Ольга Валентеева – Право на свободу (СИ) (страница 10)
— Я понимаю.
Постаралась взять себя в руки. Мы приехали домой, но вместо того, чтобы разойтись по комнатам, сидели в гостиной и ждали Дилана. Он вернулся где-то через полчаса, залпом осушил стакан воды и сел напротив нас. Видимо, у него выдался сложный разговор с Мэган.
— Хорошо сработано с девушкой, — сказал ему Нэйт.
— А что оставалось делать? — отмахнулся Дилан. — Рон наотрез отказался с ней видеться. Боялся, что Хайди избавится от неё. А сам видел, какой красавчик? Того и гляди, отправится к богам. Что скажешь, Дея? Насколько плохи наши дела?
— Его магия почти полностью разрушена, — ответила я. — И продолжает разрушаться. Желтого цвета почти не осталось, только чернота.
— Я думаю, дело в том, что Хайди в свое время создала хлыст из его силы, — добавил Нэйтон. — Поэтому повреждения не прошли даром, они слишком глубоки. И да, я согласен с Деей — магия Рона продолжает разрушаться. Жаль парня.
— Неужели ничем нельзя помочь? — тихо спросила Ариэтт.
— Давайте подумаем. — Нэйт покосился на меня. — Допустим, Дея сможет восстановить его магию. Но это сразу же почувствует Хайди. Что мы должны сделать, чтобы она не почувствовала?
— Сломать печать клятвы, — раздался голос Эжена. Он вел себя настолько неслышно, что мы почти забыли о его присутствии. — Если Дея может восстанавливать магию, у неё должна быть способность её разрушать. Но у нас нет права на ошибку. Прежде, чем предложить этот вариант Мэган и Рону, мы должны опробовать его на ком-то еще.
— Попросим Анну? — предположила я. — А у Винса много связей в Тианесте. Там действует договор между «иль» и «ай». Он мог бы найти для Рона хорошую иль-тере, и мы помогли бы им уехать.
— Это наиболее реальный вариант, — согласился Нэйтон. — Позвони Винсу, узнай, согласится ли он. И завтра попробуй снять клятву ай-тере Анны. Только ты понимаешь, насколько осторожной надо быть? Одно неправильное движение магии может убить её.
— Я понимаю.
Да, я понимала. И Анне все расскажу, как есть. Но никогда не смогу забыть пустой взгляд Рона и любящий, полный боли — Мэган. Если у нас есть хоть малейший шанс им помочь, надо его использовать.
Ребята разбрелись по комнатам, а я пошла к Анне. Представляла, как начну разговор. Как объясню… Ай-тере дедушки нашлась в любимой кухоньке. Она пила чай и поглядывала в окно на срывающиеся капли дождя. Погода резко испортилась. Во время нашей прогулки было облачно, но сухо, а теперь резко начался дождик.
— Дея, деточка, ты выглядишь бледной, — заметила она. — Что-то случилось? Поссорилась с Нэйтом?
— Нет, — улыбнулась я. — К счастью, нет. Но у нас возникла проблема, и я не знаю, как её решить.
В двух словах обрисовала ситуацию. Анна слушала, не перебивая, пока я не замолчала.
— Так ты считаешь, что сможешь уничтожить клятву ай-тере? — задумчиво спросила она.
— Да, — ответила я. — Но мне надо попробовать, потому что шанс будет всего один. Либо у нас получится, либо Рон погибнет, потому что госпожа эо Лайт ему не простит.
— Эо Лайт… Это не дочурка ли Вильяма эо Лайта?
— Не знаю, наверное. А вы были знакомы?
— Относительно, — кивнула Анна. — Он часто приезжал к Фернанду по делам. Хороший был человек, незлобный, в отличие от большинства иль-тере. А вот жена у него — пустоголовая куколка. Мне кажется, она даже обрадовалась, когда мужа не стало. Не приходилось больше отчитываться, куда девает деньги. Значит, дочь пошла в маму?
— Видимо.
— Да, печально, что не в отца. Я услышала тебя, Дея. И, конечно, согласна помочь бедному мальчику.
— Но вы ведь понимаете, что это может быть опасно? Я не так много умею.
— Понимаю, милая, — мягко улыбнулась Анна. — Но как иначе? Если в этом доме я единственная ай-тере, не привязанная к тебе.
— Спасибо! — Я крепко обняла свою собеседницу. — И есть еще одна маленькая просьба. Я… могу влиять на чужую магию, даже если не связана клятвой с ай-тере. И хочу понять, смогу ли работать с силой женщины, а не мужчины. Можно?
Анна кивнула. Я сосредоточилась, пытаясь увидеть ореол магии вокруг неё. Да, получилось! Светло-бирюзовая сила Анны была чуть прохладной, но приятной. Винс приезжал несколько дней назад, и часть резерва успела заполниться. Я потянула магию на себя, и она откликнулась. Здорово!
— Да ты умница! — Анна смотрела на меня с легким удивлением. — Невероятно!
— Главное, чтобы никто об этом не узнал.
— Конечно, девочка моя, ни за что! Но это ведь открывает такой простор. Скольким ай-тере ты могла бы помочь.
— Вот я и хочу помочь Рону для начала, только это будет ой как непросто.
— Ничего, ты справишься, — тепло улыбнулась Анна, и я поверила, что действительно все так и будет. По крайней мере, сделаю для этого все возможное.
Глава 7
Мои кошмары никуда не делись, только теперь я учился с ними жить и надеялся, что они когда-нибудь исчезнут. Долго не мог уснуть, ворочался с боку на бок, но все равно засыпал и почти каждую ночь проваливался в пучины бездны — дом Кэтти. Я слышал её смех, видел искаженные ненавистью лица её ай-тере. Мрази! Какими же мразями они были. Им было в радость меня унижать — и уничтожать. И я просыпался от собственного крика, зажимал руками рот и старался как можно быстрее успокоиться, чтобы своими эмоциями не разбудить Дею. Это было очень непросто, но вроде бы удавалось, и она больше не прибегала ночью в мою комнату. Успокоившись, я тащился в гостиную и долго сидел там, потому что знал: уже не усну.
В эту ночь все снова повторилось.
— Если бы не ты, упрямое ничтожество, я бы восстановилась в колледже, — приговаривала Кэтти, склонившись надо мной. — А теперь еще неизвестно, разрешит мне госпожа эо Лайт сдать экзамены вместе со всеми или нет.
Я пытался отодвинуться, отползти от неё, но не мог пошевелиться. А потом почувствовал, как лезвие ножа касается кожи, закричал — и проснулся. Сел в кровати, задыхаясь, стараясь сдержать крик. Надо дышать глубже! Успокоиться, иначе разбужу Дею. Т-ш-ш.
Первый испуг отступил. Я хотел выпить воды, но графин на столе оказался пуст. Кажется, в гостиной была вода. Вышел в коридор, добрался до гостиной, темной из-за зашторенных окон, уже потянулся за графином, когда уловил чужое дыхание.
Коготки страха, которые, вроде бы, отпустили, впились в душу снова, и я медленно обернулся.
— Тоже не спится? — тихо спросила Ари, и стакан все-таки выпал из моих рук, покатился по столу и замер на самом краю. — Эжен? Прости, я тебя напугала.
А я будто ухнул в самый страшный кошмар. Видел перед собой не Ариэтт, а совсем другое лицо, хоть умом и понимал, что почти что брежу.
— Эжен? — Ари поднялась с дивана и шагнула ко мне. — О, боги! Да на тебе лица нет. Что случилось?
Она попыталась взять меня за руки, но я отшатнулся, все-таки сшиб злосчастный стакан, и он со звоном полетел на пол, а морок исчез.
— Все хорошо, дурной сон, — запинаясь, просипел я.
— Ты напугал меня. — Ариэтт взяла меня за руки. — Такой холодный. Замерз?
Да, кажется. Я кивнул, а она увлекла меня к дивану, усадила и укрыла пледом нас обоих.
— Это все история Рона и Мэган, — сказала Ари, прижимаясь ближе. — Я сама никак не могу уснуть, так и стоят эти двое перед глазами. Тебе лучше?
Ну, как сказать…
— Можно, я тебя обниму? — спросила Ариэтт, и я кивнул. Она придвинулась ближе, забралась в мои объятия и затихла на время, а потом все же заговорила:
— Это все так несправедливо, Эжен. Почему люди, которые любят друг друга, должны оглядываться на какую-то горгулью только потому, что у неё господствующий тип магии? Ты видел этого Рона? Он же только рядом со своей Мэган может дышать, а сам изнутри погас. Какое право имела эта женщина, его иль-тере, наказывать парня за то, что он любит? Разве это преступление?
— Нэйт тоже был её ай-тере, спроси у него, — ответил я.
— Думаешь, он ответит? — вздохнула Ари. — Он давно уже не тот, кого я знала. И от этого так страшно, Эжен. Я все время думаю, если бы родители сказали мне о его силе, был ли шанс что-то изменить? Защитить его? Я ведь долгое время ни о чем не догадывалась. Учится и учится. Дома не бывает? Так учеба же… Глупая была. А потом стало поздно.
— Я не понимаю, как твои родители могли отказаться от своего ребенка.
— И я. Но, как видишь, уже вычеркнули двоих. Только Стеф соответствует их ожиданиям. И то пока соглашается делать так, как решит отец. Как же тяжело!
Мне тоже было тяжело. Очень. Но я молчал. Не было человека, с которым вообще хотелось это обсуждать.
— А ты не хочешь вернуться домой? — спросила Ари.
— Нет. У меня и тут дела, — ответил я, вспомнив о Кэтти. — Да и зачем? У отца там своя жизнь, может, даже другая семья. Свалиться ему на голову? Таким, какой я стал?
— Но он же любит тебя. Представляешь, как он беспокоится?
— Мама не выглядела особо обеспокоенной.
— Эжен…
Ари погладила меня по плечу. А я наконец-то согрелся и уже сам придвинулся как можно ближе к ней, как к источнику тепла.
— Ты очень хороший, — сказала Ариэтт и коснулась губами моей щеки.
— Глупости, — ответил тихо. — Ты меня совсем не знаешь.