Olga V. Veles – Синие сумерки перемен (страница 2)

Вокруг почти никого не было: остальные ученики давно разъехались — кто на машинах родителей, кто на такси. Лиза вздохнула и в который раз проверила приложение с расписанием. Ничего не изменилось.

— Поедешь? — раздался за спиной низкий голос. — До остановки довезу. Или хочешь промокнуть до нитки?

Лиза обернулась. Перед ней стоял Артём — в кожаной куртке, с мокрыми прядями, прилипшими ко лбу, и мотоциклетными перчатками в руке. Его мотоцикл блестел от дождевых капель, припаркованный у обочины.

Она заколебалась:

— Я… спасибо, но, наверное, я лучше подожду автобус.

— Он не придёт, — Артём кивнул на экран своего телефона. — На маршруте авария, движение перекрыто. Так что выбор простой: мотоцикл или промокнуть насквозь.

Лиза нерешительно кивнула:

— Ладно. Только я никогда не ездила на мотоцикле.

— Ничего сложного, — он улыбнулся уголком рта. — Держись крепче. И прижмись ближе, а то свалишься.

Он надел шлем, протянул второй ей. Лиза неловко надела его — шлем оказался великоват, сполз на глаза. Артём усмехнулся и поправил:

— Так лучше. Залезай.

Она осторожно села позади него, неуверенно обхватила за талию.

— И… что дальше?

— Просто повторяй за мной. Наклоняйся в поворотах, — он слегка похлопал по руке. — И не бойся. Я аккуратно.

Двигатель взревел, и они тронулись. Ветер ударил в лицо, дождь хлестал по шлему, но Лиза вдруг почувствовала, как напряжение дня начинает отпускать. Она прижалась ближе к Артёму — не только чтобы не упасть, но и потому, что от его куртки шло тепло.

Город проносился мимо размытыми огнями фонарей, витрины магазинов сверкали сквозь пелену дождя. Лиза вдруг поняла, что улыбается. Это было… волнующе. Свободно.

Через несколько минут они выехали на широкую улицу, где движение было спокойнее. Артём немного сбавил скорость. Лиза решилась спросить:

— Почему ты помог мне?

Он помолчал, будто обдумывая ответ, потом ответил, не оборачиваясь:

— Потому что я знаю, каково это — когда все против тебя. Когда ты новенький, чужой, и каждый взгляд — как обвинение. Когда хочешь просто жить, а тебя заставляют играть по чужим правилам.

Лиза крепче сжала пальцы на его куртке:

— И что случилось?

— Однажды я не смог защитить того, кто мне доверял, — его голос стал глуше. — С тех пор предпочитаю, чтобы никто не подпускал меня близко. Проще быть одному. Меньше боли.

Они свернули в тихий переулок. Дождь немного стих.

— Но ты помог мне, — Лиза смотрела ему в спину, хотя он и не мог этого видеть. — Значит, ты всё ещё можешь доверять.

Артём помолчал. Потом тихо сказал:

— Может быть.

Ещё несколько минут они ехали молча. Лиза чувствовала, как внутри что‑то меняется — будто трещина, оставшаяся после переезда, начинает зарастать.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что, — он чуть повернул голову. — Мы почти на месте. Держись.

Они остановились у автобусной остановки. Артём заглушил двигатель:

— Ну вот. Жива, здорова, почти сухая.

— Почти, — Лиза рассмеялась, снимая шлем. — Но спасибо. Правда.

— Да ладно, — он пожал плечами, но она заметила, что он тоже улыбается. — В следующий раз смотри прогноз погоды.

— В следующий раз я буду знать, к кому обратиться, — она подмигнула.

Артём рассмеялся:

— Договорились.

Лиза слезла с мотоцикла, поправила рюкзак.

— До завтра? — спросила она.

— До завтра, — кивнул он.

Она пошла к подъезду, а он ещё немного постоял, глядя ей вслед, потом надел шлем, завёл двигатель и умчался в дождь. Лиза смотрела ему вслед, пока красные огни задних фар не скрылись за поворотом. В груди было тепло — теплее, чем от любой куртки.

Она подняла голову к небу. Дождь уже почти закончился, а за облаками, кажется, проглядывала полоска заката.

«Может, этот город не такой уж и чужой», — подумала Лиза и вошла в подъезд.

Глава 4. Вика: первые сомнения

Вика стояла у стены актового зала, где проходила школьная фотовыставка. Вокруг толпились ученики, обсуждали работы, смеялись, показывали пальцами на забавные кадры. Но Вика не слышала их — она застыла перед одной фотографией.

На снимке был Артём. Не тот хмурый парень, который огрызался на всех, не «плохой парень» из школьных легенд. Здесь он выглядел… другим. Мягкий свет падал на лицо, подчёркивая линию скул, взгляд был задумчивым, почти уязвимым. Он сидел на подоконнике, смотрел в окно, а за спиной — размытые очертания деревьев, будто мир вокруг него был не так уж важен.

— Он… совсем другой тут, — прошептала Марина, подруга Вики, заглядывая через плечо.

— Да, — Вика нахмурилась, разглядывая снимок. — Мы все его не знали.

Она вдруг вспомнила, как сама когда‑то придумала про Артёма десяток ярлыков: «грубиян», «одиночка», «тот, кто никому не доверяет». И заставляла других в это верить. А теперь смотрела на фото и видела что‑то большее — человека, который, возможно, просто устал защищаться.

Марина ткнула пальцем в подпись под фото:

— Это Лиза снимала. Видишь? «Артём. Окно напротив».

— Окно напротив… — повторила Вика, и что‑то в груди дрогнуло. — Она видела его так, как никто другой.

Вика огляделась. Лиза стояла у противоположной стены, разговаривала с учителем ИЗО. В руках — фотоаппарат, на лице — сосредоточенное выражение.

— Пойду поговорю с ней, — решительно сказала Вика.

— Ты? С Вороновой? — Марина удивилась. — После всего…

— После всего, — перебила Вика, — я, кажется, была не права.

Она направилась к Лизе. Та заметила её, слегка напряглась, но не отошла.

— Лиза, — Вика остановилась в шаге, подбирая слова. — Я видела фото Артёма. Оно… потрясающее.

— Спасибо, — Лиза слегка улыбнулась, но настороженность в глазах осталась.

— Я хочу научиться так видеть людей, — выпалила Вика. — Через объектив. Видеть не маску, а то, что под ней. Ты можешь меня научить?

Лиза помолчала, изучая её взглядом. Потом кивнула:

— Могу. Но это непросто. Фотография — не просто нажатие кнопки. Это умение замечать. Слушать. Чувствовать момент.

— Я готова учиться, — Вика сглотнула. — Правда.

— Хорошо, — Лиза смягчилась. — Завтра в парке? Покажу основы. Свет, композиция, ракурс. И самое главное — как поймать эмоцию.

— Договорились, — Вика выдохнула с облегчением. — Спасибо.