Ольга Валентеева – Бессмертные (страница 9)

Брат и сестра вернулись во дворец.

– Когда ты пойдешь к нему? – напоследок спросила София.

– Не знаю. Наверное, вечером, – солгал Лорен.

– Хорошо.

И она ушла, а принц свернул на лестницу, ведущую в покои Роберта. Тишина, окутывающая дворец, здесь казалась особенно звенящей. Лорен поймал себя на том, что старается ступать тише. Глупости какие!

Он ускорил шаг. У спальни Роберта дежурила стража. – Его высочество не принимает, – сообщили ему.

Вот еще!

– Меня примет, – ответил Лорен. Темное облачко сорвалось с его пальцев, стражники заклевали носами, а он поторопился войти в комнату, пока заклинание еще действует.

Откровенно говоря, он ожидал увидеть Роберта слабым и лежащим в постели, но брат сидел, опершись спиной на подушку, и читал книгу. Какую именно, разглядеть не получилось. Да, Роберт похудел и осунулся, под глазами залегли синевато-желтые тени, делая его лицо болезненным. Темные волосы, доходящие до середины шеи, чуть растрепались, а руки скрывали длинные перчатки, но в остальном Роберт выглядел слишком… живым. – Ты? – Роберт отложил книгу, и теперь Лорен прочел название: «Сущности загробного мира».

– Я, – откликнулся Лорен, чувствуя, что зря пришел. Им не о чем было разговаривать, да и с Робертом все не настолько плохо, как все считают.

– Не ожидал.

И старший принц внимательно посмотрел на него, а Лорен подошел ближе и придвинул стул. Взгляд Роберта из пристального стал удивленным. Что же, все когда-либо бывает впервые. И подобные беседы тоже.

– Тебя прислал отец? – осторожно уточнил Роберт.

– Я не видел его со дня, когда очнулся ото сна, – ответил Лорен. – У него, как и всегда, слишком много дел.

– Тогда матушка?

– Ее со дня нападения я не видел вовсе. И прежде чем ты продолжишь угадывать, меня никто не присылал. Или я не могу навестить заболевшего брата?

– Почему же? Можешь.

И в глазах Роберта мелькнуло нечто затравленное, но тут же исчезло. Лорен бы подумал, что ему привиделось, однако нет, это было не так. Просто Роберт, как наследник престола, с детства учился держать лицо в самых сложных ситуациях. И сейчас он привычно надел маску вежливого спокойствия, а Лорен масок никогда не носил. Во всяком случае, ему так казалось.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, не зная, как повести разговор дальше.

– Знахарь говорит, скоро буду здоров, – ответил Роберт.

– Это хорошо.

Видимо, знахарь лжет. Да, умирающим Роберт не выглядел, но и пышущим здоровьем тоже.

– Тебе не стоит беспокоиться, – продолжил старший из принцев. – Как и всем нашим близким. Я в порядке.

– Поэтому читаешь о мире мертвых?

И Лорен понял, что попал в цель, потому что на миг маска Роберта треснула, его взгляд наполнился ужасом, будто его загнали в угол. Выражение мелькнуло и быстро пропало, но теперь Лорен не собирался отступать.

– Ты не умрешь, – решительно сказал он. – Даже и не думай. Бегство – это недостойно, брат. Недостойно темного принца и наследника престола.

– Возможно. – Лицо Роберта стало непроницаемым и отстраненным. – Но смерть – это не бегство.

– Не в твоем случае. Я понимаю, что ты ощущаешь.

– Да неужели? – Губы Роберта искривила жуткая улыбка, которая напугала Лорена больше, чем самая глухая тоска. – Тебя там не было.

– Да, только нападавшие шли с нескольких сторон. Часть магов направилась по мою голову, а со мной была София. И если бы моя магия не проснулась, мы были бы мертвы.

Роберт молчал. Он смотрел на Лорена глазами-стекляшками, в которых уже плескалась тьма посмертия. Нет, так не пойдет!

– Я знаю, ты пытался спасти Айвона, – нажал Лорен.

– И не смог.

– Да, не смог. Но это не твоя вина, а тех, кто пришел нас убить.

– Я оказался слаб, – сдавленно признался Роберт. – Слабее, чем думал.

– Сколько их было?

Брат молчал.

– Против скольких магов тебе пришлось сражаться, Роберт?

– Их было четверо. Сначала. Потом присоединились еще двое. Думаю, после атаки они сочли меня мертвым и почему-то не добили. Почему?

Наверное, Роберт раз за разом задавал себе этот вопрос. Почему? Почему из них двоих умер Айвон, а ему придется жить и вечно нести за собой свою вину?

– Видимо, подоспела стража, – ответил Лорен. – Или матушка добралась до вас. Девочки были со мной, когда мы к ней пришли, значит, в опасности оставались вы и отец, вот она и бросилась к вам.

– Я не помню.

– Спроси у нее сам.

Роберт отрицательно покачал головой. С матерью он не будет разговаривать о том, что случилось. Почему разговорился сейчас? Наверное, потому, что они с Лореном, пусть и были братьями, оставались почти незнакомыми людьми. Легче выговориться незнакомцу, чем кому-то близкому. Кому-то, кто, возможно, винит тебя.

– Что ты помнишь? – спросил Лорен. – Расскажи, тебе станет легче.

– Уже не станет.

– И все же?

Роберт какое-то время молчал. Лорен уже не ожидал, что он заговорит, когда брат сказал:

– Айвон часто приходил ко мне перед сном. Убегал от своих гувернеров, уверенных, что принц видит десятый сон, и пробирался ко мне, чтобы я ему что-то рассказал или поиграл с ним.

Теперь уже Лорен старался держать лицо. Выходит, его старший и младший братья часто проводили время вместе. Он не знал.

– В тот вечер было то же самое, – продолжил Роберт. – Айвону было интересно узнать, зачем приехало посольство светлых и какие они, светлые маги. Я рассказывал, показал портрет принцессы Асии, который мне передали. На самом деле я был безумно зол, Лорен. – И голос Роберта вдруг стал живым. – Отец поставил меня перед фактом, что хочет женить на светлой, и я чуть всю комнату не разворотил. А он настаивал, и мы поссорились, и с Айвоном я разговаривал… резко. Не так, как обычно. Тем более портрет ему понравился, а я ожидал… Не знаю! Что он скажет, будто светлая принцесса похожа на бледную моль. Мы не ссорились, но и разговора не получалось, и Айвон заявил, что я злой, поэтому он пойдет спать. Он вышел в коридор. Если бы не моя ярость, он бы туда один не вышел. Не в тот момент… А так я лишь услышал его крик и вылетел, чтобы получить в грудь светлое заклинание. Я успел поднять щиты, еще не понимая, что Айвон мертв. И держал их, пока мог. Удержал бы, если бы магов не стало больше. А потом почувствовал, как горю. Их сила поборола мою, я оказался слабее.

Роберт замолчал, а Лорен не знал, что и сказать. Но и молчать не выход, поэтому он снова заговорил:

– Так сложились обстоятельства. Отец хотел обмануть судьбу, заключив мир со светлыми, и вот что вышло. Все решит только поединок.

– Нет! – Роберт мгновенно побледнел, и Лорен испугался. – Я не хочу потерять еще и тебя.

– Но…

– Лучше я выйду на поединок. Они все равно не знают, кто из нас отмечен печатью первого Леодара. Светлый принц убьет меня и уедет, а ты сможешь править Тиранором и отомстить.

– Ты себя слышишь? – в ужасе перебил его Лорен. – Роберт, даже думать о подобном не смей! И как ты собираешься сражаться, если…

«У тебя нет магии». Лорен не сказал этого, но Роберт все понял и так. Жуткая улыбка исказила его лицо.

– Зачарованный меч, – сказал он, и Лорен понял, что брат не в первый раз думает об этом. – Он даст светлым иллюзию настоящего боя. А принц-неумеха… Они только рады будут!

– Я никогда и ни за что на это не соглашусь. Ты будущий король Тиранора, Роберт. Поэтому возьми себя в руки! – В эти?

И брат стащил перчатки. Лорен едва сдержал вскрик: под кожей Роберта проступали кровавые и черные вены. Ладони и вовсе почернели, а на предплечьях шрамы от чужого заклинания ветвились, напоминая разряды молнии. Роберт отшвырнул перчатки. На удивление, руки слушались его, чего нельзя было ожидать, глядя на магические отпечатки. Да, заметно было, что ему не так просто шевелить пальцами, и все же он мог это делать.

– Я калека, Лорен, – с яростью продолжил Роберт. – И не смогу вести темных без магии.

Тогда Лорен мягко опустил ладонь на плечо старшего принца.

– Я стану твоей магией, – пообещал он. – Вместе мы справимся, Роберт. А поединок… Мы что-то придумаем, у нас есть еще четыре года. А после, когда ты будешь править Тиранором, я встану за твоей спиной.

На несколько секунд воцарилась тишина, а потом Роберт всхлипнул и закрыл лицо руками. Это были страшные рыдания, почти беззвучные, и Лорен пересел к брату, обнял его за плечи и сидел так долго, бесконечно долго. А когда Роберт все-таки сумел успокоиться, в глазах принца больше не было смерти. Лорен не мог объяснить, откуда он это знает, просто почувствовал: беда прошла стороной.