Ольга Валентеева – Ай-тере. Великая ночь (СИ) (страница 64)
ГЛАВА 38
Стефан
- Вот появился дракон на один миг, и сразу украл себе всю славу, - говорил я с улыбкой.
Мы разместились в особняке эо Тайренов - теперь свободном от всякого присутствия отца. Я, Лалли, Эжен, Ари и Нэйт. Ближний круг - ближе у меня не было и не будет. И мой внутренний лев был доволен. Как и я.
- Сказал бы, что тебе не нужно помогать, - усмехнулся Нэйт. - Я бы и не вмешивался.
- Да ладно, мне не жалко, - отмахнулся я. - Эжен, Ариэтт, какие планы? Вернетесь в Эвассон?
- Нет, - удивил меня Эжен. - Срок моего посольства не истек. Я разговаривал с Джефри час назад, он просит нас остаться и по-прежнему представлять Эвассон здесь, в Тассете, хотя бы ближайшие полгода.
- Дея расстроится, - хмыкнул Нэйт. - Представляю, что будет, когда приедет Винс. А то ей там совсем одиноко без нас, наверное.
- Он благополучно добрался до границы? - спросила Лалли.
- Да, и он, и Мик. Попытались напасть по дороге, конечно, но с Винсом сложно совладать, да и он был наготове. Пообломали зубы. Так что Дея ждет гостей, а я вот вылетел сюда. У меня даже вещей с собой нет, едут с эвассонцами.
- Спасибо, что прилетел, - улыбнулась Ари, пожимая руку Нэйта. - Нам тебя не хватало, братишка. Ты надолго?
- Пока здесь все немного не утихнет, - ответил брат. - Хочу убедиться, что вам ничего не угрожает, а потом вернусь к Дее.
- Не думаете переехать обратно в Тассет? - спросил я.
- Пока не знаю. Посмотрим, что получится у Джефри. Родится малышка, тогда и думать будем.
- Кстати, у меня для вас новости, - вспомнил я. - Мы с Лалли решили пожениться.
Лаура покраснела. И ничего, что официально я предложения пока не сделал - мы все равно поженимся. Зачем откладывать?
- И у нас будет малыш, - добавил, пока будущая супруга не прибила меня на месте.
- Стефан! - зарычала она, напоминая львицу - лев тоже довольно уркнул. Кстати, похоже, выжила только львиная сторона моей магии.
- Что, дорогая? - спросил я, целуя ее в щеку. - Не стесняйся, здесь все свои.
- Вот останемся мы с тобой наедине, - пробормотала Лалли.
- Обязательно останемся! - заверил ее.
А Нэйтон и Ариэтт смотрели на меня так, словно перед ними заморское чудище. И только Эжен посмеивался. Он, видимо, другого и не ожидал.
- Отлично! - Ари хлопнула в ладоши. - Надеюсь, у вас будет мальчик. У Нэйта с Деей ведь девочка. И как разорваться на две страны? Я хочу видеть обоих своих племянников!
- Смотри, а то мы с Нэйтом будем молиться Ингу, чтобы у тебя родилась двойня, - пообещал я, и сестренка сравнялась цветом щек с Лалли. А невеста толкнула меня локотком в бок.
Дальше Ари и Эжен устроили допрос Нэйту: как Дея, как родители Эжена, Дилан и его дети. А мы с Лалли сослались на усталость и потихоньку сбежали. Я до сих пор не верил, что все закончилось. Что главная битва позади. Впереди вряд ли будет легче, конечно, но для меня эта ночь изменила многое, если не сказать - все. Мой мир прежним уже не станет, как не станет прежним Тассет. Мы с Лалли сидели на небольшой застекленной лоджии на втором этаже. Здесь когда-то были комнаты Фионы. Окна не открывали, потому что сильно тянуло гарью, и просто наслаждались объятиями друг друга.
- Люблю тебя, - шептал я на ухо Лауре.
- И я тебя, - отвечала она, прижавшись ко мне. - Кажется, что я сплю. Мне было так страшно! Что ты будешь против нашего малыша.
- Глупая, - сказал я, коснувшись ушка поцелуем. - Меньше меня слушай, я тебе и не такого наговорю.
- Даже не сомневаюсь. - Она покачала головой. - С тобой не соскучишься.
С нею тоже. Но об этом я промолчал. Вдруг в двери постучали. Интересно, кто? Домашние заметили, что я сбежал? Потому что в доме, кроме брата с сестрой и Эжена, никого не было.
- Стеф, - Ари заглянула к нам, - мама приехала, хочет тебя видеть. Спустишься?
Очень захотелось послать Фиону к Форро! Но надо сообщить мачехе, что она преждевременно овдовела. Поэтому я оставил Лалли и пошел в свой кабинет, где и ожидала Фиона. Она сидела в кресле, комкая в руках кружевной платок. Глаза покраснели от слез. Видимо, «счастливые» новости ей уже сообщили Ари и Нэйт. А может, просто дошли слухи.
- Стефан! - Она поднялась мне навстречу. - Я приехала, как только узнала...
- О чем? Что я убил отца? - Я с вызовом смотрел ей в глаза. - И не подумаю об этом жалеть!
Фиона побледнела на миг, но быстро взяла себя в руки, подошла ко мне, смотрела, будто сомневаясь, что делать дальше.
- Зачем ты приехала? - спросил я.
- Как это? Мы же семья. Я думала, ты тут один...
- Один тут я был пять лет. А сейчас Ари и Нэйт со мной. Так что ты невовремя.
- Прости.
Фиона глухо всхлипнула. Я осторожно отодвинул ее, прошел и сел в кресло, ожидая, когда мачеха перейдет к вопросам денежным, но она удивила. Вьггерла глаза платком, села напротив, взяла с моего стола карандаш и принялась вертеть в пальцах.
- Знаешь, Стеф, - сказала вдруг, - когда я выходила замуж за твоего отца, между нами было соглашение. Я не вмешиваюсь в его жизнь, он в мою. Да, я родила ему двоих детей, потому что роду нужны наследники, но близки мы не были никогда. Не потому, что он мне не нравился. В молодости Клод был очень красивым мужчиной, умел обаять, убедить. Но... Он любил мертвую. Я это поняла не сразу. Да, он обмолвился, что у него вот-вот появится ребенок, потом принес ко мне тебя и сказал, что мать умерла при родах. Твое воспитание тоже было частью нашего договора. А потом как-то раз я увидела его на кладбище. Он ходил туда чаще, чем в нашу спальню. Имя на надгробии было женское, и я поняла, что это и есть твоя мать. Когда спросила Клода, он только раскричался, мол, лезу не в свое дело. А сейчас... Сейчас мне кажется, что важно похоронить его рядом с ней.
- Тела нет, - сказал я. - Ничего не осталось.
- Тогда хотя бы установить надгробный знак. Он ведь любил ее.
- Он ее убил.
- Разве это убило любовь? - Фиона с горечью вздохнула. - Одним словом, я хочу, чтобы ты знал, что я собираюсь делать. И, возможно, ты захочешь посетить могилу матери. Я покажу, где она находится. Прости, что побеспокоила.
И пошла прочь. Я несколько минут сидел и смотрел в одну точку. Вспоминал отца, его вечные издевки. Думал о матери. Убив ее, разве Клод эо Тайрен стал счастливее? Нет, он уничтожил и себя. Ради чего? Ради власти. И этой идее он остался верен до конца.
- Стеф? - Лалли заглянула в комнату. - Ты нервничаешь, и...
В ее голосе была вина. Она просто почувствовала, что моя магия неспокойна.
- Иди сюда, - позвал я, усадил любимую на колени и прижал к себе.
- Все хорошо? - с тревогой спросила Лаура.
- Более чем. Просто тяжелый разговор. Но ты не волнуйся, я в порядке.
Она притихла, давая мне время подумать, а я представил себя на месте отца. Лалли ведь носит под сердцем моего ребенка. Смог бы я тронуть хоть волос на ее голове? Нет, никогда. Она - мой мир. Мой свет. И никакая власть не стоит ее улыбки и надежды взять на руки нашего малыша.
- Стеф! - Лалли подняла голову. - Ты что?
Она коснулась пальцами моей щеки. Я осторожно поцеловал ее ладошку, потерся об нее. Может, к Форро столицу? Уедем куда-то на край земли, где много озер и рек. Туда, где никто не обидит мою семью.
- Не грусти, любимый. - Лалли коснулась губами губ. - Это только начало. Не оборачивайся назад, пусть прошлое остается в прошлом.
И мне не о чем было с ней спорить.
Около недели спустя мы с Фионой все-таки ехали на кладбище. Лалли рвалась со мной, но я ей запретил, оставил под присмотром ай-тере. К счастью, Дик выжил, Джемми уже даже выпустили из больницы, так что вокруг Лалли бурлила жизнь. А Тони вдруг в один миг проснулся героем - оказалось, он много где успел отличиться за день битвы. Завтра должны были начаться масштабные переговоры с Тианестом, Рандсмаром и Эвассоном, ждали к вечеру представителей дружественных государств. А пока...
Я остановил автомобиль на самой окраине. Вышел сам, подал руку мачехе. Она медленно двинулась вдоль заросшей травой тропки. Прошла совсем немного и остановилась. Перед ней был надгробный камень. Как и хотела Фиона, здесь теперь значилось два имени: Клод эо Тайрен и чуть ниже - Юлиана. Ай-тере в Тассете часто отказывали в фамилиях, так что и у моей матери ее не осталось. На земле лежала засохшая роза.
- Я не стала убирать. - Фиона заметила мой взгляд. - Пусть лежит.
Пусть. Я молча стоял и смотрел на надгробие. Грусти не было. Только отголоски тоски. Все уже сложилось так, как есть, и мы никогда не узнаем, что было бы, если... Так же молча развернулся и пошел прочь.
- Стеф! - Фиона догнала меня.
- Давай не будем. - Я покачал головой.
- Я знаю, что тебе больно. Просто хотела сказать...