Ольга Валентеева – Найти Драконова, или Муж работе не помеха (страница 4)
Вспомнив шепелявого бывшего шефа, я поморщилась. Он бы точно разработал — никто бы слова не понял, включая нас с Дюпонтом. Вон как при первой встрече планировал меня посадить в кафельный саркофаг. Оказалось, что это казенный автокар. А его «дефективы» и «фуфелы» оставили неизгладимый след в моей памяти. Пусть уж лучше занимается карьерой своей зверогруппы «Поющие в Трусселярди».
— Придумал! — вскрикнул Дюпонт, чем спугнул с дерева стайку птичек. — Откомандирую к тебе на курорт своего агента. Смышленая девчонка. Устроим ее горничной. Будет нашей связной. С ней передам список потенциальных жертв. Кстати, многие из них отдыхают на вашем курорте. Так что может Потрошитель наведается сюда.
Меня обдало жаром. А ведь, правда, многие известные метаморфы в этот летний период отдыхали в «Далях». Вон и папаша с сестрой приезжали каждые выходные. Пользовались нашей добротой, что мы с родственников не будем брать плату, и заказывали себе роскошное бунгало. Пришлось закрепить за ними домик, где раньше жил Митрошкин.
— Мне нужно досье на Джек Рассела Потрошителя. Работаем через твою связную. Общие сходки раз в неделю в моей ванной комнате, — подытожила я нашу беседу. И направилась к озеру. Вспомнив, обернулась: — Кстати, как фамилия агента?
— Бобрикова, — прошептал Дюпонт, но я услышала и вздохнула.
После бобра Митрошкина мне только агента ФСО Бобриковой не хватало. Обреченно кивнула и направилась по тропинке к пруду. Мне показалось, что в кустах кто-то пошевелился. Послышалось жужжание стрекоз, запахло мокрой псиной и козлятиной. Надо срочно поручить персоналу почистить пруд. И обработать парк специальным составом от блох и ядовитых гадов.
ГЛАВА 4
Я был в такой ярости, что перед глазами плясали алые дракончики. И чем больше пытался успокоиться, тем больше дракончиков плясало. Собачкина! Шавка подзаборная, ехидна блохастая! Других слов, более подобающих случаю и статусу, подобрать не удавалось. Потому что стоило вспомнить Есению Собачкину и ее дружка Козленко… Козлова… Козлевича! Точно, наделили же зверобоги фамилией! Как мой дракон тут же поднимал голову и утробно рычал, намекая, что не против позавтракать ими обоими. Я тоже был не против. Метался по кабинету, сшибая все на своем пути, бил хвостом об стены — он никак не желал прятаться, и только с третьей попытки исчез. За что? За что мне это? Мало было бобра на мою голову, так еще и козлы с собаками!
Надо звонить Нику. Пусть этот лис подскажет кого-то, кто поможет справиться с проблемой, иначе за две недели я или разворочу «Драконьи дали», или оставлю от Собачкиной один куцый хвост.
Полетели длинные гудки.
— Алло, — вскоре ответил мой старинный друг.
— Здравствуй, Никки, — ответил я. — Как дела? Как жизнь?
— Неужели мой приятель Тим вспомнил обо мне? — развеселился лис.
— Неужели ты нашел минуту, чтобы поговорить со мной? — Не остался я в долгу, потому что хитрый лис из-за своего звероблокбастера даже не приехал на скоропалительную свадьбу.
— Ладно, понял, закроем тему, — хмыкнул Ник. — Что случилось?
— Почему сразу случилось-то? — Все-таки было немного стыдно, что в последнее время мы меньше общались.
— Потому что иначе ты бы мне не позвонил. Проблемы? Очередной маньяк? Охотник за головами? Вор?
— Всего лишь журналисты, — вздохнул я. — Ник, мне нужен юрист. Ты ведь знакомил меня с Рыськовым. И говорил, что тебе помог еще какой-то тип. То ли Жужевский, то ли…
— Ржевский, — поправил Ник. — Да, Ржевский — юрист хороший. Разбирается во всех нормах права, и если нужно, заткнет за пояс любого. Только, надеюсь, ему знакомство с тобой не будет стоить жизни?
— Зубоскалишь? Зубоскаль. — Я понимал, почему ехидничает Ник. Все-таки у него когда-то были чувства к моей жене.
— Да ладно, извини. Пиши номер, только звони где-то через час, я сначала сам его предупрежу. Ржевский не берет клиентов с улицы.
Ну, если это я — клиент с улицы… С другой стороны, какая разница? Лишь бы помог, потому что боялся, что за две недели окончательно озверею.
— Спасибо, Никки, — сказал лису. — Ты настоящий друг.
— Да не за что, Тим, — отозвался тот. — Кстати, заходил утром в звербук, проголосовал за пижаму со свинками. Пока-пока.
И положил трубку. Р-р-р, уничтожу! Хвост вернулся на место и недовольно застучал по полу. Так скоро без брюк останусь. То-то Собачкина с Козлевичем обрадуются. Нет, одних юридических методов борьбы мало. Если эта зверомадам не уймется, я тоже на нее управу найду. Например, позвоню Бобби Зверскому и намекну, что болонка ему изменяет. То-то вою будет!
За мстительными мыслями не заметил, как распахнулась дверь, и в кабинет вбежала мама.
— Тимоша, это что такое? — С порога закричала она, тыча мне в лицо новомодный планшет. — Я зашла утром на Звербук проверить письма, а тут…
И она нажала на значок «Плей». Я увидел довольную физиономию Собачкиной, а на заднем фоне — собственный тыл. То есть, зад. И Дану, которая старалась прикрыться одеялом от не в меру любопытной журналистки.
— Как это понимать? — рычала мать моя, драконица. — Вам что, мало экстрима в жизни? Так занялись бы внуками вместо того, чтобы хвостами на всю страну светить. Видел бы тебя твой отец, Тадеуш Драконов! Что бы он сказал?
— Мама, хоть ты не начинай! — взмолился я, а из-за спины матери высунул любопытный нос Тодд. — Мне и так тошно. А все из-за этого, чешуйчатого!
И ткнул пальцем в брата.
— Он-то тут причем? — Мама тут же подхватила Тодда на руки.
— Да если бы он не застрял в новом оборудовании, то Дана не отвлекла бы меня от переговоров с Носовичем, и я не подписал бы этот проклятый контракт!
— Какой контракт? Какой Носович? Тимоша, я требую объяснений! — Мама наседала на меня с силой танкера.
Я только махнул рукой и рухнул в кресло. Тодд подобрался ближе и обвил ноги хвостом. Жалеет, ящер. И на том спасибо. Пришлось в двух словах пересказывать маме, как накануне мне сделали предложение, от которого теперь нельзя отказаться. Она только качала головой — и молчала. А когда Аделаида Драконова молчит, это куда страшнее, чем когда она кричит. Уж я-то знал.
— Не расстраивайся, Тимоша, — наконец, сказала она. — Ну что такое две недели? Потерпим. Один день уже наполовину прошел, завтра их останется тринадцать. Послезавтра — и того меньше. Так что не падай духом, дорогой. Вместе справимся.
— Спасибо, — кивнул я. — Просто…
Забрал у мамы планшет. Я после свадьбы аккаунт на Звербуке удалил, а вот мама вела вполне активную жизнь в звернете. Кажется, у нее даже был одно время свой блог. Открыл мамину станицу — она не возражала — и первым делом наткнулся на то самое видео, которым Аделаида размахивала пару минут назад. Под ним уже было сто пятьдесят девять комментариев, и с каждой секундой они росли. Прочитал первые — и тут же захотелось убивать.
«А драконочка ничего так, аппетитная».
«Тим, зачем тебе эта Дана? Я вся твоя! У меня пижама круче есть».
«Свинки на свинке, ха-ха».
«А мне дракон не нравится. Я больше люблю утонченных мужчин, а не таких грубых».
Убью-ю-ю! Я помчался к двери с такой скоростью, что Тодд едва успел убрать хвост из-под ног и недовольно фекнул. Или заставлю Собачкину удалить видео, или продам «Дали» и лично пошлю Носовича к моим предкам-драконам.
— Тим, стой! — вынеслась за мной мама. — Будь умнее, мальчик мой. На хитрость надо отвечать хитростью, иначе ничем хорошим это не закончится.
— Нет, я убью его! — рычал, вырываясь из цепкой хватки.
— Подожди, — мама зря взывала к моему рассудку. — Тимоша, дорогой. Сидеть!
От испуга мы с Тоддом оба плюхнулись на землю. Я — на то, чем светил утром в видео. Тодд — на хвост.
— Так-то лучше, — склонилась надо мной Аделаида. — Значит, слушай меня. Не поддавайся на провокации! Ты мудрый, грозный дракон, а не какая-то болонка на побегушках. Тодд, помоги брату. Мы должны быть едины. И тогда победа будет за нами!
И мама гордо расправила плечи. Мудрейшая женщина.
— Поняли меня, дети?
Мы слаженно кивнули.
— Раз так, Тим, иди работать. Тодд, ты еще не завтракал. Сначала покушай, а потом
— тоже работать. А я пойду, найду Даночку, утешу бедную девочку. Наверняка, она тоже расстроена. Вот потому у вас до сих пор и нет детей, что моя любимая невестка находится в постоянном стрессе. Тодд, за мной!
И мама удалилась в сопровождении младшего брата, а я поплелся обратно в кабинет.
Что ж, мама права. К любой ситуации надо относиться философски. Подумаешь, две недели потерпеть Собачкину. Зато денег заработаю, если раньше не потрачу все на юристов. В кармане зазвонил телефон.
— Слушаю, — номер был незнаком.
— Тим Драконов? — спросил хриплый мужской голос.
— Он самый.
— Вас беспокоит Дормидонт Ржевский. Господин Стар сообщил, что у вас есть проблема особого свойства.
— Есть! — гаркнул я. — Большая такая проблема. Понимаете, господин Ржевский…
— Господин Стар обрисовал суть проблемы, можете не повторяться. Давайте поговорим лично, в этом будет больше толку.
— Да-да, конечно, — заверил я. — Приезжайте в «Драконьи дали», путевка за мной счет.
— Завтра буду у вас. А пока сохраняйте спокойствие, чтобы противной стороне было нечего вам предъявить. До встречи, господин Драконов.
Что ж, забрезжил свет в конце тоннеля. Я вытер вспомтевший лоб. Нечего было предъявить, да? Непростая задача, потому что при одном виде Собачкиной я начинал нервничать. А когда я нервничал, дракон мог вести себя непредсказуемо. Чтобы удержаться от соблазна, до самого вечера просидел в кабинете, и только на традиционный семейный ужин потащился в ресторан. За столом собрались все — Дана, мама, Тодд. Дана смотрела на меня с тревогой, а мне пока нечего было ей сказать. Собачкина на горизонте не появлялась. Что ж, можно считать, что ей повезло.