся рядом с нашими комнатами. Сели рядышком на софу, переплели пальцы.

— Послушай, Рейн, — начала я осторожно, — по поводу трона. Мне не хотелось бы становиться королевой, но… Если ты так решишь, я буду рядом. И если решишь, что королевой должна быть не я…

— Мелли, что ты такое говоришь? — Рейнард едва не подскочил. — Пусть кто-то хотя бы попробует заикнуться, что мне нужна другая жена! Вот что, давай вернемся в академию сразу после суда и на зимнем балу поженимся, а?

— Давай, — рассмеялась я, сразу чувствуя, как за спиной будто вырастают крылья. — И продолжим обучение, да?

— Да, а Эви с помощью чешуек Голда создаст обратную волну…

— И больше никакой магии!

— Никакой.

Я обняла своего принца и замерла. Его слова казались прекрасной сказкой. Вернуться в академию, снова учиться вместе, устраивать каверзы ректору и куратору Лардену. Как бы я этого хотела! Но сейчас моя мечта казалась неосуществимой. Однако, Рейн прав. Сначала надо пережить суд. Несмотря на проступок лорда Эббота, я не желала ему смерти. Понимала, что он убил бы нас, не пожалел, и все же…

— Как думаешь, Эббота казнят? — спросила Рейна.

— Да, — ответил он. — Однозначно. А вот за его сына я буду просить. Ты поддержишь меня?

— Конечно, родной. И сегодня, и всегда.

Мы так сидели долго, очень долго, и я постепенно успокаивалась. Тяжелее всего было разомкнуть руки сейчас, когда все самое страшное оказалось позади. Я боялась, что это только сон, а когда проснусь, Рейна не будет рядом. Но он здесь, со мной. Это ли не главное?

Мы разошлись ближе к вечеру. Я едва помнила, как разделась и легла. Уснула почти сразу и спала крепко до самого рассвета, не слыша ничего на свете. Проснулась, когда солнце разогнало сумрак. Еще около часа стояла и смотрела, как постепенно, искра за искрой, разгорается рассвет, и лишь потом позвала прислугу. Мне помогли умыться, одеться, причесаться. Я думала о том, как отвыкла от этого. И все же сегодня будет важный день…

А прислуга поведала, что вчера ко мне кто только не заглядывал! И ректор Голд, и отец, и принц Рейнард. Но визитеры решили меня не будить и тихонько ушли, стоило узнать, что я сплю.

Завтракать меня пригласили в малую столовую. К счастью, здесь не было короля и королевы, только ближний круг. И стоило мне переступить порог, как на шею бросилось облако розоватого кружева.

— Мелли!

— Эви! — Я крепко обняла подругу. — Какая радость, что ты здесь!

— А ты уже настоящая героиня! — Эвелина закружила меня. — Наслышана, как вы положили конец восстанию.

— Моя роль была маленькой.

— Да ладно тебе!

— Эви, ты заболтаешь Мелани до смерти, — вмешался ректор Голд, а я переводила взгляд с Рейна на Лема, затем на Вильгельма, Алдена. Какое счастье! Наконец-то мы все вместе.

— Присаживайся скорее! — Эвелина потащила меня к столу. — Представляешь, мы с Сальваном добирались сюда по воздуху, боялись не успеть, и все-таки опоздали! Жаль, так хотелось вам помочь.

— Вы и помогли, — ответила я. — Все-таки с ядом без ректора Голда никто бы не справился.

— Да, и то верно. Я жажду рассказа из первых уст! Но сначала поешь, поешь.

Точно, вчера я и крошки за весь день не проглотила, только выпила стакан воды. Поэтому завтрак казался очень хорошей идеей, а запеканка таяла во рту. Однако стоило отложить приборы, как Эви снова засыпала меня вопросами. Их было так много, что я растерялась, и пришлось нашим парням рассказывать за меня.

Такое мирное утро… Вот бы так было всегда! Однако приближался полдень. А значит, суд над предводителями восстания, на котором нам предстояло присутствовать.

— Я как раз хотел поговорить с его величеством, что же делать с нашими пленниками, — посетовал Голд. — Но королю пока не до этого. Как его здоровье?