Ольга Валентеева – Танец под дождем (страница 16)

— Невиновен, — отчеканил Рейн.

— Это скверно, — закивали парни.

— Наоборот, хорошо! — воскликнула я.

— Но теперь мы не знаем, кто настоящий преступник, — добавил Алден. — Сам Ларден подозревает профессора Фитца с супругой.

— Что? — У братьев даже глаза стали больше. — Нет, они не могли!

— Это всего лишь предположения нашего куратора. А как на самом деле, предстоит разобраться. Так как с зельем? Его долго варить?

— Первое два часа, — сказал Тим. — А второго мы запасли на всякий случай, так что есть готовый флакон. Погуляйте пока, оно не сильно приятно пахнет, когда варится.

Дверь распахнулась за нашими спинами. Я обернулась и поняла, что день превратился в какой-то фарс! Потому что на пороге снова стоял ректор Голд.

— Студенты, мне нужно двадцать порций… — начал было он, увидел нас и осекся.

— Ректор Голд? А мы уже уходим! — заверили его дружно и попытались бочком протиснуться к выходу, но тот гаркнул:

— Стоять!

Мы едва не подскочили, замирая на месте, даже невозмутимый Рейн.

— Вы что опять удумали? — прищурился Голд. — Мало вам одного выведенного из строя профессора, вам новых подавай?

И его глаза блеснули зеленью. Похоже, скоро человек снова превратится в грозного дракона. То-то Эви расстроится…

— Признавайтесь! — требовал ректор.

— Сальван, ты все не так понял. — Эвелина затрепетала ресницами, вызвав огонь на себя, и ректор немного смягчился. — У Мелли возникла прекрасная идея: я выпью то зелье, которое превратило тебя в человека, и, возможно, смогу увидеть, где находится мой потерянный брат.

Голд прищурился, будто раздумывая, слопать нас сразу или потом.

— Ладно, — выдал он. — Уоррены, варите зелье. Если оно не подействует, тогда приготовите мне двадцать флаконов «Болтушки».

— Зачем вам столько? — поинтересовался Тим.

— Буду опрашивать преподавателей, — ответил Голд. — Кто-то должен что-то знать. А теперь посторонние должны покинуть лабораторию. И когда решите применить зелье, не забудьте пригласить меня.

Мы заверили дракона, что без его бдительного ока Эви ничего пить не будет, и вышли из лаборатории. Начинало смеркаться. Сухая листва шуршала под ногами.

— Вернемся в общежитие? — предложила я.

— Давайте пройдемся немного, — воспротивилась Эвелина. — А то у меня такое чувство, что мы бежим, как белки в колесе.

— Согласен, — кивнул Алден. — Я тоже чувствую себя измочаленным.

— Тогда пройдемся. — Я не стала возражать и взяла Рейна под руку.

Алден шел рядом с Эви, Лем бдительно приглядывал за Виллом, а вот принц казался мрачнее тучи. Так и чудилось, что вот-вот грянет гром. Что не нравилось его высочеству, оставалось только догадываться. Он не делился с нами сокровенными мыслями. У меня возникло ощущение, что принц и вовсе ни с кем не был откровенен. Почему? Кто мог бы сказать?

— Какая мерзкая погода, — пробормотал Вильгельм, подбрасывая носком ботинка очередной сухой лист.

— А мне нравится, — откликнулся Клеменс. — Простор, свежо, тихо.

— Как в могиле.

— Ты там не был, не сравнивай.

Вилл насупился еще больше. Наверное, в нашей компании он ощущал себя чужим. Впрочем, его тоже можно было понять: мы сдружились до его появления, а он здесь не так долго, чтобы все начали считать его «своим». А еще меня все чаще посещала мысль, что Рейн совершил ошибку, отказавшись от престола. Он был рожден править, а Вилл… Вилл, похоже, не был.

— Я замерз, пойду в башню, — заявил младший принц, развернулся и пошел прочь.

— Я с ним, — Рейн выпустил мою руку, и я испытала сильнейшее разочарование.

— Может, лучше мне? — спросил Лем.

— Нет, его поведение — камень в мой угол, — отмахнулся Рейн. — Ты же видишь, Вилл злится. Считает, я предал его, уехав и ничего не сказав. Может, он и прав, но…

Это «но» повисло в вечерней тишине. К нему нечего было добавить.

— Тогда вернемся вместе, — сказал Алден. — Нечего бродить поодиночке. А Мишель и Тим придут, когда зелье будет готово.

И мы потянулись обратно к общежитию. Да, прогулка — это хорошо, но учебу тоже никто не отменял, как и наши задания. Поэтому мы с Эви сели за учебники, условившись, что мальчики придут за нами, когда все будет готово, и пригласят Голда. Время тянулось и тянулось. Мы писали, пока перед глазами не запрыгали точки. Даже ужин пропустили — и вспомнили об этом час спустя.

Время близилось к десяти часам, когда в двери наконец-то постучали, и на пороге замер Рейн.

— Зелье готово, — сказал он. — Голд ждет в кабинете.

Сейчас! Неужели сейчас мы получим хоть какие-то ответы? Я боялась даже надеяться, но глупое сердце забилось быстрее. Только бы все получилось!

Глава 12-1

ГЛАВА 12

Потерянный брат

В кабинете ректора Голда стояла тишина. Мишель и Тим замерли перед драконом, а тот смотрел на несколько пузырьков с зельем, словно пытался прочитать по ним будущее.

— А, явились, — заметил он нас. — И даже все пришли.

Действительно, собрались все: я, Эвелина, Рейн, Клеменс, Алден и Вилл. И мы ждали, что будет дальше. Хотелось верить, наша затея удастся. Иначе не знаю, как быть. Конечно, никто не опустит руки, но вряд ли преподаватели обрадуются, если Голд, как и собирался, напоит их всех зельем. Свои тайны есть у каждого, и я бы тоже не была счастлива, если бы со мной так поступили.

— Что ж, Эвелина, можешь пить зелье, — сказал Голд. — Тим, записывающий коробок готов?

— Да, — ответил тот.

— Тогда приступим.

Эви откупорила протянутый пузырек, подумала о Лиаме и залпом выпила зелье. Сначала ничего не происходило. Потом ей под ноги упал носовой платок, надколотая чашка, две пуговицы… Неужели зелье действует только на мелочи?

— Не вышло, — потерянно сказала Эвелина. И вдруг прямо перед ней на пол опустился ее брат. Он осоловело заморгал, не понимая, где очутился, а главное — как, но узнал нас, ректора Голда и дернулся к двери.

— Стоять! — гаркнул дракон, преграждая пути к отступлению.

Лиам попятился, но у окна уже замерли Рейн и Клеменс. Еще один путь был закрыт.

— Не советую сопротивляться, — сказал ректор звучно, и Лиам замер на месте, а с двух сторон к нему подошли Вильгельм и Мишель. — У меня к вам предложение, Дорсет.

— Какое? — хрипло спросил тот.

— Выпейте зелье, которое мы для вас приготовили, и я замолвлю за вас слово перед королем.

— Королем? — Лиам рассмеялся. — Наивные! Вы думаете, он еще жив?

— Ах, ты… — Вилл кинулся на Лиама, но Тим перехватил его и оттащил в сторону. А я заметила, как помрачнело лицо Рейна. Все мы надеялись, что с нашими близкими не случилось ничего дурного. Увы, надежда становилась все более призрачной…

— Я не стану пить ваше варево! — заявил брат Эви. — Даже если будете пытать.

— Не будем, — заверил Голд. — Парни, держите его!

Лиам дернулся, но что он мог против сразу пятерых парней? Не считая ректора. Рейн и Клеменс скрутили его так, что наш враг едва мог пошевелиться. Тим достал записывающий коробок, а его брат принялся разжимать Лиаму зубы. Похоже, придется использовать тот же метод, что и с Биллинсом. Но ректор был более изобретателен.

— Зажмите ему нос, Вилл, — попросил он принца.

Тот исполнил требуемое. Лиам терпел, сколько мог, а затем все-таки жадно глотнул воздух — вместе с зельем «Болтушка». Закашлялся, попытался выплюнуть, только кто позволил? Мы ждали. Взгляд преступника стал стеклянным, затуманенным. Он посмотрел на нас так, будто впервые видел.

— Ты записываешь? — спросил ректор у Тима.