Ольга Валентеева – Белый лев (страница 11)
– Буду благодарна.
– Тогда договорились. Так сказать, как компенсацию за недавний инцидент.
– Я уже о нем забыла.
– А я нет.
И так посмотрел на меня, что стало не по себе. Будто ему известно обо мне больше, чем надо.
– Вы свободны в следующее воскресенье? – поинтересовался Стефан.
– Да, – ответила я, чувствуя, как ускоряется пульс.
– Тогда я заеду за вами… скажем, в два. И перезвоню накануне. Договорились?
– Договорились.
Кажется, я только что согласилась на свидание с белым львом. Наедине. Даже мелькнула мысль, что он узнал, кто я и чем занимаюсь, и теперь собирается от меня избавиться, но я прогнала ее. Глупости. Стефан вернулся к созерцанию комнаты, а я поспешила к другим гостям и даже не заметила, когда он ушел. Мой странный знакомый не попрощался.
– Что-то быстро лев исчез, – на миг вынырнул из толпы Эш.
– Думаю, он получил то, зачем приходил, – ответила я.
– Что именно?
Пожала плечами. Рассказывать о предстоящем свидании не хотелось – друзья будут волноваться. Но и не сказать нельзя. Решено, поведаю им эту сногсшибательную новость, но не сегодня. А сейчас надо думать о празднике и гостях, но никак не о словах моего врага.
Глава 8
В Лауре точно было что-то подозрительное. Я думал об этом, возвращаясь домой с вечеринки. Ушел не прощаясь. Хозяйка была занята гостями, а мне вдруг надоел царивший вокруг шум и захотелось оказаться в тишине собственного дома. Перед Лаурой извинюсь, когда пойдем в галерею. Хотя имя Лалли подходило ей куда больше.
Зачем я позвал ее на встречу? Конечно, чтобы узнать больше, раз уж она попала в зону интересов «Общества чистой силы». Хотелось взглянуть, что представляет собой Лалли вне привычного окружения. Легко играть роль, когда ты окружен людьми, и сложно, когда остаешься с кем-то один на один. Да, можно сказать, мы с ней уже общались наедине у меня дома, вот только тогда мне было не до нее. А прогулка по галерее может прояснить больше, чем я сам предполагаю.
А пока что я вошел в дом, снял пиджак и повесил на спинку кресла в гостиной, а сам упал в это же кресло. Утомительно. Вообще общество людей начало меня утомлять. Будь моя воля, остался бы в этих четырех стенах, только для этого пришлось бы избавиться от папаши, а пока я так на это и не решился.
– Стефан…
В дверях замерла Адель. А она зачем пришла?
– Здравствуй. – Я повернул голову.
– Здравствуй.
Ай-тере прошла в комнату. Она наедине обращалась ко мне по имени, в то время как другие семь называли исключительно «господин эо Тайрен». Мы не были близки. Для нас связь иль-ай – это прежде всего работа.
– Что привело тебя ко мне? – спросил я.
Адель присела в кресло напротив и задумчиво посмотрела на меня.
– Где ты был? – ответила она вопросом на вопрос.
– На вечеринке.
– Почему не взял кого-то из нас?
Да, это было бы правильным с точки зрения этикета Тассета, но плевал я на этот этикет, поэтому сказал чистую правду:
– Не захотел.
– Ты к нам и не заглядываешь.
Адель поднялась и пересела на ручку моего кресла. Я отодвинулся.
– Стеф.
– Что?
Она смотрела на меня с затаенной печалью. А мне хотелось, чтобы все оставили в покое. Но, похоже, Адель этого не понять.
– Я соскучилась.
Ай-тере даже покраснела. Милая девушка, но ничем не интересная для меня. Зато сильная ай-тере. В этом и вся ее ценность.
– У тебя полный дом подруг – хорошее лекарство от скуки. – Я сделал вид, что ничего не понимаю.
– Я соскучилась по тебе, – уточнила Адель.
– У меня нет времени.
– Но сейчас же есть.
Она потянулась за поцелуем, но я отвернулся. Мне по-прежнему казалось глупым и пошлым, когда иль-тере тащили в свою постель всех ай-тере без разбора. Чем такие отношения отличаются от выбора девочки на ночь в борделе? Да, я оставался молодым здоровым мужчиной со своими потребностями, но от местных порядков тошнило.
– Твой резерв нужно охладить?
Адель отшатнулась, будто я ее ударил.
– Зачем ты так? – спросила она тихо.
– Как?
– Жестоко.
Казалось, она вот-вот заплачет. Только этого не хватало.
– Иди домой, – сказал я. – На днях загляну. Если понадоблюсь раньше, позвоните. И да, захвати с собой туфельки.
– Какие туфельки? – Адель удивленно моргнула, и одна слезинка все-таки сорвалась с ресниц.
– Те, что вы одолжили девчонке, которую я сбил. Она вернула.
– А… Хорошо.
Она быстро пошла к двери. Замерла у самого порога. Наверное, думала, что остановлю, но я не останавливал. Пора бы привыкнуть, что я не меняю своих решений.
Вскоре снова раздались шаги. Я узнал их: Нелли, сиделка отца. Она присела в реверансе. Этому-то угрю что надо? А без причины Нелли меня не беспокоила.
– Отец хочет меня видеть? – спросил я, и женщина кивнула. – Сейчас поднимусь.
Этот вечер казался воистину бесконечным. Я поднялся и пошел на второй этаж. Может, замуровать туда ход, а? Только мне казалось, что тогда отец просочится на первый, как призрак, и парализованные ноги не помешают. И даже то, что у него не осталось ай-тере, а значит, магических сил. Ему вообще ничего не мешало оставаться занозой в заднице!
– Чего тебе? – Я замер в дверях, а отец отложил газету.
– Хотел увидеться с сыном. Это запрещено? – ответил тот почти миролюбиво.
Понятно, целый день было скучно, а тут явилось развлечение в моем лице.
– Не запрещено, но нежелательно, – сказал я, так и застыв в дверях. – Если ничего серьезного, я пойду.
– Подожди! – Окрик заставил меня остановиться. – В газете пишут, что Эвассон снова решился прислать в Тассет посла. Мало им было смерти прошлого.
– И что с того? – Я даже заинтересовался. Что он уже задумал?
– Займись этим, – ответил отец. – Ты ведь понимаешь, Эвассону нельзя позволить совать свой нос в дела Тассета.
– Считаешь, это может привести к войне?