Ольга Валентеева – Ай-Тере. Спящая сила (страница 43)

В двери кабинета постучали.

— Госпожа эо Лайт, к вам посетитель, — доложила Инга и подала карточку.

Хайди покрутила прямоугольник с золотым тиснением в руках. «Генрих Айлер». Ни о чем не говорило, и приставки перед фамилией нет. Простолюдин?

— Пригласи, — приказала секретарю. Посмотрим на этого Генриха.

А между тем в кабинет вошел очень примечательный субъект. Мужчина был еще молод. Лет сорок, не больше. Длинные светлые волосы заплетены в косу, украшенную всяческими деревянными и серебристыми бусинами. Знаки отличия в северном Эвассоне, кажется. При этом губы мужчины были плотно сжаты, меж бровей залегла складка, а Хайди вдруг вспомнила, где слышала фамилию Айлер, и сопоставила гостя и совсем другого парня. Вот оно что!

— Здравствуйте, госпожа эо Лайт. — Мужчина кивнул, Хайди улыбнулась и сладко ответила:

— Здравствуйте, господин Айлер. Чем обязана?

— У меня к вам очень важный разговор, — отчеканил тот.

— Что ж, присаживайтесь. Я вся во внимании.

А сама изучала этого Генриха Айлера. Да, он проделал долгий путь. Жаль только, что бессмысленный.

— История не из простых, — сурово сказал Генрих и мигом показался старше. — Дело в том, что мой старший сын пропал в Тассете, и, думаю, вы можете знать, где он находится.

Хайди удивленно вскинула брови. Она-то знала. Кэтти недавно едва не пришибла поганца, но говорить об этом необязательно.

— И откуда же мне знать об этом? — ради приличия поинтересовалась она.

— Моя бывшая супруга вышла замуж во второй раз и увезла нашего общего сына Эжена в Тассет, — ответил Айлер. — Некоторое время назад она связалась со мной и сообщила, что у сына проснулась магия ай-тере, и после этого он исчез.

— Сбежал?

— Нет. Его забрали. Я нашел человека, который держал взаперти моего ребенка. И он указал, что какое-то время Эжен находился в вашем колледже, но большего я не знаю и прошу вас сообщить, где сейчас мое дитя.

— Эжен, Эжен… — Хайди постучала по столу кончиком карандаша, который бездумно крутила в руках. — Припоминаю. Такой светловолосый мальчик. Да, был такой.

— И где он сейчас? — сурово спросил Айлер, будто Хайди что-то ему должна.

— Боюсь, мне нечем вас порадовать. — Хайди пожала плечами. — Он стал ай-тере одной из выпускниц, и когда она завершила обучение в колледже, погиб.

— Что?

На бедного отца было страшно смотреть. Будто кто-то мигом выпил краски с его лица. Но Хайди не было его жаль. Нужно понимать, что в Тассете ай-тере — это приговор. А Кэтти немного не сдержалась и недавно сообщила Хайди, что вышвырнула мальчишку вон, и он мертв. Жаль дурашку, но для Кэтти это лучший вариант, иначе милый Эжен рано или поздно убил бы ее.

— Не каждый выдерживает испытание силой. — Хайди пожала плечами. — Вам ли не знать?

— Кто был его иль-тере? — холодно спросил Айлер.

— Эта информация конфиденциальна.

— Госпожа эо Лайт, — зарычал он, сжимая кулаки. — По-вашему, я никогда не бывал в Тассете? Моя первая жена отсюда родом. И я знаю, что раз мой сын погиб, значит, в этом виновен вполне конкретный человек, поэтому спрашиваю еще раз: кто был его иль-тере?

— И что вы сделаете, если я не отвечу? — Хайди вскинула тонкие брови. — Для вас лучше не знать. Для девочки тоже, потому что Эжена это не вернет. Мальчишка зарвался, противился ее силе. Итог был закономерен. И вы тоже это прекрасно понимаете, ведь так? Вы ведь сами ай-тере, насколько я вижу?

Генрих Айлер стиснул зубы. Да, Хайди когда-то наводила справки о семье Эжена. Слишком уж отличался мальчик от привычных понятий об ай-тере. И знала, что Генрих обладал тем же типом силы, что и его сын.

— Не делайте вид, что ничего не знали, — процедил тот.

— Хорошо. — Хайди откинулась на спинку стула. — Не стану. Но у меня тоже есть своя часть истории, господин Айлер. Например, что вы увезли супругу из Тассета, но брак не сложился, и она нашла другого. А вы вскоре женились на своей иль-тере, ведь так? И не приехали, хоть и знали, что ваш сын попал в беду, потому что ваша жена была на последних месяцах беременности, а без нее вы добраться до Тассета не могли. Кстати, неужели ей не надоели ваши поиски? Неужели ей нравится жить в чужой стране?

— Моя супруга понимает меня, — отчеканил Айлер. — И я в Тассете как уполномоченное лицо. В Эвассоне обеспокоены ситуацией, которая сложилась в вашей стране. У вас ай-тере фактически превратились в рабов.

— Какое дело Эвассону до южного соседа? — хмыкнула Хайди.

— Есть дело или нет, судить не вам, но я в Тассете, как посол Эвассона, и не успокоюсь, пока точно не узнаю, что случилось с моим мальчиком. Поэтому прошу, назовите имя его иль-тере, госпожа эо Лайт. Не заставляйте меня прибегать к международному законодательству. Думаю, такое пристальное внимание к вашей персоне вам ни к чему.

Еще бы! Оно ведь может помешать расквитаться с малышкой Деей и вернуть Нэйтона.

— Хорошо. — С другой стороны, к чему ей покрывать Кэтти? — Иль-тере вашего сына была Кэтрин ди Реан, выпускница этого года. Только поверьте, бедная девочка не имеет отношения к его смерти.

— А в этом уже разберусь я сам, — угрюмо сказал Генрих Айлер. — Благодарю за уделенное время, госпожа эо Лайт.

Он тяжело поднялся и пошел к двери, а Хайди задумалась. Это внимание со стороны Эвассона не несет ничего хорошего. Все знают, что Эвассон выбрал другой путь развития, и там ай-тере живут на равных с иль-тере. Глупость какая! Не хватало еще, чтобы северный сосед совал свой нос в дела Тассета.

С другой стороны, если правящая верхушка Тассета будет уничтожена, можно попытаться отвоевать место под солнцем. Может, стоит вернуть Айлера? Но для начала надо точно узнать, что случилось с Эженом после того, как Кэтти вышвырнула его из дома. Мальчишка упрямый, мог и выжить.

И Хайди взялась за телефон. Итак, целей на ближайшее будущее три: узнать, куда подевался Эжен, избавиться от Деи и заслужить расположение господина Айлера-старшего. Неплохой план, очень даже неплохой.

Эжен

В последние дни головная боль немного отступила — Дея постаралась. Но появилась другая проблема, и звали ее Дилан. Он выбирал моменты, когда Деи и Нэйта не будет дома, и постоянно меня задирал. Нет, он не распускал руки, не пытался ударить или что-то в этом роде. Просто зубоскалил, а я чувствовал, как внутри закипает и клокочет ярость. И понимал, что долго не продержусь, потому что каждый раз, когда Дилан злил меня, я вспоминал совсем другой дом и других ай-тере, которые получали удовольствие, перемолов меня в порошок. А Дилан не унимался, подстерегая меня в коридорах или в гостиной. Ему было все равно, что я не могу ответить. А может, наоборот, его это радовало?

В тот вечер Дея и Нэйт уехали. Как я понял, Ариэтт передала им билеты на городской бал, и Нэйт убедил Дею, что ей необходимо новое бальное платье. Так что они отбыли на примерку, а я остался дома. С Диланом.

Поначалу не собирался вообще выходить из комнаты, но стены начинали тяготить, да и захотелось есть, потому что я не обедал из-за плохого самочувствия, так что, нарезав по комнате кругов пять, рискнул выбраться к Анне за едой.

Выглянул в коридор — никого. Вздохнул с облегчением. Значит, Дилан у себя и не станет меня донимать. Вот только стоило сделать шагов десять, как мой враг появился из дверей бильярдной.

— А, киса! — непонятно чему обрадовался он. Это его «киса» раздражало неимоверно. — А я думал, ты так и просидишь, изучая стены. Не хочешь сыграть в бильярд?

Я отрицательно качнул головой.

— Подумай, чем еще заниматься, раз уж никого нет дома? Если ты к Анне, она тоже уехала. Они с Винсом договорились встретиться где-то на нейтральной территории, у нее в городе свои дела.

Да чтоб мне провалиться! Значит, Анны нет, а прислуги в доме не так уж и много. Если Дилан нападет, нашу возню никто не услышит.

— Что-то ты слишком суров, киса, — вздохнул Дилан. — Может, изменишь свое решение? У меня даже есть полбутылки вина. Поболтаем. Ах, да, поболтать не выйдет. Ну, ничего страшного, просто посидишь за компанию.

Я развернулся, чтобы уйти, но Дилан резко преодолел разделяющее нас расстояние и схватил меня за руку. Изнутри будто поднялась буря. Остатки разума померкли, во рту стало сухо, как в пустыне, в висках застучала кровь. Я резко оттолкнул его. Дилан, почти падая, уцепился за меня, но это я понял уже потом, а в тот момент показалось, что он хочет меня схватить. Я зашипел и вывернулся, перехватил его и отшвырнул к стене. И где силы взялись? Но только что мы стояли посреди коридора, и вот я уже держу его за горло правой рукой, а на левой удлинились когти, и я приставил их к шее противника. Миг — и выступила алая капелька, стекла по шее Дилана, окрашивая воротник его светлой рубашки в красный цвет.

— Эй, киса, — просипел он, не пытаясь вырваться, — тебе не говорили, случайно, что нормальные ай-тере либо оборачиваются полностью, либо не оборачиваются вообще?

Я покосился на когти на руке. Странно… Вот только выпускать противника не собирался!

— Ну, ударь меня, — подначивал Дилан, потому что я чуть ослабил хватку. — Ударь, тебе ведь хочется! Отпусти свою злость, киса. Давай!

И я ударил. Кулак пришелся ему в плечо. Дилан закусил губу, но даже не пытался меня остановить. А я вдруг остановился сам. Что я творю?

Отступил на шаг, убедился, что Дилан в порядке, и развернулся, чтобы пойти в комнату, но тому было мало. Он снова перехватил меня за локоть.